Сергей Савелов – Подготовка к исполнению замысла (страница 11)

«Сколько же культурных ценностей пропадет вместе со старыми домами в заброшенных деревнях?» — ужасаюсь мысленно.

К вечеру доплелись до конечного пункта участка маршрута — деревни Сырец. К концу все уже вслух сокрушались, что не послушались вчера Соловьева. Маринка громче всех злорадствовала. Только Санька и Михалыч упрямо и молча перли вперед.

Волоча находилась всегда слева от нас в нескольких сотнях метров, но подойти к ней не было возможности из-за обширной заболоченной поймы. На следующей точке маршрута мы должны увидеть, наконец, реку.

Лагерь уже не разбивали. Заняли два соседних приличных дома и на полу расстелили палатки. Поужинали чаем и бутербродами. Сил ни на что уже не было. Даже отмываться не хотелось. Большинство решили постираться завтра у реки.

На следующий день через пару километров вышли к шоссе и по обочине двинулись к третьей точке маршрута деревне Ильицыно. По дороге прошли несколько деревень. В Ильицыно Михалыч отправил нас на противоположный конец деревни, а сам куда-то свернул. Последним в ряду деревенских домов стоял двухэтажный дом зеленого цвета с вывеской у входа. Мы устало развалились перед зданием. Минут через пятнадцать ожили, задвигались. Девчонки пошептавшись, гурьбой отправились за дом. На плохочитаемой табличке разобрал — Школа-интернат.

Появился Михалыч с какой-то женщиной. Она открыла дверь в здание и пригласила нас. Отперла одно помещение с двумя рядами металлических кроватей. Матрасов и подушек не было.

— Вторую спальню тоже открывать? — смотрит на Михалыча.

Он перевел взгляд на девчонок. Те разом загомонили, кто отрицательно, кто соглашаясь.

— Открывайте, — махнул рукой. — Располагайтесь, — командует нам и скидывает рюкзак на ближайшую кровать.

Потом, отойдя вниз по склону, метрах в пятидесяти от интерната у кустов указал, где нам разводить костер и готовить ужин.

— А я пойду спиннинг покидаю, — сообщил нам.

— А река-то где? — кто-то поинтересовался.

— Там, метров двести до нее, — махнул рукой на кусты.

— Искупаться, помыться и постираться бы, — мечтает Санька Дорохов, почесываясь.

— Моется тот, кому чесаться лень! — назидательно заявляет Михалыч, направляясь к зданию. — По шоссе пройдете до моста, там найдете место для купания. Стирайтесь лучше здесь. Воду возьмете в колодце, — инструктирует на ходу.

«Наконец-то Михалыч добрался до рыбного водоема. Фанат!» — мысленно отмечаю.

Я знаю, что Ильицыно, славилось среди городских рыбаков рыбными местами в отдельные периоды. Впервые меня в начальных классах на серьезную рыбалку привозили куда-то в эти места городские родственники по линии мамы.

Меня рыбалка никогда не привлекала. В детстве имел бамбуковую удочку из двух колен и ходил иногда с ребятами на рыбалку за компанию на ближайшие водоемы. Рыболовного фанатизма не приобрел и в дальнейшем. Меня никогда не прельщало покрывать многие километры, чтобы добраться до наиболее рыбных мест.

Под конец армейской службы я оказался в приморском гарнизоне, который располагался возле нерестовой речки. Там многие ловили кету в период нереста часто. Для этого использовали самодельный тройной крючок, сделанный из пружин матраса. Привязывали его к толстой леске, и орудие лова было готово. Осталось раскрутить и закинуть в речку подальше. Потом резко дергать за леску на себя. В удачные дни можно было надергать немеряно крупных рыбин. Чаще старались ради самок с икрой. Все равно больше шести-семи хвостов домой не унести, поэтому далеко от гарнизона не уходили. У всех «рыбаков» было изрезанное леской ребро ладони рабочей руки. С тех пор не очень люблю красную рыбу в любом виде. Переел на Дальнем Востоке.

Идеальная рыбалка для меня, это раз или два в год выехать летом на речку, озеро или пруд. Насадив на крючок наживку, закинуть в водоем и сидеть на бережку или на раскладном стульчике, глядя на поплавок и слушая музыку из машины. Добыча меня тоже не интересовала.

Вот грибы собирать любил. Тогда способен был отмахать многие километры. Места у нас грибные. В тучные годы загружал в машину грибами мешками, снабжая всех друзей и соседей, не забывая маму. Вот только грибы предпочитаю только в супе (шампиньоны из магазина) и жареные лисички в салате изредка.

Сейчас с ребятами по-быстрому разожгли костер. Подготовили колья и установили треногу. Подвесили котел с водой. Нарубили сушняка. Под неодобрительное ворчание девчонок отправились на речку купаться и стираться. Волоча в этих местах не широкая, но довольно глубокая, с крутыми обрывистыми берегами. Еле нашли более пологий спуск. Михалыча не было видно. Кое-как простирнули одежду. Несколько раз искупались. Попробовал поплавать различными стилями — кролем, брассом и баттерфляем, чем удивил ребят.

Все-таки наш регион больше северный, чем центральный. Время для купания не продолжительное. В наиболее жаркое лето купаться комфортно можно не более двух месяцев. Бывали годы, когда ни разу за лето не купались из-за погоды. Поэтому некоторые ребята плавали неуверенно. Девчонки еще хуже. В военном училище меня натаскали в плавании. Трудно не стать хорошим пловцом, когда приходилось несколько раз в неделю подолгу плавать в бассейне. Часто на время. Курсанты к выпуску все плавали уже на степень ВСК. Даже те, кто не умел плавать до поступления в училище.

Подсушив одежду, отправились назад. Девчонки радостно скинули на нас доваривать ужин, пытаясь проинструктировать. Наивные! Затребовав провожатого (безобидного Толю), довольные удалились стираться и принимать водные процедуры. Мы, конечно, посоветовали Толику захватить фотоаппарат, чтобы потом организовать отдельную фотовыставку в классе. Сами развалились возле костра, выбрав кашеваром Серегу Иванайнена. Он деревенский, должен уметь готовить.

Уже все сварилось, по общему мнению, а девчонок и Михалыча еще не было. Решили только немного попробовать и дожидаться остальных. Судя по объему сваренного, должно было хватить на три таких, как наша команды. Похоже, девчонки, тоже еще те поварихи. Заморили «червячка» и подвесили кипятиться чайник.

Вернулись довольные чистенькие девчонки с тюрбанами из полотенец на головах. За ними шел Михалыч с Толиком. Без улова.

«Рыба тоже на дальний кордон ушла», — мысленно иронизирую, вспомнив знаменитый фильм из будущего.

Ужинали уже в сумерках. Осоловевшие от обильного ужина и усталые, разошлись по кроватям. Уже лежа в кроватях обсуждаем завтрашний маршрут. Незаметно для себя засыпаю. Ночью, сквозь сон слышал, что Михалыч с кем-то ругался. Меня не подняли.

Утром узнали, что ночью приходили знакомиться с городскими девчонками местные пацаны. До реального конфликта не дошло.

После завтрака, пока все собирались к следующему этапу, я с Михалычем отправился в местную МТС. Михалыч надеялся решить с попутным транспортом для нас. Протяженность этого этапа составляла более пятнадцати — двадцати километров по дороге или около восьми напрямую. Наученный горьким опытом второго этапа Михалыч решил не рисковать и не доверять картам. В местном транспортном парке было множество тракторов, комбайнов, различных сельхозагрегатов, грузовиков под открытым небом.

— Сколько же здесь явного металлолома? — поражаюсь. Среди автомобилей обнаружили грязный ПАЗик. Нам показали на помятого в грязной спецовке мрачного мужика, водителя автобуса.

— Путевка нужна, — недовольно буркнул он на просьбу Михалыча подвезти нашу команду до поворота на Посеки. (10 км).

Так и не добившись от водилы, кто распоряжается путевками, Михалыч отправился на поиски начальства.

Разглядываю помятого мужика с тоскливыми и опухшими глазами. «От автобуса не отходит», — замечаю мысленно.

Он заметил, что я его внимательно рассматриваю и насупился.

— Тяжко? — сочувственно спрашиваю.

Тот только отвел взгляд и вздохнул.

— Пятерки хватит? — спрашиваю прямо. «О! Сразу жизнь и надежда в глазах проявилась», — отмечаю про себя.

Водила встрепенулся и недоверчиво уставился на меня.

— Довезешь до Посек, — утверждаю и достаю пять рублей.

Преображенный мужик радостно закивал.

— Хоть туда и обратно, — радостно заявил, выхватывая купюру.

— Поехали, — киваю на автобус.

— Поехали, — соглашается, — только…

— Вернешься, похмелишься не торопясь, — убеждаю его.

Мужик кивает и садится в автобус. Открывает мне пассажирскую дверь. Подъезжаем к конторе на выезде. Водила сигналит. Выходит удивленный Михалыч с какой-то женщиной. Женщина грозит пальцем водителю и чего-то кричит ему. Михалыч садится в автобус и мы едем за ребятами.

— Как тебе удалось договориться? — спрашивает вполголоса.

— Путевку выписал, — улыбаюсь в ответ.

— Ну, Соловей, ты даешь! — в замешательстве качает головой.

У Михалыча есть привычка называть приближенных ему пацанов и девчонок по их школьным прозвищам. Сиголаева, как и мы зовет — Сига, Чапеля — Чапой, Оськину — Осой. Теперь, вот и меня обозвал, приблизив.

При повороте автобуса с трассы на дорогу к Посекам без остановки Михалыч снова в изумлении качает головой, глядя на меня.

Выгрузились возле разрушающегося, величественного в прошлом собора. Сфотографировались на его фоне.

В моем первом варианте похода мы доехали на ПАЗике только до поворота. А по дороге к Посекам остановили рейсовый автобус, пройдя несколько километров.