Сергей Савельев – Морфология сознания (страница 22)
Одной из важнейших систем анализа внешнего мира новорождённых является вкусовая рецепция. Периферические рецепторы расположены на поверхности языка и нужны для повседневного питания, которое начинается сразу после рождения. Вкусовая система обладает очень интересной адаптивной особенностью. Дело в том, что вкусовые сосочки закладываются у плода человека в переизбытке, а затем частично редуцируются (Курто-ва, Савельев, 2013а; Куртова и др., 20136). Аналогичные сведения были получены в отношении переднебо-кового края языка (Yamasaki, Takahashi, 1982). Было установлено, что первые сосочки переднебокового края языка появляются у плодов на 3-м месяце внутриутробного развития. Своей максимальной выраженности они достигают у новорождённых и практически исчезают к периоду отнятия от груди. Это показывает, что у человека существуют ценогенетические приспособления к прохождению эмбрионального, плодного и младенческого периодов развития. Аналогичным образом хвост головастика лягушки иннервируется только двумя специализированными нейронами, которые во время метаморфоза исчезают вместе с хвостом.
Самые простые эксперименты над вкусовой системой детей демонстрируют прекрасные результаты, доказывающие причины опережающего развития вкусовой рецепции. Вполне естественно, что на детях сразу после рождения проводили самые простые опыты. Специально изучали вкусовые предпочтения новорождённых к сладкому или солёному. Младенцы до 4-месячного возраста были индифферентны, но затем предпочитали изотонические растворы NaCI, которые отвергали уже после 2—3 лет. Установлено существование вкусового предпочтения, определяющееся врождёнными факторами (Beauchamp, 1985). Самым любопытным было то, что автор обнаружил способность младенцев менять вкусовые предпочтения в зависимости от потребляемой пищи. Это наблюдение показывает, что формирование инстинктивно-гормональных связей лимбической системы может быть изменено через развитие вкусовых центров младенца. По-видимому, после рождения есть возможность выработать вкусовые привязанности, поскольку вкусовая память только формируется. Можно воспользоваться моментом образования межнейронных связей во вкусовых центрах и искусственно изменить вкусовые предпочтения.
Однако эти возможности несколько ограничены выработанными в процессе эволюции вкусовыми предпочтениями, как было показано в опытах на 40 детях, которым предлагали растворы соли (NaCI — 0,17 и 0,34 М) отдельно и в сочетании с мясным бульоном. Растворы соли отвергались, а предпочтение отдавалось чистой воде и мясному бульону с высокой концентрацией соли (Cowart, Beauchamp, 1986). Это говорит о том, что у детей рано появляется хорошая вкусовая рецепция и реализуется архаичная инстинктивная тяга приматов к мясу и крови.
Необходимо отметить, что через вкусовые предпочтения ребёнок пытается выработать первые социальные инстинкты взаимодействия с внешней средой. Действительно, гримасничая за столом, очень просто показать хозяйке, что её праздничный ужин напоминает сосиски с душком. Примерно таким образом действуют и новорождённые. Правда, для выработки такого сложного механизма взаимодействия с родителями им должно быть более 16 мес. Специальное исследование непроизвольных реакций вкусолицевого рефлекса на солёное, сладкое, кислое и горькое показало, что дети различают эти стимулы. Начиная с 4-месячного возраста существуют чёткие различия в физиономических peaкциях на каждый из указанных раздражителей (Chiva 1983). Однако до 6 мес. можно наблюдать только непроизвольные мимические реакции. Начиная с 9 мес. управление лицом становится более согласованным, но инстинктивные реакции на резкие вкусовые стимулы всё ещё преобладают. Только после 14 мес. ребёнок способен произвольно контролировать мимическую активность и вовсю паразитирует на новом средстве коммуникаций. Именно в это время формируются связи между вкусовыми центрами и областями произвольного конроля за вкусолицевым рефлексом.
Следует добавить, что гримасничание детей на вкусовые раздражители не уникально, а является системной реакцией на любое воздействие. В возрасте 6—9 мес. после рождения на лице младенца действует чуть более 10 мимических мышц. Этими лицевыми мышцами детеныш сообщает человечеству о своих проблемах. При этом реакция на раздражающие вкусовые качества пищи сходна с беспокойством от приближения незнакомого человека. В целом, реакция лица младенца похожа на мимическую активность взрослых людей и низших приматов. Это говорит о древности мимических коммуникаций и их инстинктивной природе (Iglesicetal., 1989).
Обонятельная система новорождённых не менее важна, чем вкусовой анализатор. Приятно отметить, что аккуратненькие детские носики довольно долго и hе равномерно развиваются. При этом меняются угол наклона носа и высота его крыльев. Величина проекционного расстояния от кончика носа до заднего края eго крыла у пубертатных девочек (13—14 лет) достигает своих окончательных значений, а у их ровесников-мальчиков продолжает увеличиваться. Внутри симпатичных носиков расположено два типа рецепторов воздушного и полового обоняния, которые находятся в рабочем состоянии уже к рождению.
Вполне понятно, что обонятельный аппарат человека — далеко не самый лучший дистантный хеморецептор в природе. Мы — микросматики, что означает крайне плохое развитие обонятельных рецепторов и их мозгового представительства. Тем не менее, мы обладаем органом как основного, так и полового обоняния. Взрослый человек после определённой тренировки с чаем, сигарами, винами, духами или сортовым коньяком может различить около 4000 запахов. Однако и без столь приятной тренировки наши новорождённые дети успешно используют обоняние. Начиная со 2-го дня после рождения дети узнают свою мать по запаху и отыскивают сосок груди, следуя по обонятельному градиенту немытого тела.
Непонимание рефлекторных механизмов питания младенцев привело в 70-е годы XX столетия к появлению нелепых идей, которые создали огромные социальные проблемы. В США и Европе постоянно раздавались советы о необходимости кормления детей стерильной грудью, что полезно для бизнеса на «улучшителях» молочных желёз. Однако коварных детей, не желавших сосать стерильные сиськи, приходилось переводить на искусственное питание. В конце концов исследования показали необходимость запаха тела матери. Оказалось, что ребёнок ориентируется при помощи обоняния, которое запускает пищевые рефлексы. Немытая и пахучая грудь была привлекательнее запаха ароматического мыла с антибиотиками.
Следует отметить, что, несмотря на скромность нашей обонятельной системы, мы отлично распознаём запахи и в зрелом возрасте, особенно когда они связаны с ближайшими родственниками. Так, отцы, бабушки и тётки семьи достоверно определяют запахи своих новорождённых родственников (Porter et al., 1986).
Взрослые отлично распознают запахи детей, живущих совместно с ними, но быстро теряют эту способность при 1—3-месячном раздельном проживании.
Представляет существенный поведенческий интерес и обострение обоняния матерей после родов. Этот древнейший дистантный анализатор активизируется для точного распознавания собственных детёнышей. Проверка предварительного опроса молодых мам, утверждавших, что они хорошо помнят запах своего младенца, показала их правдивость в 92% случаев. Неуверенные в своей обонятельной памяти мамаши проявили случайные предпочтения. Для распознавания предъявляли распашонки, которые надевали на детей возрастом от 5 до 103 часов на срок не менее 17 часов. В целом 80% матерей уверенно распознают запах своих младенцев, что не зависит от возраста, расы и условий родов (Porter et al., 1983).
Очень неторопливо формируется у новорождённого способность воспринимать слуховые сигналы, что ставит под сомнение достоверность замечательных экспериментов над плодами во внутриутробный период развития. Весь слуховой комплекс развивается в первый год жизни крайне медленно. Устойчивые рефлекторные реакции на звуковые раздражители, даже связанные с кормлением, появляются лишь на 4-м месяце после рождения. Это показывает, что музыкальная стимуляция плодов во внутриутробный период является откровенным надувательством доверчивых женщин. Воспроизводимая и дифференциальная реакция ребёнка на словесные раздражители обнаруживается на 7— 9-м месяце жизни. Тем не менее только после появления способности произносить первые слова начинает формироваться осознанное понимание смысла слов и коротких фраз.
Объективный анализ развития звуковых взаимодействий матери и ребёнка довольно точно отражён в специальных исследованиях (Keller, Scholmerich, 1987). В этой работе изучали новорождённых младенцев в возрасте 2, б, 10 и 14 нед. У них оценивали типологию и частоту звуковой активности в процессе общения с матерью и отцом. Оказалось, что новорождённые издают звуки, отражающие их непроизвольные физиологические реакции или сопровождающие движение. К 10-й неделе появлялись и быстро развивались как эмоционально-негативные, так и позитивные звуковые коммуникации с родителями. Позитивная вокализация усиливалась при визуальном и тактильном контакте. При этом отрицательная звуковая коммуникация снижалась, а положительная нарастала. К 14-й неделе подкреплённая позитивная вокализация уже воспринимается детьми, что способствует развитию социального взаимодействия. Эти интересные опыты показывают, что отношения с родителями становятся возможными до начала активного формирования структур неокортекса. Иначе говоря, слуховые сигналы, связанные с позитивным узнаванием и пониманием родителей, могут формироваться на основании подкорковых центров. Этот рефлекторный механизм аналогичен птенцовому поведению у птиц, так как осуществляется за счёт опережающего созревания крыши среднего мозга.