Сергей Самохин – Слишком долгий отпуск (страница 9)

– 

Это с Тилем вместе?

– 

Конечно.

– 

Ясно. Скажи, у вас тут как-то распределены обязанности? Ну, как вы живете? Кто чем занимается? Кто делает еду, например?

– 

Раньше лидер говорил, кто что делает, каждый день. – Смутился Адриан. – Сейчас… Ну еду делают девчонки. Да все всё делают.

– 

Анита просто сказала, что Тиль на встрече поспорил с разведчиком из той группы. У той группы есть разделение, получается? Разведчики, может быть бойцы?

– 

Я не знаю. – Мой собеседник здорово растерялся. – У нас такого нет.

– 

Ну, например, кто отвечает за дежурство, за наблюдение?

– 

Где? Наблюдение кого?

– 

Тут. Где вы живете. У холма. – Я уточнил, хотя уже понял ответ.

– 

Н-никто. А зачем? Нас тут никому не найти.

– 

Ну а вот например у вас дыра наверху. Там же верх холма, верно? – я указал рукой вверх, для пущей убедительности.

– 

Там камни, Туда почти не залезть. Думали, смотрели. Я сам залезал, но два раза чуть не свалился. Туда никто не полезет. Там нет ничего. – затараторил Адриан.

– 

Ясно. Спасибо. Дай мне минут десять-двадцать. Потом я хочу со всеми поговорить. И кстати, есть у вас ещё что-то поесть? А то я не могу думать, мне пустой живот на мозг давит.

Я не уверен, что Адриан оценил мою шутку, но он куда-то ушел, и вскоре вернулся с несколькими отскобленными добела корнями. Сказал, что их можно есть сырыми. Я попробовал – оказалось не так и плохо. Чем-то похоже на редьку. А я вернулся на свое "ложе", и прилег, стараясь устроиться по возможности поудобнее. Надо было придумать короткий временный план действий, и идеи у меня уже начинали формироваться.

Примерно через полчаса я сидел на небольшом камне посередине пещеры, оглядывая свою группу. расположившуюся полукругом передо мной. Тиля я видел боковым зрением, он лежал на своем месте, но, разумеется, отчетливо все слышал.

– 

Я буду очень краток. – Начал я, стараясь говорить негромко. – Вы все знаете уже, что я теперь вхожу в состав вашей группе. Я скажу ещё раз, всем сразу – прошу меня не называть “лидером”, зовите меня Марат. С этим понятно. Теперь дальше. С этого дня и с этой минуты у нас будет постоянное дежурство на вершине холма. Пока там будет только один пост, позже продумаем ещё варианты. Скажу коротко: если опасность так велика, как мне рассказывали, то вы все живы просто благодаря удачи и случайности. Для меня это важные, но не главнейшие условия выживания, потому у нас будет полноценная разведка. Дежурить поначалу будет один человек, смена разведчика четыре раза за сутки. Первым начинает Адриан, он займет пост сразу после окончания этого собрания. Он же мной назначается главным по разведке. Пока это очень условно, потому что нас всех тут восемь человек, но тем не менее. Анита назначается главной по хозяйственной части. Это не значит, что она будет за всех готовить и убирать, но это значит, что она должна следить за тем, что у нас есть, и чего у нас нет, и говорить мне.

Оба названных мной подростка отреагировали по-разному: Адриан показал лицом удивление и пожал плечами, хотя мне показалось, что в его взгляде мелькнула гордость. Анита лишь покачала головой, и демонстративно не смотрела на меня. С ней будет сложнее, но я справлюсь.

– 

Далее. На ближайшее время озвучиваю несколько задач: первая и самая главная на сегодня – помочь Тилю выжить. Для этого мне нужно будет постараться связаться с другой группой, не враждебной нам, и либо найти у них кого-то, кто что-то смыслит в медицине, либо узнать информацию, где такого человека можно найти. И следующая задача, задача более долгосрочная: улучшить условия жизни тут. Тут просто необходим будет поход в населенный пункт – город, или что-то в этом роде. Я пока не знаю, когда и в каком составе мы пойдем в город, как только я решу – всем сразу сообщу. Вот это вкратце всё. Все пока свободны, мы с Адрианом пойдем наружу.

Идея осмотреть холм, понять как он расположен и насколько он действительно скрытен от посторонних, лежала на поверхности. Адриан был уже готов, ждал меня у выхода из пещеры. Как я успел уже узнать, это был единственный доступный всем выход. Был ещё один, но по словам Адриана, в ту расщелину смогли бы протиснуться даже не все дети, настолько узкой она была. Эта информация меня насторожила: случись кому-то наткнуться на вход в холм, и мы тут в мышеловке окажемся. Надо срочно что-то придумывать. Но это потом, а сейчас – разведка.

Мы прошли тем же путем, которым я вчера сюда попал. В расщелине было всё так же темно, и часть пути меня опять вел за руку Адриан. Я спрашивал себя, смогу ли я привыкнуть к этой темноте. Точнее, не так – как быстро я смогу привыкнуть к этому проходу, и начать ходить тут одному. Оказавшись снаружи мы оба на пару минут замерли, настороженно прислушиваясь к звукам леса. Решив, что все в порядке – а в этом я пока больше полагался на Адриана, чем на себя – мы начали продираться через кусты.

Адриан сказал, что на вершину холма он уже поднимался, и подняться можно было только по противоположному от входа склону. Сторона склона, в которой располагался вход, почти сразу за полосой кустов начинала подниматься вверх почти отвесно, по ней без снаряжения точно не забраться. Мы медленно и осторожно обошли склон, и Адриан молча указал вверх. Тут склон был не таким крутым, трава и мелкий кустарник поднимались ещё чуть выше, дальше уступая камням и скалам. Я далеко не был уверен, что смог бы подняться по этому склону сам, но мой новоназначенный разведчик уже быстро и бесшумно двигался между камней вверх. Еще в пещере мальчик получил от меня инструкции: подняться наверх, внимательно осмотреть все вокруг, и выбрать место наверху для удобного наблюдательного поста. Сигнал опасности пока придумали простой – два коротких и два длинных свистка. Так же Адриан должен был осмотреть маршрут наверх, и предложить незаметные улучшения или изменения маршрута, чтобы все дети и даже я могли забраться туда, не убившись по пути. Надо будет – сделаем незаметную ступеньку, или скобу, или ещё что-то в этом роде.

Минут через десять голова Адриана показалась на самом верху, он коротко махнул мне рукой – добрался. Сейчас он там будет осматриваться, ну а я пока решил обойти склон по другой стороне, до входа в пещеру. Стараясь двигаться незаметно и очень тихо, я пошел вдоль склона вперед.

Удар по голове швырнул меня на землю, опрокинув на спину. Я на секунду задохнулся от боли и шока, сразу почувствовав, как кровь потекла по лбу противным ручейком. Рефлексы сработали первее – я рывком перевернулся на живот, и одним движением вскочил на ноги, боковым зрением увидев стрелу, воткнувшуюся в землю туда, где я только что лежал. На меня тут же метнулся какой-то человек, очень быстро, и я успел только инстинктивно отпрянуть назад, поворачивая корпус и пропуская его мимо себя. Напавший в воздухе перегруппировался, и сразу развернулся снова ко мне, пока я пытался сообразить, откуда стреляет лучник. Напротив меня стоял, пружинисто пригнувшись, невысокий подросток в темной то ли куртке, то ли рубашке, и таких же штанах. В руке он сжимал нож, держа его внизу впереди себя, наставив лезвие на меня. Как только я сообразил, почему он медлит и не нападает, я тут же бросился в сторону от него, кувырком в траву, моля судьбу чтобы там не было большого камня.

Повезло вдвойне: камня не было, и стрела невидимого лучника пролетела мимо. Я успел встать на колено, когда незнакомец с ножом бросился на меня. Однако, тут у него случилась промашка: стоящий на одном колене перед тобой человек вовсе не является удобной мишенью для атаки ножом. Вместо того, чтобы уворачиваться снова, я двинулся навстречу нападающему, подняв руку над головой и отведя ей удар клинка слегка в сторону – лезвие мелькнуло мимо, рукав куртки нападающего зашуршал мимо моего уха, и мой соперник на долю секунды потерял равновесие, по инерции чуть завалившись вперед. Этого для меня было вполне достаточно: я схватил его рукой сзади за куртку, и просто толкнул дальше, продолжая его движение и одновременно закручивая в сторону. Попытаться поймать руку с ножом сейчас было глупо – не поймать, да и ненужно это.

Чтобы не упасть лицом вниз, атаковавшему меня пришлось опереться рукой с ножом о землю, но я уже был сзади него и на ногах. Удар ногой по опорной ноге врага, и всем своим весом я падаю на него сверху, выигрывая секунды пока он пробует сгруппироваться. Его рука с оружием теперь мне отлично видна – он отчаянно пытается опереться на нее, и скинуть меня с себя. Ну нет, мы в разных весовых категориях. Левой я хватаю его за грязные густые волосы, со всей силы дергаю голову вверх, буквально сидя на его спине, удерживая его корпус между своих бедер. Правой захватываю ослабшую от боли и неожиданности его руку с клинком, поворачиваю нож лезвием к нему, и падаю всем весом на него сверху, своей правой рукой направляя его кулак с ножом и ощущая, как сталь входит в его тело. Человек подо мной разок дергается, но он уже труп – я это откуда-то знаю. Нож из тела доставать нет времени – лучник вряд ли испарился. Я перекатываюсь с тела убитого вправо, не вставая в рост, подтягивая ноги к груди – где же чертов стрелок?

Мне просто повезло, что стрелы у лучника были так себе, самодельные. Такая неровная стрела не летит строго вперед, а слегка виляет по пути. Вот и эта стрела, которая была выпущена метров с шести прямо мне в лицо, лишь царапает мне щеку, и я даже успеваю услышать вполне голливудский свист пролетающего древка с оперением. Однако, лук не пистолет, перезарядка занимает полсекунды только у Леголаса во “Властелине колец”, потому я вскакиваю на ноги, и бросаюсь вперед, в сторону еле различимой фигуры за деревом недалеко от меня. Я добираюсь до незадачливого Робин Гуда быстрее, чем он успевает выстрелить в меня ещё раз, и ударом колена с разбега в грудь роняю его на лесной мох. Дальше руки сами хватают лучника за голову, и резко дергают ее на себя и в сторону, ломая шейные позвонки с противным хрустом. Я отпускаю тело, и падаю рядом, стараясь прислушаться – никто не говорил, что нападавших было только двое.