Сергей Сафронов – П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 2. Аграрная реформа (страница 76)

Главной причиной переселений, считал А.Н. Куломзин, было малоземелье. Переселялись в этот период в основном «среднесостоятельные», так как «богатым незачем было идти, бедным – не на что». Самым удобным для переселения, по его мнению, были «февраль, март и апрель, так как лица, ушедшие на места водворения в эти месяцы, имели возможность к лету не только устроиться на участке, но даже сделать первые посевы и запастись на зиму сеном». При этом А.Н. Куломзин высказался за то, что, с одной стороны, у государства была возможность «оказать помощь приселяющимся предоставлением им льгот, установленных для водворявшихся на свободных, казенных землях по отбыванию воинской повинности и уплате государственных сборов», с другой – «было бы справедливо, что и сельское общество не заставляло своих новых членов, находившихся в несравненно худшем положении, нести тяжесть натуральных повинностей»[532].

Также Комитет Сибирской железной дороги признал «полезным для достижения возможно полных результатов в деле вспомоществования переселенцам не ограничиваться только денежными ссудами, но развить практиковавшееся в некоторых местностях Сибири воспособление новоселам натурою, то есть снабжение их необходимыми предметами хозяйственного обихода, как-то: лошадьми, земледельческими орудиями, телегами, сбруей, строительными материалами и т. д.». С этой целью в распоряжение Министерства земледелия и государственных имуществ были отпущены денежные средства «на устройство складов лесных материалов, земледельческих орудий и семян», а Министерству внутренних дел выделили деньги «для организации в ведении крестьянских начальников – филиальных отделений этих складов». Однако, по утверждению А.Н. Куломзина, «дальше ряда опытов это не шло, да и то на страх и риск местной администрации»[533].

Между тем значительная часть переселенцев, спасаясь от малоземелья и голода на родине, шла в Сибирь, фактически не имея средств к существованию. Поэтому многие из них находились в бедственном положении. Особенно тяжелым было положение самовольных переселенцев. Для помощи нуждающимся переселенцам общественностью начали создаваться Временные переселенческие комитеты. Первый из них был создан в 1883 г. в г. Тюмени по инициативе тобольского губернатора В.А. Лысогорского. Данная инициатива была поддержана «немногими отдельными лицами» (самый большой взнос был от редакции «Русских ведомостей» – 6 190 руб. 44 коп.), на средства которых на берегу реки Туры были построены бараки для переселенцев. При бараках возникла небольшая переселенческая больница, баня, две отдельные кухни, аптека, прачечная, колодец. В 1890 г. в Тюмени умерло 560 переселенцев, причем 500 из них умерло в мае и июне. После этого один из состоятельных людей Тюмени Н.И. Давыдовский уступил Временному комитету несколько жилых, теплых зданий, в которых разместили переселенцев, вспомогательную больницу и амбулаторию. В.А. Паклевский-Козелл и А.А. Багаев предоставили для «помещения» переселенцев свободные хлебные амбары, Ф.С. Колмогоров и И.Е. Решетников – склады для дуба[534].

В 1889 г. возникла сложная ситуация с переселенцами в г. Перми, причиной ее послужило то, что в данном году навигация открылась поздно (14 апреля) и к середине мая в Пермь было доставлено около 15 тыс. переселенцев. Отправить такое количество людей в короткие сроки поездами было невозможно, так как они просто не помещались в имевшихся на тот момент почтово-пассажирских и арестантских вагонах. В результате этого в городе остались «сотни бедняков, не имевших средств не только уплатить за проезд до Тюмени, но и пропитываться в Перми». В связи с этим, с разрешения пермского губернатора В.В. Лукошкова, с 27 мая 1889 г. при редакции «Пермских губернских ведомостей» была открыта подписка и прием пожертвований в пользу переселенцев. Сбором средств занималась председатель Пермского дамского попечительства о бедных А.Г. Семевская. Всего было собрано 907 руб. 31 коп., основная масса из этих денег была потрачена на отправку переселенцев из Перми в Тюмень[535].

Временный комитет подания помощи переселенцам в г. Томске возник благодаря редакции газеты «Русские ведомости», которая прислала томскому губернатору деньги «на помощь» переселенцам. В 3 верстах от г. Томска также были возникли переселенческие бараки, при которых имелась больница, баня, навес для вещей, особая кухня, сарай и ледник. Построены они были как на средства казны, так и частных пожертвований. Заведовал этим «хозяйством» чиновник особых поручений Земского отдела Министерства внутренних дел А.В. Дуров[536].

10 марта 1891 г. губернатор Акмолинской области Н.И. Санников обратился к населению с призывом, в котором говорилось о бедственном положении крестьян-переселенцев, которые «тысячами нахлынули в степь за последние два года». Он сослался на то, что «ссуды на закупку хлеба для продовольствия населения и обсеменения оказывается недостаточно; медицинские же средства ничтожны», для чего, чтобы спасти переселенцев от голода, «требуется общественная помощь и как можно скорее». Для сбора средств возник Временный комитет в г. Омске, который занялся помощью переселенцам[537].

Между тем царское правительство, желая, видимо, поставить под контроль стихийно возникавшие организации помощи переселенцам, решило создать Санкт-Петербургское общество вспомоществования нуждающимся переселенцам (согласно Уставу, оно находилось в ведении Министерства внутренних дел), которое должно было стать как бы головным учреждением переселенческой благотворительности, а все остальные комитеты – ее отделениями. Данное Общество состояло из 12 учредителей и «неограниченного числа членов, почетных и действительных». В качестве учредителей выступили в основном высокопоставленные чиновники – тайные советники: М.Н. Капустин, В.А. Ратьков-Рожнов, С.И. Мережковский, Ф.И. Базилевский; действительный статский советник, камергер двора его императорского величества Ю.С. Нечаев-Мальцев; статский советник А.А. Исаев; коллежский советник В.П. Сукачев; коллежский асессор К.М. Сибиряков; потомственный почетный гражданин И.М. Сибиряков; отставной гвардии штабс-капитан А.А. Пороховщиков; потомственный дворянин В.И. Базилевский; отставной капитан-лейтенант М.И. Кази[538].

6 ноября 1890 г. был принят Устав Санкт-Петербургского общества вспомоществования нуждающимся переселенцам, в параграфе 1 которого подчеркивалось, что данное Общество «имеет целью содействовать правительству в его заботах о лицах, переселяющихся на основании существующих правил и с разрешения подлежащего начальства», то есть помощь им будет оказываться только официальным переселенцам. Это сильно отличало данное Общество от местных Временных комитетов, которые помогали всем категориям переселенцев – и самовольным, и официальным. Правда, столичное благотворительное общество не исключало существования на местах отдельных Временных комитетов, которые бы поддерживали «лиц, переселявшихся по паспортам, то есть без разрешения»[539].

Санкт-Петербургскому обществу предоставлялось право в пунктах, где «при передвижении скоплялись переселенцы, учреждать для них ночлежные приюты и столовые и организовывать медицинскую помощь»; выдавать нуждающимся (как на территории переселенческих пунктов, так и в местах водворения) пособия и ссуды «деньгами и полезными предметами»; устанавливать связи с местными благотворительными обществами, которые помогали переселенцам и оказывать им содействие»; способствовать сооружению храмов и школ в поселках, «основанных переселенцами». Общество также получило право, «по мере надобности и по получении каждый раз особого разрешения», открывать в различных городах местные отделения, для чего ему разрешалось приобретать «законными способами право собственности на недвижимые имущества и пользоваться ими для достижения своих целей»[540].

Согласно уставу, чтобы данное Общество начало действовать, необходимо было добиться ежегодного дохода не менее чем в 1 000 руб., поэтому учредители внесли единовременно по 200 руб., которые были обращены в неприкосновенный капитал. После этого учредители были освобождены от «всех дальнейших обязательных взносов» и пожизненно сохраняли права членов общества». В почетные члены Санкт-Петербургского общества могли избираться те, кто оказал значительные услуги делу переселения «научными трудами, практической деятельностью или денежными пожертвованиями не менее 1 000 руб.», они также навсегда освобождались от обязательных взносов. В действительные члены избирались лица, которые брали на себя обязательство вносить в кассу Общества не менее 10 руб. ежегодно, начиная с того года, «в котором последовало их избрание», при этом можно было уплатить сразу 150 руб. и также стать пожизненным членом, освобождаясь от дальнейших платежей. Взносы уплачивались в первой половине каждого года, если же кто-то не делал этого, то ему в начале второго полугодия высылалось напоминание; не уплатившие считались выбывшими из данного общества[541].

Заведовали делами Санкт-Петербургского общества вспомоществования нуждающимся переселенцам общие собрания и комитет. На собраниях могли присутствовать все члены общества (учредители, почетные и действительные), они были двух типов: «обыкновенные» и чрезвычайные. Первые проходили не менее 3 раз в год с сентября по апрель включительно, вторые – собирались «по усмотрению» председателя комитета или по требованию не менее 1/5 членов, проживавших в Санкт-Петербурге. Общие собрания вел председатель комитета, они решали вопросы: 1) избрания новых членов комитета; 2) «баллотирования лиц», желавших вступить в действительные или избираться в почетные члены общества; 3) рассмотрения докладов «о делах» и принятия решений по этим докладам; 4) разрешения «на принятия» пожертвований; 5) рассмотрения отчетов комитета о денежных поступлениях и произведенных расходах; 6) рассмотрения и утверждения годовых отчетов; 7) утверждения «росписи доходов и расходов» на следующий год; 8) обсуждения «предположений, касающихся деятельности Общества»; 9) ходатайства перед правительством «об изменении или дополнении… устава»; 10) постановления о прекращении деятельности. Общее собрание считалось состоявшимся, если на нем присутствовало не менее 15 членов или 6 учредителей. Дела, которые рассматривались на данном собрании, вносились по представлению комитета или по предложению членов общества не менее чем за 3 месяца до общего собрания. Решения принимались большинством голосов (не менее 2/3 от общего количества присутствовавших членов)[542].