Сергей Садов – Клинки у трона (страница 13)

– Ты прав. А ее все равно не переделаешь.

Только тут я задумался о последствиях. Если Ратобор сейчас все узнает, то он, пожалуй, убьет Таньку. И как мне не хочется этого, но я за нее все-таки отвечаю.

– Хоггард, отправь ее в тюрьму до моего возвращения! Никого к ней не пускать. Повторяю, никого. Пусть даже это будет посланник от господа бога. Распорядись, чтобы приготовили моего коня и сопровождение.

Хоггард ошарашенно посмотрел на меня:

– В тюрьму?! Но…

– Ты слышал, что я сказал?

Хоггард мрачно кивнул и, махнув двум солдатам, вышел. Стражники подхватили визжащую Таньку и выволокли ее из зала.

– Егор, ты не можешь так поступить с ней! – Рассерженная мама двинулась ко мне.

– Могу. Или я просто убью ее. Ты знаешь, что она натворила?

– Подозреваю, что моя дочь сбежала именно из-за нее, – вмешался Ратобор. – Также подозреваю, что ты, скорее всего, решил спрятать ее в тюрьме не столько ради наказания, сколько от меня. Твой приказ никого не допускать к ней очень красноречиво говорит об этом. – Князь в упор посмотрел на меня. – Однако мне кажется, что я имею право знать, из-за чего моя дочь так быстро покинула твой замок.

– Из-за того, что эта дура заявила, что она моя жена. И что у нас на родине так рано жениться в порядке вещей.

– Что? – ахнула мама. – Как она могла сказать такое?

– Это правда, – подтвердил Свольд. – Я у сестры был, она на кухне работает, а когда возвращался, то увидел принцессу и эту, – Свольд кивнул в сторону двери, через которую вытащили Таньку. – Я не хотел попадаться им на глаза. Поэтому я решил подождать, когда они пройдут. Я не хотел подслушивать. Они беседовали вполне мирно, как подруги. Потом принцесса сказала, что ей нравишься ты. – Свольд кивнул мне. Я отчаянно покраснел. – Тогда вторая, Танька, – продолжил рассказ Свольд, – сделала такие удивленные глаза и спросила: «Разве Энинг тебе ничего не говорил? Мы ведь женаты. У нас на родине ранние свадьбы в порядке вещей». Потом они ушли, а я отправился к себе. Вот и все.

– Что ж, шуточка вполне в духе Таньки, – заметил Витька. – Я, конечно, знал, что она подлюка, но не до такой же степени.

– Шуточка?! – возмутился я. – Тогда почему никто не смеется? Или тебе смешно?

В этот момент на Ратобора было страшно смотреть. Кажется, он только огромным усилием воли сдерживал себя.

– Хорошо, – медленно проговорил он. – Хорошо, что ее сейчас нет здесь. Пусть в ближайшие дни не попадается мне на глаза. Не хочу брать грех на душу.

– Милорд, кони оседланы. – В зал вбежал один из солдат Ригера.

Я кивнул и быстро направился к выходу.

– Я с тобой, – не терпящим возражения тоном заявил Ратобор.

– Я тоже, – вскочил с места принц Отто. – Я не могу позволить, чтобы с дочерью гостя моего отца что-то случилось.

Король согласно кивнул сыну.

Мы быстро вышли на улицу и вскочили на приготовленных коней. Ролон тоже пристроился к нам. Не теряя времени, мы выехали из замка.

– Ваше величество, – обратился я к Ратобору, – куда могла поехать Ольга, как вы думаете?

– Домой, куда же еще.

Домой, это понятно, но по какой дороге? Я закрыл глаза, представляя, как поступил бы я на ее месте. Вот я рано утром тайком покидаю замок, при этом я понимаю, что мое исчезновение очень быстро заметят и пошлют погоню. Значит, надо пустить ее по ложному следу.

Наш небольшой отряд двигался по караванной дороге, ведущей в сторону Китежского княжества. Однако я был почти уверен, что Ольга по ней не поедет, – слишком очевидно. Стоп! Как же я сразу не сообразил! У меня же в комнате была не только одежда, но и деньги! Если Ольга взяла их, то… К тому же у нее самой наверняка были деньги. Не так уж она глупа, чтобы отправиться в дорогу вообще без средств.

– Стойте! – закричал я.

Ратобор недоуменно обернулся ко мне и остановился:

– Что случилось, Энинг?

– Подождите, мне надо подумать. – Я стал размышлять, прикидывая, как она могла поступить.

– Милорд, смотрите. – Один из солдат Ригера размахивал какой-то тряпкой.

– Что это? – Я подъехал к нему.

– Я нашел это там за поворотом. Лежало прямо на дороге. Может, беглянка уронила?

– Совершенно верно, это платок моей дочери, – подтвердил князь. – Так что мы стоим? Поехали!

– Подождите, ваше величество. Не стоит спешить. Я слишком уважаю вашу дочь, чтобы думать о ней настолько плохо.

– О чем ты? – Ратобор недоуменно посмотрел на меня.

– Так, думаю. – Ну не верил я, что Ольга, которая пробралась под видом слуги в эскорт отца, а потом долго всех дурачила, могла допустить такую оплошность. Уронила платок, ха! Конечно же, мы недавно проехали поворот к морю. Вот что она задумала! – За мной!

Я развернул коня и помчался назад.

– Энинг, ты что, с ума сошел?! – Меня догнал разгневанный князь.

– Ваше величество, не сердитесь, но, как я говорил, я слишком уважаю вашу дочь, чтобы подумать, будто она могла допустить такую промашку, как оброненный платок. – Разговаривать на полном скаку было не слишком удобно.

– Она всего лишь девчонка!

– А я всего лишь мальчишка. Между прочим, эта девчонка сумела обмануть вас. Если бы не случайность, то ее не обнаружили бы до самого моего замка.

– Так ты считаешь, что она специально обронила платок? Но зачем?

– А затем, что мы недавно проехали дорогу, ведущую в порт! А деньги, чтобы купить билет до Китежа, у нее есть.

– О! – Ратобор задумался, а потом прибавил скорость.

Вскоре мы уже мчались по дороге к морю. Неожиданно что-то заставило меня резко остановиться. Деррон неоднократно говорил мне, что стоит доверять своим предчувствиям. Вот и сейчас я почему-то был убежден, что здесь стоит осмотреться. В мире магии, где удача и предчувствие являлись вовсе не абстрактной величиной, своим чувствам стоило доверять.

– Что на этот раз? – остановился передо мной князь.

– Не знаю. – Я внимательно наблюдал за двумя крестьянами, которые что-то оживленно обсуждали, стоя под деревом немного в стороне от дороги. Именно они и привлекли мое внимание.

Я склонился с седла и осмотрел дорогу. Только сейчас я понял, что здесь было слишком много следов копыт. Значит, большой отряд всадников ненадолго задержался в этом месте. Но что они делали? Я пожалел, что, как Соколиный Глаз, не умею читать следы. Тут я заметил, что крестьяне, перешептываясь, неуверенно двинулись к нам.

– Энинг, мы еще долго здесь будем торчать?

– Подождите, ваше величество.

Крестьяне приблизились и нерешительно смотрели на нас, высматривая того, кто здесь главный.

– Вы что-то хотели сказать? – подбодрил я их.

– Э-э, милорд, мы тут, значит… Э-э, мы, я вот и Питер, видели кое-что и не знаем, важно ли это, ваша милость, – заговорил один.

– Вы скажите, а мы решим, – вежливо подбодрил я их, не обращая внимания на нетерпение Ратобора и хмурого Отто.

– Мы в лесу были… такое дело. И вдруг видим – всадник. Несется во весь дух как угорелый. Мы, знамо дело, удивились… негоже ребенку так скакать, так и до беды не далеко.

– Проклятье, Энинг, ты был прав. – Нетерпение Ратобора вмиг сменилось самым пристальным вниманием. – Вы уверены, что это был ребенок? – повернулся он к крестьянину.

– Да, э-э… – крестьянин замялся, не зная, как обратиться к Ратобору. – Как есть мальчишка, ваша милость. А тут из-за поворота еще всадники. Верно, Питер?

Второй крестьянин, все это время не проронивший ни слова, согласно кивнул.

– Вот, значит, – продолжил первый. – Я и говорю тогда: «Глянь-ка, Питер, разбойники за ребенком гонятся», а он мне: «Не похожи они на разбойников». – Тут крестьянин удивленно посмотрел на Ратобора, который пытался немедленно продолжить погоню и которого с трудом удерживал Отто.

– Продолжай, – мрачно попросил я. – Они догнали мальчишку?

– Вот прямо здесь, где ваша милость стоит. Мы вон из-за тех деревьев все видели. Догнали они того мальчишку. А перед этим, значит, видели мы, как мальчишка тот что-то в кусты выкинул. Решали мы, что дальше делать, а тут вы зараз.

– Не мальчишка то был, – вдруг заговорил второй крестьянин. – Девка это.

– Да какая девка, Питер? – возмутился первый. – Ты что, совсем глаза потерял?