Сергей Рыбников – My Darkest days (страница 8)

– И вы главный среди этих людей?

– В каком-то плане да. Разумеется, пока что я не могу транслировать свою помощь, – осекся пастырь, – на всех тех бедолаг, что в ней нуждаются. Но тех, кого я нашел, их я беру под опеку.

– То есть, иными словами, у вас секта?

– Брр. Ужасное слово. Я называю нас общиной. У нас общие мысли и общие цели. Поэтому мне кажется это слово логичным. Мы обитаем не в подворотне или канаве, а в крупном и чистом особняке. В черте, но на окраине города. Я бы назвал это даже дворцом. Куча комнат, спален, несколько этажей. Сейчас там проживает порядка двадцати человек, но и это только живущих там. Кому негде жить или кто не хочет быть один. Есть много друзей и вне этого дома. Там, в особняке, у нас есть свой повар. Кто-то убирает комнаты и территорию близ дома. Каждому находится дело вне зависимости от пола, цвета кожи, мировоззрения или строения организма. Мы всем рады.

– Строения организма?

– Речь о модификациях. Сам же понимаешь, что есть настоящие культы генных модификаций, которые повёрнуты на том, что это единственно верный вариант совершенства организма. Вон, даже годовщину праздника недавно отмечали. Но есть другие, кто считает, что только железо и протезы могут и должны быть частью тела. Мы в стороне от этих распрей. Все имеет право быть.

– Это все замечательно, но к чему ваша… Ваша община?

– Для людей с общей целью, говорю же. Да даже не только целью, но и прошлым. А может настоящим. Нет, оно, конечно, у каждого свое и разное, но одинаково сложное и неприятное. Если ты понимаешь, о чем я.

Акс припустил глаза. Так можно было описать и его прошлое. Как минимум так. Сейчас бы выпить…

– Вижу, понимаешь. Я не успел выразить тебе слова сочувствия. Многие проходили через твою боль.

– Спасибо. Охотно верю.

– Так вот, таким людям иногда становится комфортно быть вместе, так как остальное общество слишком зациклено на себе. А эти люди готовы помочь тем, кто испытал схожую боль. Те, которым уже помогли, оказывают помощь следующим, а те следующим и так далее. Иначе, без поддержки, человек может спиться, как минимум. Пасть на дно социума. А оттуда люто сложный путь наверх. Я знаю, о чем говорю. А оно нам надо? Я прошёл такой путь, что никому и не снилось, поэтому понимаю, как порой бывает тяжело. И чтобы остальные не мучали себя по чем зря, я решил начать помогать.

– Вот так? Бескорыстно?

– В целом, да. Скажем так, это было моим обещанием дорогому человеку. И я не собираюсь его нарушать. Конечно, иногда хочется плюнуть. Но обещание, – пилигрим показал на кольцо на указательном пальце, – Напоминает, и я корю себя за такие мысли. Это если вкратце. Не хочу грузить прошлым жизни. Тем более сейчас, – закончил Вито.

– Само собой.

– Вот и отлично. Резюмирую на всякий: мы не верим в какого-то там бога, мы не гнем какую-то линию. Мы помогаем, в первую очередь, себе и таким как мы. И да, на бумаге мы церковь, но лишь для налоговых льгот, – Вито улыбнулся первый раз за все время знакомства.

– Хитрите? – прищурился Акс.

– С налогами? Да нет, пользуемся несовершенством закона. Разрешено то, что не запрещено. Да и даже то, что запрещено, иногда, – на этом слове Вито сделал акцент, – Можно трактовать по-разному.

– Так, тогда и я хочу высказать свои вопросы: что вы все-таки от меня хотите?

– Черт, да помочь!

– Хорошо, но зачем?

Вито закатил глаза. Такого несообразительного страдальца на его памяти еще не было. То он шпион, то со ртом открытым сидит слушает.

– Я люблю помогать людям в беде. Я обещал помогать людям в беде, – это уже было похоже на детсадовский урок, когда воспитатель медленно разжевывал сказку ребенку. – Я … Так, может мы проедемся до нашей общины? Сам все увидишь. Послушаешь людей. Может они смогут доходчивее объяснить. Потому что ну я уже не знаю, что еще сказать. Честно.

– А если я увижу стимуляторы, наркотики и прочее? И вы маньяк, что заманивает людей и там их потрошит?

– Фильмов пересмотрел? Новостей перечитал? Да даже если я тебя там убью, разве это не будет милосердием для больной души? Уйдут все невзгоды. Вся боль уйдет. Не говори, что не думал об этом.

– Надеюсь, вы просто так шутите. Да нет, конечно. Я не против проехаться. Планов у меня в любом случае нет. Но, а если серьезно?

– Если серьезно, и тебе не понравится – обещаю верну в центр. Там поедешь туда, где тебе понравится.

– Хорошо, нет проблем. Я «за».

– Я оплачу счет за ланч, не переживай. Одевайся и жди у выхода. Вон та красная машина – моя.

– Ха! А я все нет-нет да кидал на нее взгляд. Сам продажей таких занимался. Дорогущая. Неплохо вы экономите, значит, на послаблениях.

Вито пропустил комментарий мимо ушей. То ли шутку не оценил, то ли не хотел подтверждать правду.

Принятие

Дорога заняла неприлично много времени. Спорткар спорткаром, но если дом в другом конце города, а на дороге пробки, то не поможет ничего.

Особняк действительно выглядел внушительно. Три этажа, огромная прилегающая территория, гараж с двумя воротами, а значит минимум на две машины, ограда по периметру и беседка на ****цать персон чуть поодаль от дома. Своё авто, Вито оставил у гаража, но внутрь завозить не стал. Пассажир водителем вышли и, по вымощенной тропинке, пошли к парадному входу дома. У двери был сканер отпечатков пальцев…? Нет, не похоже. Для скана сетчатки глаза тоже нет экрана. Пока Аксель думал, Вито просто дунул в подобие динамика\микрофона.

– Интересная идентификация, – Акс такое видел впервые.

– Хорошая. Палец? Могут отрезать и приложить. Ладонь? Та же тема. Глаз? Ну, ты понял. А здесь только дыхание. С трупа "снять" выдох невозможно.

– Вы же не на войне или не в гетто, чтобы переживать, что могут вломиться в мирную общину и попытаться ее обнести.

– Привычка с прошлой жизни. Плюс если можно защитить себя надежнее, то почему я должен это игнорировать? Досталась она почти бесплатно. Один из "наших" работает в фирме по производству приборов безопасности и по большой скидке продал мне, а я вот для защиты всех ребят ее в особняк установил.

– Звучит логично.

– Неужели ты начал это понимать, что я тут не стендапом занимаюсь? – и Вито улыбнулся. Это была лишь вторая улыбка настоятеля, но в целом, Аксель понял, что его смущало, да и последняя фраза подтверждала его смущение. Этот человек улыбался только нижней частью лица. Ртом. Казалось бы, а как надо улыбаться? Так-то да, но: когда человек в хорошем настроении по-настоящему, светится буквально всё лицо. Улыбка, может, и не до ушей, но скулы, глаза – всё лицо органично источает позитив. А здесь взгляд как был карим и грустным уставшим, так и остался. От этого и чувствуется, что человек с тобой будто играет. Весь такой радушный, но на деле лишь имитирует доброжелательность. Не то чтобы Аксель был психологом, но по долгу своей наркомании, успел пообщаться с разными родами людей. И были среди них те, кто вел себя точно так же. Зачастую это были либо вышибалы клубов, либо продавцы наркотиков. Естественно, ни те, ни другие были из когорты тех людей, которых именовали «плохие».

– Да, – прервал свои мысли Акс и параллельно ответив на риторический вопрос Вито. Снаружи это всё походило на маленький форт или крепость, а не особняк.

Внутри дом выглядел не менее эффектно. Огромная лестница в центре, что ввела наверх, высокий потолок, колонны, которые держали второй этаж, два просторных зала слева и справа при входе, и от них уже шла куча ответвлений в разные комнаты. Почти все стены, лестница, двери и полы были из красивого красного лакированного дерева. Как будто музей двухвековой давности. Никакого современного наворота, никаких пластика, металлов и прочих легко доступных материалов современности для облицовки.

Аксель подошел к колоннам и постучал по ним. Вот они были из камня. И тоже идеально отполированным, что в отражении можно было увидеть себя. Тем не менее, девяносто процентов видимой части поместья были из дерева. Крайне и крайне дорого ресурса, который люди уже сотни лет не используют в интерьере. Прямо маленький шажок в прошлое, не иначе.

Вито нажал на какую-то кнопку в стене и через пару секунд из комнат начали выходить люди. В сумме порядка человек десяти. Взрослые и молодые. Мужчины и женщины. Белые и черные. Если бы был конец света, в целом, такого набора было бы достаточно для возрождения и последующего разнообразия всех рас.

Вито с Акселем так и остались у входа, пока их потихоньку окружала та самая толпа. И как только все заняли свои "места", пилигрим начал:

– А теперь позволь тебе представить наших аборигенов. Слева направо: наш полиглот, который знает девять языков и это, попрошу отметить, безо всяких чипов или иного вмешательства. Исключительный талант Кван Ши, – стриженный «под троечку» азиат кивнул в знак не то приветствия, не то согласия со словами Вито.

– Прелестная Данни, наш бармен. Нет, она, вообще, работает барменом в пабе «Глуши Енот Собаку», но, если ты попросишь, она сможет и тебе тут дома соорудить вкуснейший коктейль «Клавесин», всех ингредиентов, конкретно для него, всегда в избытке, больно он вкусный… – девушка смущалась и краснела, пока ее представляли и прыснула смешком в кулак.

– Дальше, самый важный человек в доме, "мама" для наших новоприбывших Альбина, – тучная дама в годах с очень мохнатой родинкой на шее первая, кто подошла поздороваться и обняла Акселя. Действительно, как родитель, который год не видел своего ребенка. За щечки только что не трепала. А еще от нее пахло чем-то ягодным. То ли пирогом, то ли чаем.