Сергей Рязанов – Байки из рифмы. Анекдоты в стихах. Том 1 (страница 1)
Сергей Рязанов
Байки из рифмы. Анекдоты в стихах. Том 1
Жизнь увлекательнее и ярче, когда в ней имеется место улыбкам и смеху. А смехотерапия была, есть и навсегда останется верным путём к физическому, психическому и ментальному здоровью.
Рязанов С.В.
Заповедь
Ни облачка. В диковину здесь тучи.
Всё время солнце над пустыней сей.
Измученной походкой, с горной кручи,
Спускался долгожданный Моисей.
Зашевелился стан. Сбредаться стали.
От мала до велика ко столбу.
Ведь тридцать дней его евреи ждали.
Кляня свою бродячую судьбу.
― Зачем надолго так ты нас покинул?
Взроптали, возопили на него.
А он спокойно взором всех окинул,
И начал речь от Бога Своего.
― Две новости принес я вам, евреи.
Одна хорошая. Вторая ― никуда.
Все закричали: «Не тяни. Давай скорее».
– Начну с хорошей новости тогда.
Задач своих не забывал ни на мгновение.
И так, и эдак Бога убеждал.
В конце Создатель потерял терпение.
И упрощенные нам заповеди дал.
Нет убедительней меня на белом свете.
Намучился я, Бог меня прости.
В итоге вот что, ― заповеди эти
Случилось сократить до десяти.
Толпа возрадовалась. Новость ― просто манна.
И Моисея бросились качать.
«Но ведь вторая новость ― негуманна», ―
Он только и успел им прокричать.
― Ах да, совсем про это мы забыли.
Такая радость обласкала изнутри.
Посланца снова на трибуну водрузили.
Дыханье затаили: «Говори».
― Я рвался словно лев, попавший в сети.
В стихах лишь были мои пламенные речи.
Хулил, нахваливал я Заповеди эти.
Но вот что душит и оттягивает плечи.
Печали нет конца теперь навеки.
Скорбим отныне, жены и мужи.
Безрадостными будут человеки.
Бессладостными станут кутежи.
Убрал «не пьянствуй», «не кури» и «не злодействуй».
Сочли, что это не грехи, а просто ― шалость.
Исчезли «не соври», «не фарисействуй».
Но «не прелюбодействуй», таки осталась!
Безмолвие окутало пустыню.
Как облажался! Как на важном смазал!
Народ подвергся скорби и унынию.
И кто-то слово изобрел ― «шлемазл».
Солдат
Расслабленной походкой, ― выпил малость,
Что в увольнении солдату дозволительно.
Туда, где его рота размещалась,
Шёл Долбоносов. Стойко, но медлительно.
Солдат Лейб-Гвардии Московского полка,
Караульной роты номер пять.
Что надобно ещё для мужика?
О чём мог бывший лапотник мечтать?
И вот идет по площади Сенатской,
Не забывая о родных сибирских далях.
Исполнен горделивостью солдатской.
В мечтах о подвигах, об орденах, медалях.