Сергей Родин – Звук цвета (страница 2)

Но она была права. Я действительно изменился. И это было только начало.

После разговора с Сарой я решил пойти на собрание. Не то чтобы у меня был выбор – когда нюхач говорит, что ты "пахнешь иначе", это как красная лампочка на приборной панели. Рано или поздно кто-то еще это заметит.

Музыкальный класс – единственное место в школе с идеальной акустикой. Специальные панели на стенах создают чистое, незамутненное эхо. Для визуалов это просто странные геометрические узоры, для тактилов – бессмысленные неровности. Но для нас, звуковиков, каждая панель – как клавиша в гигантском инструменте.

Итан уже был там, настраивал какое-то оборудование. Звуковые волны от его движений рисовали в воздухе сложный узор: он явно собирал один из своих самодельных резонаторов. Эмили сидела в углу, где сходятся три акустические панели – лучшее место для прослушивания школы. Мы называем это "постом наблюдения".

"Четыре драки на первом этаже," – отчиталась она, не поворачиваясь. – "Два случая списывания в кабинете химии. И кто-то курил в туалете третьего этажа – снова этот придурок Джексон."

Эмили может слышать все, что происходит в здании школы. Она говорит, это как слушать огромный оркестр, где каждый инструмент играет свою партию. Большинство звуковиков так не могут – слишком много информации. Но она особенная.

"У меня есть кое-что интересное," – сказал Итан, включая свой резонатор. Воздух наполнился низким гулом – 27 герц, почти на границе слышимости. – "Нашел на форуме схему. Это должно усилить эффект от переводчиков."

Я замер. "Ты… экспериментируешь с переводчиками?"

"Мы все экспериментируем," – просто ответила Эмили. – "Ты правда думал, что ты один такой особенный?"

И тут я понял, что звук резонатора изменился. Он стал… объемнее? Нет, не то слово. Он стал более… осязаемым. Я почувствовал его кожей – без всякого переводчика. Это было невозможно. Мы, звуковики, не должны так чувствовать.

"Что происходит?" – мой голос дрогнул на всех частотах одновременно.

Эмили наконец повернулась ко мне. "Ты готов услышать правду о том, кто мы такие на самом деле?"

Я хотел сказать "нет". Клянусь, я действительно хотел сказать "нет". Но вместо этого услышал свой собственный голос: "Да."

И это "да" прозвучало не только в диапазоне звуковых волн. Оно отозвалось во всем теле, как будто все мои органы чувств вдруг проснулись одновременно.

Вот тогда-то все и началось по-настоящему.

Глава 2. Другая сторона восприятия

Знаете, что самое странное в открытии большой тайны? То, как быстро она становится нормальной. Вроде еще вчера ты думал, что мир устроен определенным образом, а сегодня сидишь в подвале школы с группой таких же "экспериментаторов" и обсуждаешь, как лучше настроить самодельный усилитель восприятия.

"Дело не в переводчиках," – объясняла Эмили, пока Итан возился с их странным устройством. – "Они просто… костыли. Как очки для визуалов. На самом деле мы все можем чувствовать всё."

Звучало как полная чушь. Но после того случая с резонатором я уже не был так уверен в том, что знаю о своих способностях.

В подвале собралось человек десять. Не только звуковики – я заметил Сару-нюхачку, пару визуалов из старших классов и даже одного тактила. Они сидели кругом, как какая-то секта. Хотя, может, это и была секта – секта сенсорных бунтарей.

"Смотри," – сказал один из визуалов. Кажется, его звали Алекс. – "Когда тебе говорили, что ты можешь воспринимать только звук, это было… как бы это сказать…"

"Программированием," – закончила за него Сара. – "Они с рождения учат нас фокусироваться только на одном типе восприятия. Подавляют остальные."

"Но зачем?" – мой голос прозвучал слишком высоко даже для меня.

"Контроль," – просто ответил Итан, не отрываясь от своего устройства. – "Разделяй и властвуй. Старо как мир."

Я хотел возразить, сказать, что это звучит как бред параноика. Но потом вспомнил, как чувствовал текстуры через папин переводчик. Как звук резонатора отдавался в коже. Как…

"Эй!" – Эмили щелкнула пальцами перед моим лицом. – "Не уплывай. Сейчас будет самое интересное."

Итан наконец закончил настройку. Устройство выглядело как помесь старого радио и медицинского оборудования. От него исходил едва уловимый гул – смесь частот, которые я никогда раньше не слышал.

"Это усилитель естественных способностей," – объяснил он. – "Мы называем его Синестетом. Он не создает новые ощущения, как переводчики. Он просто… будит то, что уже есть внутри."

"И что будет, если…" – я не закончил вопрос. Горло внезапно пересохло.

"Если ты его включишь?" – Сара улыбнулась. От нее пахло… подождите, откуда я знаю, чем от нее пахло? Я же звуковик, я не должен чувствовать запахи. – "Ты начнешь просыпаться."

Алекс протянул мне наушник, соединенный с Синестетом. Обычный наушник, такой же, как у папиного переводчика. Но почему-то от одного его вида у меня по спине пробежали мурашки.

"Это твой выбор," – сказала Эмили. – "Красная таблетка, синяя таблетка – все такое."

"Ты что, только что процитировала фильм, который даже не можешь видеть?" – я попытался пошутить, но мой голос предательски дрогнул.

"Кто сказал, что не могу?"

Если хотите знать правду, я почти обделался от страха в тот момент. Серьезно. Все эти разговоры про пробуждение способностей и скрытый заговор – такое дерьмо обычно случается в дурацких подростковых фильмах, которые смотрят визуалы. Но не в реальной жизни. Не в моей чертовой реальной жизни.

"Слушай," – сказал я Эмили, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно (спойлер: не получилось), – "может, мы все немного того? Ну, знаете, съехали с катушек? Типа массовой истерии или вроде того?"

Алекс рассмеялся. Его смех отразился от стен странной рябью – я никогда раньше не слышал такого акустического узора.

"Ты сейчас звучишь точно, как моя мама, когда я сказал ей, что могу слышать цвета," – он покачал головой. – "Она отвела меня к трем разным психиатрам. Знаешь, что самое смешное? Один из них оказался таким же, как мы. Теперь он приходит на наши встречи."

Я огляделся. Ребята в подвале не были похожи на психов. Ну, разве что Итан со своим дурацким Синестетом, но он всегда был немного чокнутым – в хорошем смысле, если такой существует.

"Окей, и что будет, если я надену эту штуку? Начну видеть звуки? Нюхать цвета? Лизать текстуры?"

"Фу, чувак, это прозвучало как-то грязно," – скривилась Сара.

"Ничего такого не будет," – спокойно сказала Эмили. – "Сначала ты просто начнешь замечать вещи. Маленькие вещи. Например, как пахнет звук дождя. Или какой на вкус солнечный свет."

"Звук дождя не может…" – я запнулся. Потому что внезапно вспомнил вчерашний вечер, когда сидел у окна во время грозы. Как от раскатов грома в воздухе появлялся едва уловимый запах озона. Я списал это на воображение, но теперь…

"Давай," – Итан протянул мне наушник. – "Что тебе терять? В худшем случае ничего не произойдет, и ты сможешь всем рассказать, какие мы психи."

"А в лучшем?"

"В лучшем?" – он ухмыльнулся. – "В лучшем случае ты наконец-то проснешься."

Знаете, что самое тупое в подростках? То, как легко мы ведемся на такие фразочки. "Проснешься", "откроешь глаза", "увидишь правду" – вся эта многозначительная чепуха из дешевых антиутопий. Но я все равно взял чертов наушник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.