Сергей Раст – За 30 милль… на Север (страница 70)

Знал ли старый хитрец, что Айс был обязан жизнью Грешнику. Если бы не он, история Айсберга закончилась пятнадцать часов назад. По чистой случайности тот заглянул на шум — и вмешался. Наёмник не раздумывал ни секунды, поступил, как считал нужным. Чужие разборки он сделал своими, и плевать хотел на последствия. Любой другой человек прошёл бы мимо, но не Грешник. Будь на его месте Айс, они оба погибли с разницей в пару часов.

И теперь он находился перед выбором. Рискнуть, как это сделал Грешник, рванув вперёд без оглядки, или трусливо двинуться в обратном направлении, оказавшись в привычной для себя обстановке страха, сомнений и неуверенности.

Впрочем, Сильвер всё-таки прав. Этот бродяга не обойдётся без помощи, несмотря на мужество и сумасбродство. Он умрёт, если только Айс не пойдёт с ним до самого конца.

На Север.

Путники остановились. Шедший впереди наёмник развернулся навстречу своему невольному попутчику:

— Всё! Пришли! Дальше я сам…

Грешник протянул ему руку.

— Спасибо! Я никогда этого не забуду, дружище.

Глава 31. Последняя

Глава 31. Последняя

Берёза с искривлённым стволом росла у само́й воды на небольшом острове. Найти деревце оказалось не так просто. Всё-таки им пришлось продираться через высокую траву и по щиколотку в холодной воде. Мёртвой и гнилой. От неё воротило до рвотных колик. Первым нужный ориентир заприметил Айс, более рослый, чем напарник.

— Смотри, вот она!

Они ломанулись к ней напрямик, но через десять шагов отказались от этой затеи. Вода поднялась выше колен. То там, то сям попадались ямы, где глубина доходила уже до пояса. Поэтому им пришлось преодолевать препятствие, громко хлюпая и шурша осокой. Минут через тридцать они нащупали спасительный брод, и выбрались на сухое место. Перед самим деревцем сталкеры наткнулись на слабенькую «мясорубку», что гоняла по кругу мелкий мусор.

— Зона напомнила нам о своём существовании, — Грешник опустил рюкзак и тяжело плюхнулся на землю.

— И о нашей ничтожности, — возразил ему сталкер. — Вот и кривое дерево. Так Сильвер говорил, выход здесь.

— Почему-то я не удивлён.

— Зря ты так.

— Прикинь, бро, а ведь нам остался всего один шаг до Севера. Слышал, погода там мерзкая, люди дикие, места гиблые. Не передумал ещё? — Грешник достал из кармана пачку сигарет и закурил.

— Нет.

Айсберг с интересом и потаённым страхом вглядывался в даль. Отсюда открывался неплохой вид на окрестности. Перед ним простиралась испещренная затонами и заливными лугами речная долина, чахлые мелкие кусты; в пятидесяти метрах блестела гладь широкой реки с отравленной водой и почвой в этом месте; чуть поодаль клубилась дымка утреннего тумана. С востока его взгляд различал едва видимые истуканы-высотки призрачного города. Верхние этажи многоэтажек Припяти утопали в молох очных облаках, что низко нависли над городом. Они подошли к рубежу их нелёгких странствий, которые могли стать последними. Осталось пересечь черту, чтобы начать новую главу приключений. Впервые за долгое время Айсберг не пожалел о выборе. Он больше не раб своих страхов, и поступал правильно, как подсказывала ему совесть. За эти годы, проведённые в Зоне, он и позабыл, каково это — оставаться человеком.

Сталкер обошёл аномалию по воде, и наткнулся на тщательно спрятанную старую рыбацкую лодку, закиданную сухой травой. Плавсредство наполовину затонуло, так что с трех метров напоминало корягу, облепленную тиной.

— Нашёл. Здесь лодка, — проорал компаньону сталкер.

— Здорово!

Грешник второй раз за их вояж улыбнулся. Улыбка вышла искренней и тёплой.

— Иди сюда, у меня тоже есть сюрприз.

Айс послушно пошлёпал на место вынужденного привала. Бережно и аккуратно лейтенант Синдикат вытащил из-за пазухи сложенную в четверть миллиметровую бумагу и развернул её во всю красоту.

— Знаешь, что это?

— Карта Севера, — предположил Айс.

— Точно. Знаешь, кому она принадлежала?

Айс пожал плечами.

— Нет.

— Ее нарисовал Картограф!

— Картограф? Не слышал…

— Ну ты, блин, поколение пепси! Не слышать о Картографе! Так уж и быть, расскажу, только вначале вытащим лодчонку. Хрен знает, чему тебя обучали в лагере новичков, наверняка колбасы с батонами жрали, но не слышать о легенде Зоны… А пока давай посмотрим маршрут, друг! Завтра будет лучше, чем вчера! Север уже ждёт нас…

Они вдвоём склонились над ценной вещью. А в пяти метрах от них покачивалась на привязи старая лодка.

Бенёв встретил их недружелюбно. Сразу два псевдопса выбежали на них с близлежащих развалин и ринулись в бой. Пеппа с Сэмом дружно их пристрелили. Питюшин по запарке, слишком поздно среагировал на угрозу. Выслушав очередную порцию издёвок от бывшего уголовника, у Володи окончательно опустились руки и упало настроение. Хандрить не дал всё тот же вездесущий проводник.

— Придётся плот мастерить, — заметил он. Его решение все дружно поддержали.

Пеппа без перекура отрядил химика с бывшим «свободовцем» найти более или менее крепкий бревенчатый сарай, чтобы пустить тот на материал для плота. Им повезло. Такой появился недалеко от воды в пятидесяти метрах. На правах старшего Пеппа взялся руководить «интербригадой имени Питросяна», по едкому подколу. Вооружившись кусками труб, которые нашли ребята в соседних домиках, руками и даже невесть откуда взявшимся молотком, они принялись за работу. В респираторах сталкеры снимали со втулок ещё крепенький сруб, выкручивали, выламывая, сами втулки, на них насаживали обратно брёвна, и вдобавок попарно связывали их между собой прочной верёвкой. Её предусмотрительно захватил с собой Пеппа. Не забывали и о безопасности. То и дело бойцы поглядывали по сторонам на наличие мутантов, чаще — Пеппа, реже — его рабочая сила, которая пыхтя и потея с непривычки переносила с места на место нелёгкие брёвна. Спустя пару часов упорного труда плот был готов.

— Отдыхаем десять минут, — скомандовал старший. — Нам ещё тащить его до воды.

Обессиленные, Сэм и Питюшин тяжело плюхнулись на холодную землю. Каждый из них втайне мечтал придушить хамоватого наглеца за его «очевидность». Ну и за замашки на лидерство.

Пеппа, к удивлению попутчиков, молчал. Он смотрел на разлившуюся Припять. Три года назад проводник стоял на противоположной стороне реки и также вглядывался в даль, пытаясь заглянуть на правый берег. Но через настолько плотный туман он не мог разглядеть ничего, кроме собственного носа. Тогда впервые подумал, что неплохо бы переплыть реку, заглянуть за ширму закрытой территории. Знал ли сталкер, что спустя годы желание сбудется самым причудливым образом: окажется по ту сторону баррикад, и его глаза будут устремлены на спокойную гладь Припяти-реки. На Север, куда заключённый поклялся не возвращаться ни за какие шиши. Ирония? Да, чёрт её дери с такими шутками! Он снова в деле.

Думал сталкер и о сравнительно небольшом чёрном кейсе, припрятанный Питом втайне от остальных. Кажется, задание не такое простое, как казалось вначале. В этом чемодане, возможно, находилась главная причина экспедиции, её скрытый и секретный смысл. Приманка в 30 миллионов за редкий артефакт — туфта! Он выступал в роли второстепенного задания. Просто дополнительный приятный бонус, не более того. Кейс с эмблемой научного центра, какого именно он так и не рассмотрел, давал ответы на некоторые странности. Почему без Пита экспедиция обречена на провал? Зачем его включили в столь рискованную авантюру? Этот юнец изначально не собирался показывать им чемодан, и тем более, говорить, что в нём лежит. Похоже, его взяли для важного дела, для которого требовалась определённая квалификация. О, этот парень не так глуп, хотя и казался простачком. Правда, в дурных помыслах заподозрить его не мог. Не тот типаж. Это наивное дитя Зона не испортила. Он верил в людей, даже в такого прохиндея, как сам.

Пеппа покрутил головой. От его внимательных глаз не ускользала ни одна деталь. Придёт время, он узнает правду. Но не сейчас.

Бывший «свободовец» всё ещё не мог отдышаться. Курение давало о себе знать. Ну и аморальный образ жизни. Водка, бар, драки, постоянный риск, затяжная болезнь — всё это не делало его здоровее. Эх, сейчас бы завалиться в тёплую кроватку и поспать. Вместо одеяла с подушкой, он сидел на голой земле, дышал тяжёлым чернобыльским воздухом, и с трудом выносил шутейки скабрезного уголовника, что возомнил себя боссом. М-да.

А ведь три года назад, один человек предлагал ему похожее совместное предприятие. Они вдвоём выпивали крепко на базе «воли». Много чего рассказал любопытного этот бродяга. Говорил, что у него есть связи и помощь влиятельных людей, на которых работает, что знает, как пробраться на Север. Он с жаром рассказывал, что за Припятью находится некая аномальная область, где происходили удивительные вещи. Много мужик трепался, бо́льшую часть информации Сэм не запомнил, но суть повести сводилась к заработку огромных денег. Закончилась история предложением поработать с ним вместе. «Свободовец» тогда поднял его на смех, не поверив бредовым выдумкам, а рассказчик почему-то обиделся. Звали его Фанатом. Спустя три года Фанат умер. Его бред оказался правдивым на сто процентов! Послушай Сэм тогда этого чудака, глядишь, жил бы сейчас по-другому.

Бродяга сплюнул в траву. От сознания собственной промашки он сжал руки. Внутр его поселилась дрянь, что потихоньку убивала его. Пройдёт месяц, возможно, меньше, и он сдохнет, бесславно и безболезненно. Если только Сэм не найдёт искомый сонный камень. Его не интересовали деньги. Сталкер не хотел умирать сейчас. У него был один шанс из тысячи добраться живым на Север в одиночку. Но ему повезло. Экспедиция поможет ему дойти до нужного артефакта. Другого шанса ему не представиться.