Сергей Раст – За 30 милль… на Север (страница 18)

— Че за х…? — выругался Кречет, пытаясь включить пультом автоматизированную систему. Тщетно! Зелёная лампочка, свидетельствовавшая об исправности решёток, по-прежнему не мигала. Зато моргал красный светодиод. Лидер «серых» поочерёдно обошёл все тубусы, проверил каждый провод, не коротит ли он или перебит случайно. Затем осмотрел трансформатор, куда тянулся пучок чёрного кабеля. И нашёл причину неисправности. Два предохранителя, что защищали от перепада напряжения, почернели и оплавились, не выдержав нагрузку. Чертыхнувшись, Кречет подозвал технаря. Тот к этому времени заменил разбитые панели на прожекторах, вставил новые светоэлементы, благодаря чему станция осветилась яркими огнями иллюминации.

— Бугор, что скажешь? — показал командир неполадки в трансформаторной будке. — Смогёшь починить?

— Как рыба об асфальт. Час времени, и ещё половина на доводку. Нужно только программное обеспечение у Ману взять. А поменять не проблема!

— Даю тебе сорок минут.

— Окай, босс! — буркнул грузный с квадратным лицом Бугор и принялся за работу.

Ночью время всегда тянется медленнее, чем днём. Объяснить это можно тем, что человеческий организм ночью неактивный, пищеварение замедлено, мозг выполняет меньше мыслительных процессов, сердцебиение замедленно. В отличие от мутантов, активная фаза которых и приходится на тёмное время суток. Кречет это знал не понаслышке. Десяток раз он и гоп-компания отражали ночные атаки на полевой лагерь, и, если бы не умная защита, — пришлось им туго. Наверняка считали потери среди личного состава. Теперь же защиты нет от слова «совсем», и в случае нападения придётся действовать по старинке. После таких катаклизмов мутанты сходят с ума, и прут, как бешеные. Хорошо, что освещение восстановили.

Начальник охраны самолично проверил минное поле с тыльной стороны лагеря. Как и предполагал, умные фугасы «поехали мозгами». Им срочно требовалось заменить дорогостоящие датчики на новые. Без начинки смертоносные мины бесполезные куски пластмассы и металла. Но сейчас никто этим заниматься не будет. Наступит утро, и бойцы займутся починкой. Он отметил для себя перспективный сектор для обстрела или нападения, и продолжил обход.

До рассвета ещё два часа. И много, и одновременно мало. Пока Бугор поменяет предохранители, а Мануэль настроит цепь, пройдёт больше часа. Пацаны своё дело знают. Кречет напряжённо думал. Вроде бы всё учёл, предусмотрел, но кошки скреблись по черепу. Интуиция говорила ему, где-то он совершил ошибку. Лидер «серых» попробовал стряхнуть морок. Ощущение осталось прежним. Липкие тягучие мысли беспокойства стучались в подкорку мозга, вызывая виток страха. Что же не так, сука? Командир привык доверять интуиции и оттого ощутимо занервничал. Всё-таки немалый боевой опыт имел за плечами. Он проверил все посты, людей, заглянул в лабораторию. Пит с немчурой о чём-то громко до хрипоты спорили, решая свои задачи, Мануэль вяло щёлкал мышкой. Поговорив с последним насчёт безопасности, Кречет вышел.

Морок не прошёл, наоборот, усилился.

Он проверил предохранитель, магазины, всё ли в порядке. Обошёл по кругу ребят, что явно были недовольны таким контролем. Они старались, выполняя в чёткой последовательности указания босса. Поднялся Кречет на вышку к Малышу, спустился и заставил Комара осмотреть машину. Постоял около Бугра, глядя, как он снимает перегоревшее железо. С фонариком он принялся бродить по окрестностям, обшаривая лучом света каждый куст. Взгляд его наткнулся на сломанный байк.

Стоп! Комар. Буря. Незнакомец.

Тот Самый Тип!!!

Вот, ответ на беспокоящее наваждение. Птичка интуиция не подвела, в суматохе он забыл допросить чужака, которому спасли жизнь. Кречет о нём не знал ничего и это ему не понравилось. Хороший человек не станет перед пси-штормом шляться по Красному лесу со снайперской винтовкой. Вопросы росли один за другим, отчего глава «серых» помрачнел ещё больше. Такая оплошность командира группы непростительна. Он обыскал снайпера, но допросить не сумел.

Кречет решил поставить жирный восклицательный знак в этом вопросе. Но не успел. В темноте сверху раздался выстрел.

Глава 10. Айс

Глава 10. Айс

Айс очнулся в незнакомом месте от сильной пульсирующей боли в затылке. «Наверняка сотрясение», — поморщился человек. Лежал он в одной футболке и замызганных брюках, что сильно опечалило получившего лёгкие травмы пациента. Он чувствовал себя голым. Доктора Айболиты сняли стандартный защитный костюм, реквизировали оружие и барахло, и заперли внутри комнаты. В ней воняло медицинским спиртом, камфорой и стерильностью. Тошнотворный, мерзкий запах мгновенно возвратил его в детство: засраные поликлиники, километровые очереди, талоны, наглые старухи. Айсберг ненавидел больницы. Но в комнате не было никого, кроме него. Ни старух, ни врачей алкоголиков, ни обшарпанных до скотского состояния стен и полов. Обычная стационарная палата для оказания первой медицинской помощи. Правда, у научников на Южных болотах она побольше и победнее, а здесь она представляла собой приличную операционную: плафоны, приборы, металлические навесные шкафчики. Кушетка. Инвалидное кресло.

Поганое место. Мысленно сталкер окрестил его «моргом», этаким чуланом, куда приводили подопытных людишек, перед мучительной расправой. Он не удивится ни капли, узнав, что поганцы в белых халатах проводили опыты над людьми, отнимали органы на перепродажу. В мире сейчас и не такое творится, почитай прессу или включи телевизор. Разом офигеешь. Правда нынче жестокая и беспощадная.

Он не станет ждать участи крысы или кролика, ожидая, пока в помещение не заявятся коновалы и скажут «привет!».

Врачей Айс не любил, особенно стоматологов. Но ещё больше мужчина ненавидел замкнутые тесные чуланы без окон, в одном из которых он сейчас лежал против воли. Хорошо, что не пристегнули, сволочи. Человек встал, потирая ушибленную саднившую голову. По-прежнему клонило в дрему. По ходу дела ему вкололи дозу антибиотиков, раз пробивало на сонливость. Зато не ныла покусанная нога. Спасители обработали её и любезно поменяли бинты. Добродетели хреновы! Он этого не просил, а долги старался возвращать, в отличие от некоторых. Айсберг тихо матюкнулся, вспоминая предателя, по чьей вине находился в «морге».

Он сел на кушетку, протёр сонливые веки и задумался, как правильно поступить. Сталкер лежал в модульной лаборатории ботаников — собственности «Tesla». Пристанище сирых, блаженных и матерых убийц-рецидивистов. Учёных он не опасался. Отдаст рюкзак с «тяжёлой водой» в отместку за спасение, объяснит, откуда у него чужие документы. А чего говорить, если три дня назад он подобрал «корочки» и «воду» у трупа, обнаруженного на Западной Свалке. Больше ничего у него нет, он нищеброд, неудачник первой категории. Вот ищейки «серых» представляли проблему. Его не выпустят раньше полудня, заставят говорить и задавать провокационные вопросы, на которые придётся отвечать правильные ответы. Почему он ошивался в километре от лагеря, да ещё со снайперским вариантом «немки» 417? Откуда документы на чужую фамилию и пропуск? Уж не ты его подстрелил, друг, забрал «водичку» и остальное? Поди докажи, что не твоих рук труп Яна-недотёпы, не сумевшего отбиться от кабана и парочки плотей, растерзавших простофилю за милую душу. Допустим, он отбрехается у дознавателя и тот поверит на слово. Где гарантия, что душеприказчик боевиков не пробьёт по «своим» подозрительного типчика, ошивавшегося недалеко от модульной конструкции. Знающие бродяги шептали о «чёрном списке» «серых», куда попадали нечистые на руку сталкеры. Позвонит по закрытому каналу и выяснит, что спасённый ими человек находится в розыске за убийство, и занимает вершину хит-парада на уничтожение. И что же он сделает, когда вскроются пикантные подробности нежданного визитёра? Выслушает душещипательную историю Айсберга и отпустит восвояси? Конечно! Покивает головой ради смеха, поставит к стенке, выстрелит в голову на пустыре, и уйдёт пить кофе. Ещё и награду получит за ликвидацию опасного преступника. Мириться с таким раскладом раненый не желал.

Оставался вариант один. Бежать. И бежать сейчас, в темноту. Ночь темна и полна ужасов, особенно после такого ураганного ветра. Шторм или Выброс здорово потрепал имущество местных умников. Наверняка охрана наводит порядок на улице. Ещё бы, такой шухер. Значит, им будет не до него. Всего-то делов раздобыть новый автомат, снарягу, и незамеченным выйти за пределы лаборатории. Почти выполнимо.

Послышались шаги. Палить контору сталкер не собирался. Он притворился спящим, нарочно громко захрапел с придыханием, от настоящего не отличишь. Вошедший человек склонился над ним, пощупал пульс, открыл дверцу в шкафчике, и, покопавшись в нём, захлопнул. Спустя три секунды посетитель вышел, оставив незадачливого сталкера одного.

Айсу повезло. Доброжелатель не закрыл дверь на замок. План мог провалиться ещё на стадии разработки из-за простой надёжной защёлки. Ничего, в Зоне и лох — человек! В отличие от большинства, Айс доброжелательно относился к этим гражданам. Зачем их осуждать, если те приносили пользу обществу! Чем они хуже прочих? Обычные люди с общей судьбой-судьбинушкой, впахивают, рискуют, пьют до усрачки, как остальные. Ну, обдирают их торгаши, впаривают им разный хлам, отправляют на задания идиотские. Смотришь на этих дураков, улыбаются, руки жмут, другом называют. Блаженные! Зато профессионалов среди них на процент выше, чем среди явленных «хэроев» Зоны. С ними есть о чём поговорить, он и тушняком поделится, и магазином, и ничего не попросит взамен. Вот вторые поголовно везунчики и проходимцы. Правда, гибли они быстрее, пусть и красиво. Была и третья категория людей, к которым причислял себя Айс.