Сергей Протасов – Новые земли (страница 47)
Часть вторая. И снова Цусима
Новые земли
Глава 1
Окончательно успокоившись, Номото возвращался в свою базу. И тут по беспроволочному телеграфу он получил телеграмму из штаба морского округа Такесики, с совершенно невероятными известиями о том, что Цусиму атакуют со стороны протоки Кусухо. Там высажен сильный русский десант, вступивший в бой с гарнизоном острова. Телеграфное сообщение с бухтой Миура прервано. У бухты Окочи, на самом севере острова, обнаружены русские крейсера второго ранга и воздушный шар, держащийся над одним из больших кораблей, пока не видимых с берега. Крейсера также готовятся высаживать десант на шлюпках.
Кроме того, русские крупными силами, включая даже броненосцы, движутся вдоль западного берега Цусимы, явно направляясь в район пролива между двумя образующими ее островами, Каминосима и Симоносима. Именно в этом проливе, в его западной части, и располагались гавань Озаки, являвшаяся маневренной базой флота в Корейских проливах, а еще глубже к востоку порт Такесики, опорный пункт минных и дозорных сил.
Только теперь поняв, насколько сильно его переиграли, Номото немедленно начал действовать, пытаясь хоть что-то исправить. Никаких эмоций на лице не читалось. Все распоряжения были короткими и четкими.
Почти сразу радиосвязь с Такесики пропала, но вскоре было получено сообщение со станции беспроволочного телеграфа истребителя «Асасио», ремонтировавшегося у сигнального поста на мысе Коозаки о начатой русскими бомбардировке батарей у Озаки и десанте уже непосредственно в порту Такесики, после чего телефонная и радиосвязь с этими базами перестала действовать. Сигнальная станция на мысе Коозаки с радиостанцией истребителя осталась единственным объектом японской обороны Цусимских островов, пока отвечавшим на вызовы.
Связавшись по радио с базой Сасебо, Номото выяснил, что телеграфное сообщение метрополии с Цусимой, а через нее и с Кореей, прервано. Действует только линия, проложенная в первые дни войны напрямую в Чемульпо, но оттуда пока ничего тревожного не передавали. Никакой новой информации не было. В штабе военно-морского района Сасебо даже еще не знали о появлении русских кораблей непосредственно у цусимских берегов и высадке десантов в Окочи и Такесики. Запрос из Сасебо по телеграфу сигнальных станций на острове Окиносима и на Готских островах также не добавил информации. Русских с них не видели.
Если в восточном направлении радиосвязь была устойчивой, то с базой Мозампо удалось связаться далеко не с первого раза, из-за сильных помех. Телеграммы не проходили вовсе или проходили только обрывками. В итоге от этого вообще отказались. Наконец по проводным линиям через Чемульпо был получен ответ на запрос об обстановке у западного побережья Цусимы, из которого узнали, что телеграфная связь с базой Озаки еще действует. Оттуда сообщали, что батареи Цусима-зунда ведут бой с двумя броненосцами типа «Бородино», а севернее видны еще несколько крупных кораблей, над которыми висит воздушный шар. С возвышенностей у Фузана также наблюдают воздушный шар далеко на юг-юго-востоке.
Через радиостанцию плавучей мастерской «Канто-Мару», находившейся в Мозампо, Номото с огромным трудом, потратив массу времени, удалось выслать в море все минные силы, какие еще оставались в южной Корее, включая еще продолжавшие нести дозорную службу и стоявшие в ремонте корабли. Все они немедленно были направлены к Озаки для доразведки. Поскольку ни один из бронепалубников не отозвался на вызовы с «Якумо» по радио, миноносцам было приказано также предупредить легкие крейсера, идущие к Озаки с севера, о появлении русского флота у Цусимы.
Вскоре с «Асасио» сообщили, что из Такесики в селение Накацусима прибыл конный нарочный, передавший оттуда по телеграфу на мыс Коозаки последние сведения о противнике. Из них следовало, что в порту уже полностью хозяйничают русские, прорвавшиеся туда сначала на катерах, а потом и на малых миноносцах через секретный фарватер в протоке Кусухо на восточном побережье островов. Кроме того, по дороге подошла их армейская колонна от протоки, где десант высаживается с большого вооруженного парохода. Штаб военно-морского района Такесики окружен, а гарнизон разбит превосходящими силами противника, имеющего артиллерию и пулеметы.
Радиосвязь с «Асасио» поддерживали постоянно, но много от него узнать не удалось. У южной оконечности Цусимы русские корабли не появлялись. Связи со штабом морского округа Такесики и со стоянкой Озаки по-прежнему не было. Телеграфные линии на островах действовали только к югу от Такесики и Цусима-зунда. Все остальное перерезано. Численность десантных сил и сил флота противника до сих пор достоверно не установлена.
Атака на Цусиму, тем более такая мощная, казалась совершенно неправдоподобной. А проход Кусухо вообще был известен лишь немногим офицерам японского флота, давно служившим в этих водах. О его углублении, проведенном в 1902 году, позволившем пользоваться им, как судоходным фарватером для миноносцев, не знали даже «добрые друзья» Страны восходящего солнца – англичане, а русские как оказалось, даже знали его пропускную способность, так как им воспользовались лишь их катера и малые миноносцы, обладавшие небольшой осадкой.
По задумке штаба Рожественского, утром 20 июня весь японский флот должен был гоняться за нашими крейсерами первого ранга, прорвавшимися через цусимские проливы на судоходные пути между Японией и Кореей и постепенно углублявшимися в Желтое море.
В начале все шло, как и было запланировано. Идя далеко впереди броненосцев, крейсера «уперлись» в японские дозорные суда и даже обнаружили ударную группу противника, отправленную к Майдзуру. О ее передвижениях с «Богатыря» и «Олега» сообщали регулярно и достаточно подробно, что позволило заранее изменить курс и избежать обнаружения. Попавшийся на пути каботажник, был быстро потоплен «Изумрудом», удачно заглушившим его передачу.
Затем большие бронепалубники с боем прошли проливы, о чем сообщалось в последней кодовой телеграмме с «Олега», полученной на «Орле» в 05:40. Это неминуемо должно было оттянуть на юг все японские силы в районе Цусимы для охраны коммуникаций, даже развернуть направленные к Майдзуру крейсера. Косвенно это все подтверждалось активным радиообменом противника, откатывавшимся к югу впереди нашей эскадры.
По расчетам штаба, даже при самом неблагоприятном стечении обстоятельств, появление на горизонте значительных сил противника ожидалось не ранее второй половины дня, когда о начале штурма уже станет известно в Корее и Японии и японские большие крейсера отзовут обратно в проливы.
Следовательно, для овладения ключевыми пунктами обороны пролива Цусима-зунд и порта Такесики времени было достаточно, после чего считалось весьма вероятным удержание занятых рубежей силами флота. Так как свой обоз уже можно будет надежно укрыть в Цусима-зунде, за спиной у броненосцев, отпадет необходимость в его защите, и эскадра будет иметь возможность целиком сосредоточиться на отражении японских атак.
К тому же в запасе был свой туз в рукаве в виде отряда подводных лодок, которые открыто, в надводном положении, должны были войти в Корейский пролив в районе полудня и сыграть роль пугала для японского флота. В том, что лодки по-настоящему боеготовы, у всех были очень серьезные сомнения, поэтому бросать их в бой никто не собирался. Рассчитывая на неожиданность появления подлодок на поле боя и неготовность к этому японцев, Рожественский полагал, что одно только появление их на сцене приведет к тому, что северная часть Корейского пролива полностью очистится от кораблей противника.
А к вечеру планировалось прибытие еще и ударной группы Небогатова, что обеспечивало примерное равенство сил на море и подавляющее превосходство на суше. Это давало возможность уже развивать наступление на островах, организовав их блокаду, по крайней мере в светлое время суток. Острейший дефицит легких сил не позволял надеяться на полное прекращение подвоза пополнений и снабжения островному гарнизону, поэтому наступать предстояло стремительно.
Согласно плану операции, боевое развертывание четвертой ударной группы началось с отделения восточного десантного отряда из вспомогательного крейсера «Рион» и всех пяти оставшихся номерных миноносцев. У них было отдельное задание, от успешности выполнения которого в немалой степени зависел успех всей предстоящей операции, а также условий базирования на Цусимских островах в дальнейшем.
Сразу после отделения восточного десантного отряда, три миноносца из его состава увеличили ход, уйдя вперед для высадки у Кусухо специального добровольческого отряда в 56 человек, укомплектованного забайкальскими казаками-пластунами. Удачно уклонившись от встреченного дозорного судна, миноносцы еще в темноте скрытно достигли точки высадки и спустили шлюпки с десантом у небольшого пляжа, зажатого среди скал у западного ската мыса Отазаки, чуть западнее протоки. После чего сразу же отошли от берега к востоку, чтобы избежать обнаружения.