Сергей Попов – Скальпель и перо (страница 58)
Иль уж так, – презревши маяту, -
Как сказал поэт по вдохновению:
Можешь разорваться на ходу…
СОБАКЕ ИСАЕВА
(в день 50-летия Егора Исаева)
Дай, Рем, на счастье лапу мне,
Такую лапу не видал я сроду.
Не нам с тобою тявкать при луне
Качаловскому Джимчику в угоду.
Теперь совсем другие времена.
Что тявкать-то? Равно плестись в обозе.
А что луна? Распахана она.
И Джим, увы, давно почил в обозе.
Ну бог с ним Джимом… Ныне при луне
С тобой нам, друг, и радостно и гордо,
Когда кладёшь ты на ладони мне
Свою доброжелательную морду.
О, у тебя сократовы глаза!
Вовек я нашей дружбы не нарушу.
Твои глаза! Ну как кремень-слеза
Ознобленную согревают душу.
Хозяин твой и мил и знаменит.
И может и кому-то и на зависть,
Идёт его поэзия в зенит,
Нисколько от земли не отрываясь.
Ты по-собачьи так хорош на вид!
Но может, кто из «прилипал» по лисьи
К тебе в друзья пробиться норовит,
Пробиться норовит не без корысти.
И если он тебя и приласкал,
Погладил шерсть с улыбкой оголтелой
И намекнул… Ты покажи оскал,
Мол, это не твоё собачье дело.
А если он, рассудку вопреки,
Всё прёт и прёт на «творческое счастье», -
Облай его нахальные зрачки.
Мол это, друг, не по собачьей части.
Но наша дружба – сказкою во сне
И – наяву. Как небо голубое
Она чиста. И мы друзья с тобою.
Дай, Рем, на счастье лапу мне.
***
Вот уж скоро пробиваться ландышу.
Март роняет раннюю капель.
Ну а я?
Я, вроде бы, на ладан дышу…
Наплывает на душу апрель
То с надеждой, то с тоскливой радостью.
Очень трудно примириться мне
С этой тяжкой непосильной праздностью,
Душу раскрывать моей весне.
Вот смотрю я на берёзку рослую.
Спит ещё. Но скоро – сок на снег.
Значит всё ещё противоборствуют
Силы тлена и огня во мне.
И опять -
И дышится, и пишется
Вроде бы свободно и легко…
ВЫКОРМЫШ
Из песни слово, говорят не выкинешь.
Историю не взять единым днём -
Вот предо мною самый истый выкормышь,
Из той плеяды культовских времён.
Их ещё много. Как они расстроены:
Ни кресла тёплого, ни звёзд и ни высот.