Сергей Попов – Скальпель и перо (страница 23)

Лучезарный труд!

***

Огнём (во сне) из амбразуры дзота

Прошило балку, ослепило дол…

…И вот дышу я закисью азота.

Вливают внутривенно промедол.

И тотчас наступает невесомость.

Как некий космонавт я в ней плыву.

Плыву, плыву. Одолевает сонность.

(Всё это происходит наяву?)

Не блажь какая! Не души наитье!

А боль – хоть впору пой заупокой,

Хоть вой: коллеги! Чертушки! Спасите!

Они, коллеги, держат смертный бой.

И вскоре боль глубинная тупеет.

Мерцанья нет, но миокард дрожит.

Я думаю: чего же я успею,

К больничной койке надолго пришит?

Весь путь свой вспоминать я начинаю.

О как мне искупить свои грехи?

Кому пишу? Зачем я сочиняю

Свои исповедальные стихи?

***

Забыть…

Забыть?

Наоборот!

В висках кроваво

Бьётся полночь…

Ах, мне вернуться бы на фронт,

Чтоб оказать

Солдатам помощь,

Которые по этот день,

В течение десятилетий

Лежат, беспомощны, как дети

По эту ночь, по этот день.

Герои праведной войны,

Святые мученики века.

Над ними где-то светит Вега

Не нулевой величины.

Они без ног, они без рук,

С осколочно-разбитым зреньем

Живут в далёком озаренье

Своих друзей, своих подруг.

из литературных дневников Л.П.Попова, 1976 год.

***

Когда, склонясь над фронтовой тетрадкой,

Я эту память горькую пою,

Бывает так -

смахнув слезу украдкой,

Я думаю, что я ещё в строю.

Что здесь

И вдохновенье и наука,

Земля и заповедные края,

И вера в жизнь,

И боль моя, и мука,

И исповедь горчайшая моя.

***

По балке разбитой и голой

Мортиры далёкие бьют.

Тревожно-ночные глаголы

Мне снова уснуть не дают.

Пытаюсь подняться повыше -

Откуда все дали видны

(Мои дневниковые вирши

Увы, никому не нужны).