Сергей Попов – Скальпель и перо (страница 15)
Я это утро с ночи сторожу.
Бегу в киоск за утренней газетой
И в ней… своих стихов не нахожу.
И я шучу: знать не бывать фортуне…
Но строфы жгут, слова-глаголы жгут.
Стихи мои!
Они страдают втуне.
Их нет пока. Они во мне живут.
***
Памяти друга – капитана медицинской
службы Сергея Алешкевича
…Застыли каски у окопной бровки.
Сигнальная ракета. Всё! Пора!
Конец артиллерийской подготовки -
Рванули наши танки на таран.
Бросок вперёд к блокированным дотам!
На флангах – миномётная пурга.
Идёт большая ратная работа -
Советские солдаты бьют врага.
И вот уже из-за черты багряной
По рации звучит издалека,
Что справа у высотки безымянной
Серьёзно ранен командир полка.
…Кипят в стерилизаторах укладки.
Часы секундам отмеряют ход.
Военной хирургической палатки
Спокойный и суровый обиход.
Людская боль и ранние седины,
И милосердье боевых подруг.
И вот вступает в смертный поединок,
В борьбу со смертью молодой хирург.
Не очень долго поединку длиться.
Здесь каждая секунда на счету.
Дерзает врач. И юная сестрица
Слова-приказы ловит на лету:
–Пинцет Пеана! Кетгут побыстрее!
Но вот внезапный залп из-за реки -
Наш медсанбат жестоко был обстрелян
Конвенции Женевской вопреки.
Хирург был ранен не на поле брани -
И попрана женевская статья.
Какой-то миг он был совсем на грани
Минуты той, того небытия,
Когда в глазах уже не мир телесный,
А пустоты разверзнутая пасть.
И нет друзей, любви, цветов и песен,
И жизни нет! И следует упасть.
Но он стоял. С гудящими висками,
С наплывами мертвящей синевы,
Уже отяжелевшими руками
Последние накладывая швы.
Он пробовал шутить: «Мотор не тянет -
Горючего не следует жалеть».
Теперь сражался он с двумя смертями,
Чтоб первую суметь преодолеть.
Преодолеть! Не допустить утраты.
Стоять! Стоять! Держаться до конца!
И вот с командирского лица
Как тень сползает маска Гиппократа.
А врач, когда свинцом набрякло тело,
Сказал свои последние слова:
–Всё хорошо… Конец венчает дело.
Он будет жить! -
И рухнул у стола.
Враг покидал израненные пашни.