Сергей Попов – Думай и богатей по-русски – 4. Психология и бизнес (страница 4)

К сожалению, я не сумел впоследствии достойно распорядиться сколоченным капиталом. Повзрослев, я превратил свои марки в деньги, чтобы вложить их в бизнес, в котором, как мне казалось, преуспели многие: я вложил средства в покупку недвижимости с целью ее дальнейшей перепродажи или сдачи в аренду. Совершенно не имея навыков работы в этой области, я быстро потерял все, что когда-то нажил».

Наверное, любой читатель смог бы припомнить свое первое коммерческое начинание, относящееся к тому периоду, когда он не столько замышлял глобальный бизнес-дело всей жизни, сколько искал путь немного подзаработать.

ЭТО СКРОМНОЕ, НО ВПОЛНЕ КОНКРЕТНОЕ ЖЕЛАНИЕ ЗАСТАВЛЯЛО ИСКАТЬ РЕАЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ СОЗДАНИЯ ДЕНЕГ В ТЕХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ, В КОТОРЫЕ ЕГО ПОСТАВИЛА ЖИЗНЬ В НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ. АНАЛИЗ СИТУАЦИИ, ПРОНИКНОВЕНИЕ В НУЖДЫ ЛЮДЕЙ, РАБОТА УМА – И ПУТЬ К ДЕНЬГАМ НАЙДЕН.

Да, ты не Рокфеллер, не Сорос, не Билл Гейте, но большую часть своих материальных потребностей удовлетворить можешь. Именно тогда и зарождались в мозгу оригинальные виды коммерческой деятельности.

В практике создания самобытных видов коммерческой деятельности показательным являлся период конца 80-х – начала 90-х годов прошлого столетия. Подражать тогда было некому, следовать чьему-то успешному пути тоже было невозможно. Успешными предпринимателями в ту пору были «теневики», которые помалкивали о технологии возникновения своих капиталов. Книг о том, как делать деньги, на русский язык еще переведено не было, оставалось рассчитывать на анализ ситуации и собственную смекалку.

В начале 90-х годов в такую ситуацию попал и я. Воскрешу в памяти, как мне приходилось размышлять и поступать в тот период.

1992 – 1993 годы буквально вызвали панику в сердцах россиян. Люди поняли, что государство бросило их на произвол судьбы. Такое в жизни существовавшего поколения имело место впервые. Каждый гражданин России смекнул, что теперь он должен выживать самостоятельно. Нет, людям было что есть, было во что одеться-обуться, но всеобщее ожидание тех дней, когда такой возможности не будет, заставило их по-другому взглянуть на то, куда вложить пусть мизерные, пусть едва ли не последние свои средства. Царившая растерянность диктовала: учись выживать.

Это была новая психологическая ситуация, и благодаря ей стали возникать новые виды экономической деятельности.

Именно в 92-м году ко мне обратилась молодая женщина – «собачница». Она держала дома двух крупных псов и собиралась заводить третьего. Сейчас я не вспомню, что послужило поводом для нашей встречи, но только в процессе беседы выяснилось, что свитер, который был на посетительнице, связан из шерсти одной из ее собак. Хозяйка животных сначала чесала своих псов специальной щеткой, а затем начесанную шерсть превращала в нить при помощи простой деревянной прялки. «Так что, если в скором будущем не на что будет купить теплые вещи, то я за счет своих собачек эту проблему решу», – хвасталась посетительница. И тут, скорее ради шутки, я предложил: «А может, нам открыть такие курсы, как себя одеть за счет шерсти домашнего питомца?»

Возможно, дальше прожектов дело бы не пошло, но в те годы существовала такая газета «Хобби». Не помню, в связи с чем я оказался в ее редакции, и там, видимо, чтобы повеселить сотрудников, обмолвился об идее организации подобных курсов. Идея была встречена «на ура» – меня попросили немедленно написать статью о женщине, которая в трудные для страны времена научилась одевать себя за счет шерсти своих собак, и о курсах прядения, которые она готова проводить для всех желающих. Поскольку за статью полагался гонорар, то я решил не отказываться от денег, которые сами шли в руки.

Статью я написал, ее тут же опубликовали, конечно, без рекламных координат, поскольку ни я, ни моя знакомая «собачница» всерьез о проведении курсов прядения не задумывались. Но после выхода номера на редакцию обрушился шквал звонков с требованием именно контактного телефона организатора курсов прядения из шерсти собственного пса. Звонившие просто не давали сотрудникам газеты нормально работать, их надо было куда-то «отфутболить», то есть переадресовать на другой телефон. В редакции стали давать звонившим мой номер. Очень быстро собралось такое количество желающих, которого было достаточно для того, чтобы организовать рентабельное коммерческое мероприятие – «Курсы прядения из шерсти домашних животных». Я посчитал, что материальные вложения будут минимальными: аренда помещения и производство веретен (их легко изготавливали на любом фрезерном станке), а значит, прибыль должна быть высокой. Решил рискнуть. Риск себя оправдал. Заработанное я и «лектор» поделили пополам.

После этого статьи о столь необычном способе выжить я стал размещать и в других изданиях. На курсы записывались все новые и новые желающие. На занятия приходили со своими собаками и даже с котами. Бизнес обещал шириться и крепнуть. Возможно, так бы и было, если бы моего партнера не обуяла жадность. Это сейчас едва ли не каждый ребенок знает, что главное в бизнесе – это не работать самому, а собрать людей, которые готовы платить деньги за чью-то работу. Тогда же, на заре рыночных отношений, в сознании большинства главным в бизнесе считался тот, кто «потеет». «За что вы, Сергей Николаевич, получаете столько же денег, сколько и я? – подняла вопрос „собачница“. – Я читаю лекцию, веду практические занятия, а вы только представляете меня аудитории, то есть шаркаете ножкой, и все. Нет, вы должны получать…» И дальше она назвала какую-то смехотворную сумму. Женщина не понимала, что я организую поток людей, я обеспечиваю помещение и веретена, фирма, через которую осуществляется работа, тоже принадлежит мне. Я мог, конечно, заменить лектора и продолжить деятельность «школы прядения из шерсти домашних животных», но увлекся новым проектом, а этот проект закрыл. Он остался хрестоматийным примером создания оригинального бизнеса, основанного на использовании сиюминутных людских настроений.

Итак, КОГДА ЖИЗНЬ ЗАСТАВЛЯЕТ НАС, РОССИЯН, ИЛИ НАШИХ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ, ОКАЗАВШИХСЯ ЗА РУБЕЖОМ, ДУМАТЬ О ТОМ, КАК В КОНКРЕТНЫЙ МОМЕНТ ЗАРАБОТАТЬ НЕОБХОДИМЫЕ НАМ ДЕНЬГИ, МЫ БЕЗОШИБОЧНО НАХОДИМ СПОСОБ ЭТО СДЕЛАТЬ. КАК ПРАВИЛО, ЭТОТ СПОСОБ ОРИГИНАЛЕН И КОММЕРЧЕСКИ ТОЧЕН.

Но почему тогда с годами многие из нас «сбились с прицела» – перестали отчетливо видеть механизмы притока денег в конкретной ситуации и в конкретное время? Давайте остановимся на этом подробнее.

Глава 2. О вреде подражания

Одна из причин неудач наших соотечественников на ниве бизнеса – обилие мифов, которые затуманивают их головы и покрывают пеленой глаза. Книжные прилавки, телевизионные экраны буквально пестрят повествованиями о людях, которые сколотили фантастические капиталы либо на свободном Западе, либо в России в те стародавние времена, когда она тоже была свободной. Люди стремятся стать вторыми Соросами, Биллами Гейтсами или на худой конец Рябушинскими, вместо того чтобы искать свой реальный путь в бизнесе в конкретных условиях укрепления рыночных взаимоотношений у себя на родине. О том, почему это подражание не приносит успеха, я расскажу на следующем примере.

В школьные годы у меня был приятель. Его звали Игорь. Игорь писал стихи. Стихи его были преимущественно о русской природе. Надо сказать, что для школьника стихи были прекрасные. Так бы он и жил в любви и согласии со своей музой, если бы однажды кто-то, будучи восхищен его творениями, не воскликнул: «Ты, Игорь, – второй Есенин». И вот тут паренька «переклинило». Нет, позитивный момент в таком сравнении, конечно, был. Игорь сделал все для того, чтобы стать профессиональным поэтом. А это было не просто. Для коренного москвича, да еще из семьи служащих (а мой приятель являлся таковым) поступить в Литературный институт сразу после школы в те времена было практически невозможно. На студенческую скамью литературного вуза попадали молодые люди исключительно «от станка» и «от сохи», к тому же уже имевшие публикации. Чтобы соответствовать этим меркам, Игорь перевелся в вечернюю школу рабочей молодежи, пошел работать, опубликовался в журнале «Огонек». В итоге цель была достигнута – в Литературный институт он поступил.

Казалось бы, ну и пиши себе стихи под руководством литературных мэтров, совершенствуй стиль, публикуйся, но Игорь твердо сказал себе: я – второй Есенин. А Есенин, как известно, это не только стихи, это еще скандальная биография. По натуре Игорь не был скандалистом, как не был он и пьяницей, а уж тем более покорителем женских сердец, причем всех без разбора. Но именно копированию внешней стороны жизни великого поэта мой приятель стал уделять львиную долю своих сил и времени.

К моменту окончания института он уже был несколько раз женат и сильно злоупотреблял алкоголем. Тогда мы уже почти перестали видеться. Я знал, что Игорь работает на должности заведующего отделом поэзии одного крупного московского издательства, знал про его многочисленные романы и пьяные выходки. Попадались мне его стихи, размещенные в сборниках выпускников Литинститута. Скажу честно: трудные, вымученные строки. К моему удивлению, мой приятель не только не приблизился в них к есенинским вершинам, но и не достиг уровня своих школьных произведений. Одним словом, когда молодой поэт еще не поставил перед собой цель стать вторым Есениным, он писал значительно лучше.