Сергей Пономаренко – Проклятие рукописи (страница 48)

Спустившиеся темнота и тишина словно куполом накрыли село, и без того почти не подававшее признаков жизни. Глушь и беззвездное, покрытое тучами небо подавляли, порождая в душе Даниила тревогу. Время тянулось мучительно медленно, однако ничего не происходило. От долгого сидения в одной позе затекли ноги, хотелось выйти и немного их размять, но Даниил удержался от этого опрометчивого шага. Он заблокировал все двери и, опустив спинку водительского сиденья, откинулся на спину и с удовольствием потянулся. Ему стало спокойнее, и он расслабился.

— Вставай, соня! — Даниил почувствовал, как его тормошат за плечо, и открыл глаза.

Он лежал на импровизированной постели на полу, комнату заливал солнечный свет, под иконой стоял дед Савелий и шепотом молился, то и дело крестясь. Нагнувшись, улыбающийся Кирилл теребил его за плечо, а рядом стоял Марк, уже что-то жующий, стреляя по сторонам глазами.

— Ребята, вы живы! — обрадовался Даниил, приподнимаясь и потягиваясь. — Выходит, все это был лишь длинный мрачный сон!

— Как видишь, мы не привидения! — рассмеялся Кирилл. — Солнечного света не боимся. Давай собираться — пошли «Ниву» искать.

— Ночью, как лошадь, брыкался — спать не давал, — пожаловался Марк.

— Ребята, а вам девушка Арбатель не снилась? — продолжал допытываться Даниил.

— Поповичу по ночам стали девушки сниться! — обрадовался насмешник Марк. — Какая бы классная «герл» тебе ни приснилась, все равно лучше реальная, с цицьками и остальными прибамбасами.

— А мне что-то снилось, но сейчас ни фига не помню, — признался Кирилл. — Полчаса на сборы и завтрак — дед уже нам картошки отварил — и вперед!

— Здесь не армия, — буркнул Марк и, увидев, что дед вышел из комнаты, стал на его место, внимательно изучая икону. — Классная доска! Возможно, потянет на штуку баксов.

— Марк, ничего отсюда не бери! — испуганно предупредил товарища Даниил.

— Рад бы взять, да воспитание не позволяет, — вздохнул Марк.

В комнату вошел дед с кастрюлей, полной дымящейся картошки, и Даниил почувствовал зверский голод.

— Кушайте, да пора и честь знать, — нелюбезно произнес дед и строго посмотрел на Марка. — Гляди, какой культурный стал, как попал на тот свет! А помнишь, как при жизни у меня гримуар спер?

Даниил с ужасом увидел, как кожа у Кирилла приобрела бледно-пепельный цвет, на виске появилась глубокая рана с запекшейся кровью, а на лице у Марка возникли следы грубых швов с торчащими нитками.

— Чего смотришь так? — осклабился Марк. — Выпотрошили меня патологоанатомы, а Кириллу это только сегодня предстоит — поэтому не наедайся! — И он подмигнул приятелю.

У Даниила внутри все похолодело от ужаса, он открыл глаза и обрадовался, поняв, что это был только сон. Подняв спинку кресла, он стал осматриваться, но в темноте глаза различали лишь контуры и неясные силуэты каких-то предметов. Тут его прошиб пот — это явно было не то место, где он устраивался на ночлег!

Исчез магазин со светящейся ламґючкой над входом, все вокруг было незнакомым. Раздалось заунывное пение, и впереди показалась процессия в белых одеждах, с факелами, рассеивающими тьму, и Даниил увидел, что его окружает лес. Каким образом он перенесся сюда из села, ему было непонятно.

Впереди процессии шли два факельщика в темных сутанах, с накинутыми на головы капюшонами, за ними шествовал дед Савелий с непокрытой головой, дальше снова два факельщика, а следом длинная вереница людей в белых одеждах — их лица прятались под капюшонами. Даниил обрадовался, увидев деда Савелия, обернулся, собираясь достать гримуар с заднего сидения, но его не обнаружил. «Что же мне теперь сказать деду Савелию?» — испугался он. А процессия все приближалась. Даниил стал различать слова, понял, что поют на латыни и что они пройдут мимо автомобиля в каких-то десяти метрах. Он решил включить фары, чтобы себя обозначить, но они не включались. Тогда он попытался завести автомобиль — тот же результат. Даниил не хотел остаться один в этом страшном лесу и, открыв дверь, бросился наперерез приблизившейся процессии.

Процессия остановилась, и высокого роста факельщик голосом Кирилла спросил:

— Зачем ты покинул автомобиль? Ты же знал, что этого делать нельзя. К нам ты всегда успеешь присоединиться, но тебе еще рано.

А второй факельщик, ниже ростом, добавил голосом Марка:

— Поверь, это была не самая лучшая твоя идея. Возвращайся, пока не поздно!

Даниил попятился, упал на спину… и проснулся. Он все еще находился внутри «Нивы», полулежа в кресле. Он приподнялся и с облегчением увидел, что машина по-прежнему стоит у магазина, освещаемого единственной лампочкой. Гримуар лежал на заднем сиденье, где ему и следовало быть. Даниил переложил его на переднее, поближе к себе. От увиденных снов-кошмаров сердце выскакивало из груди, и он в очередной раз пожалел, что приехал сюда под ночь. Оба сна были настолько реальны, что он задумался: а не видит ли он сейчас следующий сон?

Внезапно лампочка над дверью магазина замигала и погасла и все вокруг погрузилось в непроглядную темень. Вскоре глаза привыкли к темноте, и Даниил стал различать отдельные предметы. Взглянул на часы — было два часа ночи, до рассвета оставалось еще два с половиной часа. Внутри зрело предчувствие, что сейчас должно что-то произойти, необычайное и ужасное. Его нервы, органы чувств напряглись до предела, и, услышав крадущиеся шаги, он включил свет фар — и вздрогнул от ужаса! В нескольких шагах от автомобиля он увидел две высокие фигуры, покрытые шерстью! Чудовища обернулись и недовольно посмотрели на него, и он увидел светящиеся красные глаза и морды, похожие на свиные рыла. Тут у Даниила нервы не выдержали, он запустил двигатель и рванул, словно на спортивном автомобиле на старте гонок. Он не задумывался, куда поедет, — лишь бы подальше от этого страшного места.

Это были не чупакабры, «козьи вампиры», у тех, как помнил Даниил из телепередачи, были небольшие безволосые туловища, треугольные головы, и они напоминали помесь лысого койота и кенгуру, а эти чудовища могли быть только оборотнями.

Даниил опомнился, лишь когда осознал, что его окружает лес. Он не мог понять, где находится. Страх гнал его вперед, не давая остановиться. Дорога все более сужалась, и теперь при всем желании он не мог развернуться и поехать в обратную сторону. Когда дорога разветвлялась, он всякий раз сворачивал направо. Езда по ухабистой лесной дороге продолжалась уже довольно долго, и Даниил забеспокоился — хватит ли у него бензина, чтобы выбраться из этих мест?

В свете фар Даниил заметил расколотый молнией надвое мертвый дуб с почерневшими узловатыми сучьями и обрадовался — выходит, все это время он интуитивно правильно ехал — в направлении хижины старика Савелия. Как он помнил, до нее от этого дуба было совсем недалеко — надо лишь свернуть на первом разветвлении дороги вправо и дальше ехать все время прямо.

Что-то похожее на большую собаку быстро перебежало дорогу метрах в тридцати, и Даниил резко нажал на тормоз, не выжав педаль сцепления, — машина дернулась, а двигатель неприятно заскрежетал и заглох. Даниил попробовал его вновь завести — стартер прокручивал вхолостую, но двигатель заводиться не хотел. У Даниила внутри все похолодело. После пятой попытки стартер стал крутиться не так резво, и лишь тогда Даниил догадался выключить фары, чтобы окончательно не посадить аккумулятор. Он боялся смотреть по сторонам, зная, что обязательно взглядом наткнется на две безжалостно светящиеся точки, как и в прошлый раз.

Когда он уже совсем потерял надежду запустить двигатель, тот внезапно ожил и автомобиль тронулся. Небо начало сереть, но свет слабеньких фар не позволял видеть дорогу. Внезапно Даниил увидел впереди громадного волка, стоящего у обочины.

Даниил решил отыграться за пережитые страхи и, прибавив газу, направил автомобиль прямо на него. Волк никак не прореагировал на эти действия, а продолжал спокойно стоять, словно ему ничего не угрожало. Даниил закрыл глаза, понимая, что через мгновение наедет на него, но вместо этого автомобиль влетел в заросли ежевики и плотно сел передними колесами в скрывающуюся под ними яму. Предпринятые попытки выехать ни к чему не привели — автомобиль застрял намертво. Даниил увидел, что хижина старика теперь уже рядом — метрах в пятидесяти, и окошко светится.

Он осмотрелся — волка нигде не было видно. Схватил гримуар, прижал его к груди, решительно открыл дверцу автомобиля и бросился бежать к хижине. И уже на бегу подумал, что это глупо и опасно — лучше было дождаться в автомобиле, когда полностью рассветет. Он обернулся и увидел, что к нему громадными скачками несется волк, быстро сокращая расстояние между ними. Даниил отшвырнул тяжелый гримуар, мешающий бежать, и напряг все силы, стремясь победить в этом соревновании со смертью. Вот и крыльцо, Даниилу навстречу бросается громадная кавказская овчарка. «Как я забыл о собаке старика?!» — запоздало мелькнула мысль, и он без сил рухнул на землю. Овчарка, грохоча длинной цепью, пролетела мимо него.

— Джульбарс! Кто там? — раздался голос деда, вышедшего на крыльцо.

Над головой Даниила раздалось грозное рычание овчарки, и, замирая от страха, он молча лежал на земле, стараясь ничем не спровоцировать собаку на агрессивные действия.