Сергей Пономаренко – Проклятие рукописи (страница 41)

«Бежать! Немедленно бежать, скрыться, зарыться, не подавать никаких признаков жизни! — Идея ему понравилась, и он чуть было не принялся сразу же претворять ее в жизнь. — Но ведь есть еще Кирилл! Он знает, где спрятан гримуар. Самому перепрятать его? Мысль заманчивая, тогда Кирилл выходит из игры и с ним не придется делиться. Но где надежное место, куда можно без опасений поместить гримуар? Не получится ли, что своими поспешными действиями по перепрятыванию гримуара я, наоборот, „засвечу“ его? Нет, спешка в этом вопросе недопустима, гримуар находится в надежном месте, и найти его смогут только через меня или Кирилла. Бежать необходимо вдвоем — это гарантия сохранности гримуара. Надо встретиться с Кириллом дома и продумать план бегства».

Марк, зябко ежась, осмотрелся — окружающий мир был враждебным, скрывал в себе смертельную опасность. Даже незнакомая девушка, мило улыбающаяся ему, идя навстречу, может оказаться подставой, заманить его в ловушку, а там… Он похолодел, не желая дальше развивать мысль.

— Привет, Марк! — Неожиданно девушка остановилась перед ним. Марк опешил, не зная, как поступить. — А мы тебя недавно вспоминали. Как говорится, на ловца и зверь бежит!

— Я очень спешу! — буркнул он, стараясь обойти девушку, но та решительно схватила его за рукав рубашки.

— Ну ты и свинья, Марк! Напаскудил, а теперь и знаться не хочешь? Линда мне все рассказала!

Только сейчас Марк узнал рыжеволосую Юльку. «Еще одна проблема. — Марк недовольно скривился, вспоминая недавний неприятный разговор по мобилке с Линдой. — Проблема, но не моя!»

— Откуда я знаю, может, она не от меня подзалетела? Спала она не только со мной, а мы с ней встречались — раз-два и обчелся.

— Она уверена, что именно от тебя, — твердо сказала Юлька.

— Пусть лапшу на уши не вешает! — не менее твердо заявил Марк. — Подзалетела? Не маленькая, знает, что в таких случаях делать. Помог бы с деньгами на врача, но сейчас на мели — пусть выпутывается сама. — Он вырвался из рук Юльки и быстро зашагал вперед, не оглядываясь.

— Козел! — донесся до него возмущенный вопль Юльки. — Тебе это просто так с рук не сойдет!

Подходя к дому, Марк сбавил шаг, внимательно все осматривая. Тихий дворик с детской площадкой в окружении серых «хрущевок». Одна мамаша с карапузом в цветастом комбинезоне скучает возле песочницы. Возле соседнего подъезда трое ребят играют в карты. Возле обшарпанных дверей его подъезда подремывает старушка соседка с первого этажа в ожидании собеседника. Вроде ничего необычного, но те ребята чем-то настораживали. Рядом располагался коммерческий вуз — из тех, что множились в последнее время, словно грибы после дождя; студенты часто устраивали веселые посиделки на детской площадке и на скамейках возле подъездов. Необычно было то, что студенты здесь собирались днем после занятий, а сейчас время было уже ближе к вечеру.

«Дом — ловушка! — Он про себя ругнулся. — А вдруг меня там уже ожидают и на полу, в крови лежит спеленатый Кирилл?» Не заходя в подъезд, он набрал по мобилке Кирилла. Тот отозвался сразу, и голос у него был обычным, нетерпеливо-командным:

— Марк, где ты бродишь столько времени? Есть новости?

— Ты дома, Кирюша?

— Дома, дома. Не томи, чем озадачил нас покупатель?

— Приду — расскажу. Скоро буду. Никуда не уходи.

Взгляд Марка задержался на пожарной лестнице, проходившей всего в полутора метрах от их окна, и его сердце радостно забилось. Неизвестно для чего, но в стену был вбит крюк, и можно было, став на узенький карниз и держась за этот крюк, дотянуться до пожарной лестницы. У него зазвонил мобильный телефон, увидев, что определился номер Линды, Марк привычно сбросил звонок и поспешил домой.

Взявшись за ручку дверей подъезда, он посмотрел на ребят, играющих в карты, и успел перехватить взгляд одного — жесткий, цепкий, настороженный. У Марка все внутри сжалось, он поспешно вошел в подъезд, словно за ним уже гнались, и на одном дыхании взбежал на третий этаж.

В квартире, понизив голос до шепота, Марк рассказал Кириллу о выявленной им слежке, подозрительных ребятах возле соседнего подъезда и заявил, что им надо немедленно уходить и где-то затаиться на время.

— Можем поехать к моим родителям — там отъедимся и отоспимся, — предложил Кирилл, но Марк отрицательно замотал головой.

— Нас в первую очередь будут искать у близких, — пояснил он. — Пока отрываемся от слежки, а там решим, что делать, — комнаты тоже имеют уши, ты сам недавно об этом говорил. С собой берем лишь самое необходимое.

Неожиданно раздался звонок во входную дверь.

— Кто бы это мог быть? — удивился Кирилл и направился к двери.

Его поймал за руку Марк.

— Не открывай! Кто бы это ни был — не открывай! — испуганно прошептал он, удерживая приятеля.

— А вдруг это Даня? — Кирилл усмехнулся, заметив испуг на лице товарища.

— Не открывай! — взмолился Марк и схватил его за руку, стараясь удержать. — ОНИ могут держать Даню под прицелом ствола, чтобы попасть к нам.

— Кто — ОНИ?! — Кирилл рассмеялся, страх приятеля лишь подстегивал его к решительным действиям.

Он высвободил руку и быстро подошел к двери, но не стал ее открывать, а лишь посмотрел в глазок. Какой-то черноволосый парнишка с кипой газет в руках переминался с ноги на ногу.

— Кто там?! — спросил Кирилл, пояснив стоящему рядом бледному Марку: — Какой-то пацан с газетами.

— Это ОН! — еще больше побледнел и затрясся Марк и с неожиданной силой оттянул Кирилла от двери, не давая открыть замок. — Я узнал его! Не открывай!!!

— Я представитель партии «Национальное спасение», — послышался голос из-за двери. — Хочу ознакомить вас с программой нашей политической силы, вручить номер газеты и небольшие подарки.

— Вали, парень, нам ваша партия неинтересна! — гаркнул Кирилл, а Марк трясущимися руками набросил дверную цепочку.

— Вы выслушайте меня, а потом…

Но Кирилл и Марк уже вернулись в комнату.

— Нам нельзя выходить — они явно нас там поджидают, — прошептал Марк. — Я видел троих, но, сколько их на самом деле, неизвестно.

— Похороним себя здесь? — иронически поинтересовался Кирилл. — Мы же не сможем все время сидеть в квартире, словно в крепости.

— Хреновая эта крепость — двери хлипкие. Ночью незаметно уйдем — есть план, Кирюша.

У Марка зазвонил мобильный телефон, когда он его доставал из кармана, то случайно нажал на сброс. Номер ему был незнаком.

— Перезвони, — посоветовал Кирилл.

— Кому надо, сам перезвонит, — не согласился Марк.

В этот момент он увидел, что пришло сообщение, и, когда он его прочитал, у него лицо исказилось от страха. Он протянул Кириллу свой мобильный.

«Что, страшно говорить? Не бойся — это я. Дальше смерти не шагнеш!»

— Прочитал? — прошептал Марк.

— Да, прочитал, — бодро ответил Кирилл.

— Ну-у? — еле выдавил из себя Марк.

— В слове «шагнешь» пропущен мягкий знак, а так все верно, — пожал плечами Кирилл.

— Ты идиот?! — Голос Марка дрожал. — Ты не понимаешь, что нам угрожают смертью?

— Слова еще ничего не значат, — хладнокровно заметил Кирилл. — Пожалуй, я с ними поговорю. — Он быстро выбрал определившийся номер, и Марк не успел ему помешать позвонить.

Вежливый женский голос сообщил, что абонент находится вне зоны связи.

— Отключились, что ли? — недовольно протянул Кирилл, а Марк выхватил у него из рук мобилку и отключил ее.

— Если что, пусть звонят тебе! — зло бросил он.

Но Кириллу никто не позвонил, и вскоре он устроился на кровати для просмотра боевика по телевизору.

— Мы не услышим, если они отмычками откроют дверь, — нервно сказал Марк, выдергивая шнур телевизора из розетки.

— А цепочка?

— До одного места твоя цепочка! — взорвался Марк. — Будь серьезнее — речь идет о наших жизнях!

— Не слишком ли ты все драматизируешь? — Кирилл лениво потянулся, устраиваясь на кровати поудобнее.

— Если мы попадем к НИМ в руки, может, живыми и останемся, но гримуар потеряем вместе со здоровьем, — зловеще прощептал Марк. — Ждем ночи и тогда уходим.

Кирилл молча пожал плечами, сладко зевнул, и вскоре Марк услышал ровное дыхание спящего человека.

«Вот толстокожее животное!» — мысленно возмутился Марк и, вооружившись кухонным ножом, устроился в уголке, чутко прислушиваясь к тишине квартиры. Изредка проходящие неподалеку поезда нарушали тишину, заставляли вибрировать дом, и в такие моменты Марк напрягался как струна, готовый к вторжению, но ничего не происходило, и он замирал до следующего раза. Время от времени он поглядывал на часы, не спеша отсчитывающие время.

— Пора, — сквозь сон донесся до Кирилла тихий голос Марка, и его затрясли за плечо. — Уже полночь.

— Не пойду я на рыбалку! — сонно запротестовал Кирилл, и рот ему плотно прикрыла чья-то ладонь.

Сон мгновенно слетел с него, он высвободился и вскочил и тогда рассмотрел в полумраке барахтающегося на полу Марка. Кирилл, отплевываясь, хотел выругаться, но, увидев, что Марк приложил к губам палец, все вспомнил.

Сборы были недолгими. Кирилл, открыв окно, осторожно выглянул наружу. Окна торца дома выходили на такую же пятиэтажку, темную и молчаливую. Полная луна освещала все вокруг лучше уличных фонарей, которые здесь отсутствовали с незапамятных времен. Несмотря на внешнюю браваду, Кирилл чувствовал себя не совсем уверенно. Затаившийся глубоко внутри страх подленько нашептывал: «Карнизик-то узенький, не более десяти сантиметров, — нога не удержится, соскользнет, а крюк, поди, заржавел, возьмешься за него и грохнешься вместе с ним с десяти метров. Если повезет, не убьешься, но точно покалечишься».