Сергей Полев – За гранью. Книга первая: Превосходство (страница 28)
Спустя чуть больше двадцати минут Эмилирион выглядел свежо и стильно (только по местным меркам — на Земле после такой работы к этому парикмахеру ни один адекватный человек больше бы не обратился!). По крайней мере, теперь волосы не лезли в глаза, и в целом ему стало намного комфортнее.
Перед уходом Эмилирион купил у мастера лезвие для бритья. Постоянно ходить бриться в парикмахерскую — утомительное занятие, особенно для такого ленивого человека, как он. Но и с бородой было неудобно, да и негигиенично — кто знает, какая зараза скрывается в этом мире.
Чтобы найти нужную улицу, на которой располагались ателье, описанное трактирщиком, ему пришлось уточнять маршрут у прохожих.
Добравшись до места, Эмилирион обнаружил больше десяти магазинов одежды, большинство исключительно женской. Практически на всех витринах красовались пёстрые наряды, окрашенные в броские цвета. Пришлось знатно походить, чтобы найти нужную лавку.
Одним из последних оказался магазин строгой одежды. Туда-то Эмилирион и зашёл. Он с первого взгляда влюбился в иссиня-чёрный наряд, напоминавший деловой костюм. Выбор был очевиден — даже Икар и Сатир одобрили его. Возможно, даже Немезида дала бы добро, если бы умела говорить.
Всего двадцать пять золотых монет — и он превратился из простолюдина в уважаемого человека. Теперь Эмилирион научился отличать дешёвую одежду от дорогой, хотя ранее ему казалось, что все кругом ходят в обносках. На самом деле так и было — мало кто мог потратить такую сумму на предметы гардероба.
По пути к таверне у него разразился спор с Сатиром:
«Дай я поговорю с ней».
«Какой в этом смысл? — ответил Эмилирион. — Зачем она нам нужна? Тем более что свою роль она исполнила».
«Я тебя огораживаю от эмоциональных перепадов в части отношений, но если ты проигнорируешь мою просьбу, то вспомнишь, что такое муки одиночества». — Редко, когда Сатир был столь серьёзен во время диалога.
«Как бы мне этого ни хотелось, но советую прислушаться к его словам», — поддержал его Икар.
«Ладно, но разговор буду вести я, — заявил Эмилирион. — Помощница нам не помешает, но её моральная нестабильность и мягкотелость меня напрягает».
«Ничего ты в девушках не понимаешь! — возразил Сатир. — Ей сейчас как никогда нужны поддержка, мужское плечо и забота. Дай ей это — и она ответит тебе преданностью и покорностью».
«Звучит сомнительно», — сказал Эмилирион.
«Напротив, его доводы крайне логичны, — Икар вновь был солидарен с Сатиром. — Девушка потеряла все якоря, удерживающие её в этом мире. Если мы сможем стать опорой, то она будет вынуждена быть рядом, независимо от того, хочется ей этого или нет».
«Как бы она не стала для нас якорем, в прямом смысле этого слова…»
Под конец спора Эмилирион добрался до таверны.
Поднимаясь по лестнице, он думал, что скажет Тее. Сначала следовало повторить историю о его перерождении и настоять на том, что смерть — это не конец. А затем предложить поддержку и равноправные, взаимовыгодные отношения. Обучать её магии было довольно легко, да и роль учителя приносила немалое удовольствие.
— Тея, нам нужно поговорить, — произнёс Эмилирион, открыв дверь в комнату.
Девушки внутри не оказалось. Тяжеленный мешок с награбленным, помятая постель и кувшин с цветами, стоявший на тумбочке, — и больше ничего, пустая комната. Он пошёл вниз в надежде узнать подробности у трактирщика.
— Уважаемый, вы не видели мою спутницу? — начал Эмилирион.
— Она вышла вслед за вами — вы разминулись? — спросил мужчина.
— А в какую сторону она пошла?
— Налево, в сторону центральной улицы. Что-то случилось? — Трактирщик отложил в сторону тряпку, которой протирал барную стойку, и с сочувствием посмотрел на него.
Эмилирион не ответил. И без Икара стало ясно, что она ушла. Видимо, убийство охранников слишком сильно повлияло на неё.
— Всё в порядке, налейте мне выпить, пожалуйста, — ответил он.
Сатир выполнил обещание: на сознание Эмилириона обрушилась громадная волна одиночества. Бодрость и целеустремлённость сменились унынием. Все цели перестали иметь какое-либо значение. Необходимо было отвлечься и очистить разум. В такие моменты бутылка — идеальный вариант.
Он просидел в раздумьях до позднего вечера, при этом изрядно напился. С трудом поднявшись наверх, Эмилирион «закрыл» дверь проверенным способом, разделся и лёг на кровать. Наконец-то можно было поспать полностью голым.
Ностальгия и тоска по дому подкрались незаметно, а затем выскочили из-за кустов нескончаемых житейских проблем и набросились на него. Был и плюс: одиночество давно стало наркотиком, действующим всё сильнее со временем. Нужно только пережить первый этап, одиночество — наркотик обратного действия.
Икар утешил Сатира, что Тея вернётся. Однако вероятность подобного исхода была невелика — всего тридцать семь процентов. Они договорились, что будут ждать её до полудня, и если она не придёт, то отправятся в Ласнион.
Глава 11. Черно-белый мир.
Всю дорогу до таверны Тея думала лишь об одном: сколь фатальную ошибку она совершила, когда решила пойти с Эмилирионом. Диора, хоть и не знала всех подробностей, однако на подсознательном уровне чувствовала угрозу, которую внучка проигнорировала в угоду юношеских устремлений.
«Кто же знал, что на самом деле он такое чудовище? — спрашивала себя Тея. — Разве я могла предположить, что с виду неопасный человек способен хладнокровно убить пятерых альсидов и не испытывать угрызений совести?»
Ответы мелькали в её голове, как и сомнения, появившиеся в ночь нападения. Уже тогда Эмилирион проявил безразличие к судьбам других, но как она могла не заметить его злодеяний? Праведных, но всё же злодеяний. Возможно, просто не хотела замечать? Или не могла.
После изнурительного самокопания Тея нашла оправдание: она была шокирована произошедшим в ту ночь и просто не могла принять вдумчивое решение. Юная девушка попала под влияние ужасного человека, желавшего воспользоваться ею во всех смыслах этого слова.
Как только Эмилирион покинул таверну, Тея вышла из комнаты и направилась вниз. С собой она взяла лишь отвратительные воспоминания — ни одна из кровавых монет не коснулась её руки. Желудок требовал подношений, однако воспользоваться украденными деньгами означало смириться с содеянным и простить себя.
На первом этаже сидел трактирщик и маленькими глотками проваливался в пучину пьянства и безвыходности.
— Вы, видимо, ищете своего спутника? — начал мужчина. — Он отправился к парикмахеру — если поторопитесь, то догоните его.
Тея оставила вопрос без ответа и вышла на улицу.
Она бесцельно побрела прочь от таверны в сторону центральной улицы. В её истерзанном разуме не было и намёка на какой-либо план. Тея желала оказаться как можно дальше от чудовища, разрушившего её жизнь (поступок Эмилириона затмил бесчинства ремианцев — теперь она во всех бедах винила лишь его одного).
Шаг за шагом она вырывалась из объятий тьмы и становилась ближе к свету. Тея впервые за последние дни почувствовала, что сделала правильный выбор. Сама приняла решение и наконец перестала выполнять чужие приказы.
Дойдя до Дороги Жизни, рассекающей Миранталь надвое, она остановилась и вдохнула аромат филактии. Казалось, сама природа подсказывает единственно верный путь. Теперь Тея знала, как нужно поступить.
Она обратилась к проходившим мимо гвардейцам:
— Мне нужно встретиться с Яферитом.
Никто их двоих мужчин не обернулся — они просто прошли мимо.
— Я хочу увидеть Яферита! — прокричала Тея.
Угрюмые, с виду мужественные мужчины вздрогнули. Беловолосый альсид, стоявший слева, обернулся первым:
— Что случилось? И почему вы так кричите?
Она подошла к ним вплотную и ответила:
— Мне срочно нужен Яферит. У меня для него есть важная информация.
— Вы можете рассказать нам, и мы обязательно передадим её полководцу, — произнёс второй гвардеец со шрамом на щеке.
— Вы не понимаете! — воскликнула Тея. — Я должна лично поговорить с ним!
— Девушка, прошу вас, успокойтесь, — начал беловолосый. — Какого рода информацию вы желаете сообщить Яфериту? Речь идет о секретных сведениях? — Он с недоверием посмотрел на собеседницу.
— Нет, тут другое… — Она подсознательно понимала, что если не сможет сама поговорить с Яферитом, то наверняка её будут судить как соучастницу.
— Скажите хоть что-нибудь, дабы мы поняли, насколько ваша информация важна! — сказал второй гвардеец.
— Я знаю, где скрывается тот, кто уничтожил Альдимию и разрушил таверну в Ласнионе, — негромко произнесла Тея.
Мужчины переглянулись и замолчали. По их виду казалось, что её приняли за сумасшедшую и сейчас прогонят прочь. Однако беловолосый гвардеец улыбнулся и произнёс:
— Конечно, мы отведём вас в замок. Пожалуйста, пройдёмте.
Тея испытала облегчение. Наконец у неё появился шанс всё исправить и начать сначала.