Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 4 (страница 30)
— Начнём! Сыпь по тридцать грамм! — приказываю я и создаю гранатомёт.
— Понял, — Элиан кивает и набирает пыль.
— Розалия, переводи их в режим стрельбы световыми гранатами, а то не хватало, чтобы нас подорвал наш же боец.
— Слушаюсь, Ваше Благородие.
— А мне что делать? — вопрошает Катя.
— Забирай их у Розалии и складывай в ряд. И пожалуйста, отбрось все предрассудки, сейчас мы должны работать как одна команда, — командирским голосом настаиваю я.
— Хорошо… — Катя грузно вздыхает и берёт первый «РПГ». — Тяжёлые…
— А никто не говорил, что будет легко, — ухмыляюсь я. — Потерпите, Ваше Высочество.
— Опять ты за своё, — она морщится.
— Давайте, в темпе! Раз-два, раз-два, раз-два! — пытаюсь задать темп.
Один за другим гранатомёты ложатся на пыльную траву, здесь могла бы быть парковка, но этот мир заставляет низшие слои населения пользоваться общественным транспортом. Города куда зеленее тех, в которых я жил раньше. Прошлая жизнь видится такой далёкой, такой забытой — бесцельная трата времени… Как же приятно осознавать, что у тебя есть цель, ради которой не страшно и умереть, и жалею я лишь об одном, что не понял этого раньше.
Но если мне всё-таки удастся покончить с Алхимиком и спасти этот мир, я смогу с уверенностью сказать, что жизнь прожита не зря. Мне дан второй шанс, всё исправить — есть в этом что-то библейское, однако я прекрасно помню, кто остался руководить моей Землёй, и я им нисколько не завидую, а напротив, могу лишь только посочувствовать. Магии в том мире нет, а хранителям денег невыгодно что-то менять. Моя Земля обречена, и совершенно неясно, можно ли это как-то изменить…
Зато я на сто процентов уверен, что мои действия в этом мире могут принести результат, обычный торговец оружием способен уберечь эту Землю от гибели. И ведь если подумать, то после того апокалипсиса с нечистыми, они более не появлялись, а значит, я был прав, когда утверждал, что к этому процессу причастно НКК. Возможно, у них попросту закончилось «сырьё» для своих фашистских экспериментов.
Пока я размышляю о смысле жизнь и о её ценности, пыль медленно оседает, а боеспособные солдаты Народной Дружины высыпают во двор. Пётр Николаевич ждёт, что я отдам им приказ, и раз уж мы доделываем примерно сто двадцатый «РПГ», то можно этим заняться.
— Всё, хватит, — прекращаю крафтить и считаю количество бойцов. — Значит, будем, как триста спартанцев… Пётр Николаевич, определите тех, кто возьмёт в руки гранатомёты, остальные пусть займут позиции на близлежащих крышах, в том числе супермаркета. Их задача заключается в том, чтобы не подпустить к нам нечистых, которые подступают со всех сторон. А мы с группой гранатомётчиков займёмся вон той тварью.
— Что там? Ты видишь? А? Нет, я ничего не вижу, — шепчутся солдаты.
— Это нечистый класса титан, — продолжаю я. — Правда, нам достался титан переросток, но силы нашего оружия будет достаточно, чтобы уничтожить любую тварь. А когда закончим, подключимся к обороне. Работать будем с крыш вот этих девятиэтажек. На всё про всё у вас десять минут, мы должны торопиться, пока этот титан полностью не уничтожил город.
— А стрелять «умными ракетами»? — спрашивает один из солдат.
— Сперва попробуем в обычном режиме, он не ушёл далеко, должно хватить. В таком темпе мы сможем запускать по одной световой ракете раз в две секунды, или семьдесят пять ракет в секунду… Такое никто не переживёт! Но помните, ни в коем случае не переключайте режим боеприпасов, иначе вы по ошибке сами сравняете Екатеринбург с землёй. За дело!
— Вы всё слышали! — кричит Пётр Николаевич. — Сотрудники СБ, полицейские и бывшие военные берут гранатомёты первыми! Затем уже те, кто уверен в своих силах. Остальные знают свои позиции. Чего стоим?! Пошли-пошли-пошли!!!
Бойцы забегали, как муравьи во время дождя, мы же с Розалией и Катей попёрлись на крышу девятиэтажки, расположенной по центру. Можно было бы и всем бойцам туда залезть, но не стоит класть все яйца в одну корзину, ведь даже если мы погибнем, то другие два отряда смогут доделать начатое.
С крыши размер титана поражает меня: он проходит мимо тридцати трёхэтажного небоскрёба, снося его коленом. Голова этой твари находится явно выше пятисот метров, скорее всего, километра нет, но и без этого поджилки трясутся, а «воровской карман» сжимается до размеров атома.
Я жду, пока все займут позиции и делаю первый выстрел световой ракетой, остальные в это время ожидают команды. Мы наблюдаем, как мой «подарочек» пролетает километров шесть-семь и падает на окраине разрушенного центра, куда уже добрался титан.
— Стрелять под небольшим навесом! — кричу я. — Так мы его точно достанем! ОГОНЬ!!!
Полторы сотни ракет одна за одной стартуют и уносятся прочь. Смотря на эту красоту, язык не поворачивается назвать их гранатами. Нет, это настоящая батарея РСЗО, готовая уничтожить хоть весь многомиллионный город.
Пока первая партия находится в воздухе, в более разрозненном порядке стартует вторая, затем третья, четвёртая… девятая. Наконец, первые ракеты достигают цели: яркий свет пробивается сквозь ещё стоящую полевую завесу. А когда приземляется вторая группа, кажется, будто зажигается новое солнце. Толком не видно, попадаем ли мы по Титану, но такой плотности огня должно быть достаточно, чтобы его утихомирить.
В нескончаемых залпах «РПГ» я слышу звуки стрельбы. Поворачиваюсь и вижу сотни нечистых всех видов и мастей, движущихся к центру города. Судя по всему, им интересны не мы, а этот полукилометровый монстр. Но почему? Он виноват в их появлении? Возможно…
Как бы то ни было, орда нечистых проносится мимо нашего штаба, и бойцы вынуждены открыть огонь, привлекая внимание несущихся рядом монстров. Благо, многие всё равно пробегают мимо, ведь в противном случае у наших ребят, да и у нас были бы большие проблемы.
— Я ничего не вижу, — жалуется Катя, одной рукой закрывая глаза, а второй держа автомат.
— Не смотри, — говорю я. — Лучше помоги тем, кто охраняет наш тыл.
— Хорошо…
— Ваше Благородие, а как мы узнаем, что уничтожили его? — спрашивает Розалия.
— Хороший вопрос… Прекратить огонь! — ору я.
— Отставить стрельбу! — поддерживает Пётр Николаевич и показывает соседним крышам крест. — Прекратить!
Не сразу, где-то через полминуты, гранатомётчики заканчивают с фейерверком, и мы наконец-то можем увидеть результат нашей пальбы. И стоит ли говорить, что он поражает! Поражает в плохом смысле…
— Да вы издеваетесь! — вырывается у меня. — Какого ляда он ещё жив?..
Чёрная махина не только жива, но и отлично себя чувствует, идя прямо на нас. Всё, чего мы добились, — это привлечение его вниманиz. Как этот нечистый пережил несколько тысяч попаданий — большой вопрос, отвечать на который времени нет, ведь пока мы его атаковали, он успел пройти полпути.
— Без навеса, прямой наводкой огонь! — приказываю я.
— Прямой наводкой огонь! — дублирует мои команды Пётр Николаевич.
Дабы не промазать, бойцы целятся прямо в сердце нечистого, точнее? в то место, где оно могло бы быть. Первые попадания я вижу отчётливо: белые шары радиусом в полтора десятка метров образуются прямо на груди у титана, не причиняя ему никого вреда. Кажется, будто он попросту неуязвим…
— Бляха муха… — шепчу я. — Неужели ты и правда неуязвим?.. Это пиздец…
Ещё никому не удавалось одолеть неуязвимых нечистых, их обычно вывозили в океан и бросали на глубину, но такую махину попробуй отвези. Единственный возможный вариант — это стрельба по нему сперва с машины, потом с корабля, дабы утопить тварину. Но по понятным причинам мы этого сделать не сможем.
И как быть? А хрен его знает, ведь бежать смысла нет. Если дать на ногу, то значительная часть Народной Дружины останется гнить в земле, и это при условии, что нам вообще удаться прорваться сквозь орду нечистых.
Выход только один: стрелять и надеяться на чудо. Другого варианта просто нет. Обидно осознавать, что Алхимик смог так просто поставить всё наше предприятие на грань уничтожения. Очень обидно…
Вспышки быстро приближаются, остаётся всего два-три километра. Я и сам стреляю, щурясь, ведь иначе просто никак. Некоторые бойцы, включая Розалию попросту не могут прицелиться и постоянно протирают слезящиеся глаза.
— Слушай мою команду! — ору во всё горло. — Прицельтесь единожды, а затем стреляйте вслепую! Тварь уже близко, вы не промажьте!
В шуме стартующих ракет меня слышат только солдаты с нашей крыши, остальные стреляют кое-как. Чем ближе вспышки, тем жарче становится, и всего секунд за пятнадцать становится так душно, будто мы находимся в добротной сауне.
Я решаю отвернуться и посмотреть, не обходят ли нас с фланга, но в этот момент чувствую, как кожа на затылке и волосы на голове вспыхивают — невыносимый жар исходит прямо от нечистого.
Поворачиваюсь и вижу, как его верхняя часть уносится в небо, а в месте попадания разрастается огненно-рыжий шар. И я знаю, что это такое…
— ЛОЖИСЬ!!! — успеваю прокричать я, прежде чем нас накрывает ударная волна.