Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 5)
В бронированном стекле виднеется достаточно широкая полоса, поэтому я переключаю на разрывные и стараюсь класть пули точно по проторенной дорожке. Попадаю не всеми, но и их оказывается достаточно, чтобы вызвать настоящий хаос по ту сторону стекла.
В небольшом и закрытом помещении взрывы оказываются крайне эффективны, хотя бы из-за сотен осколков. А я всё стреляю и подхожу к левой двери. Вспоминаю, что не надел защиту, но боюсь, что мана может закончиться… Решаю повременить с этим вопросом.
Я прохожу половину пути, и огромное стекло разрушается, падая внутрь. Сотню взрывов не способно выдержать даже оно. Не завидую тем, кто оказался под ним. Хотя, скорее всего, внутри живых уже нет.
Заканчиваю палить и переключаюсь на бронебойные — они мне понадобятся, чтобы открыть дверь.
Из-за канонады собственных взрывов я не слышал других, которые звучат где-то далеко. Кто-то действительно нападает на изолятор… Если это мои люди, то я не представляю, как им это удалось. Такого рода место наверняка защищено лучше, чем задница Императора.
Подхожу к двери и стреляю несколько раз вверх, чтобы в пороховых вспышках найти слабые места. И они находятся — петли висят с моей стороны.
Спускаюсь вниз и начинаю поливать их десятками пуль. По два-три магазина на каждую, и от петель не остаётся живого места. Простреливаю остальные три стороны двери, чтобы избавиться от возможных штифтов, её удерживающих.
Когда заканчиваю с нижней частью, металлическая махина начинает крениться в мою сторону. Приходится переключиться на разрывные и «подтолкнуть» её в обратном направлении, дабы она не переломала ступени.
Череды ударных волн оказывается достаточно, чтобы отбросить её. Она падает с ужасным грохотом, я чувствую сильную вибрацию.
Путь свободен! Можно идти.
Всё-таки приходится надеть защиту, ведь меня могут ждать уже за следующим углом… Переключаю обратно на бронебойные и поднимаюсь в комнату наблюдения.
Почти все аварийные лампы разрушены взрывами и осколками, но трёх оставшихся хватает, чтобы разглядеть творящийся там ад. На полу лежат сразу восемь изуродованных трупов, включая двух девушек. Одного мужика я узнаю… Его часто показывали по телеку в новостях. Какая-то важная шишка на службе у Императора.
Помимо трупов и частей потолочной плитки, вижу три двери, одна близко, две в глубине помещения. Звуки взрывов доносятся из ближней. Что там так бахает? Второй я ворвался в здание?
Нажимаю на ручку — не заперто. Отлично, выход свободен!
Неслышно шагаю по длинному коридору, подсвеченному всё теми же красными лампами. Чем дальше прохожу, тем громче слышу звуки взрывов. Помимо них, в «эфире» проскакивает треск автоматных очередей.
Даже страшно представить, что за бойня там идёт… Как бы не оказаться между молотом и наковальней. Буду действовать максимально аккуратно.
Коридор сворачивает и тут же заканчивается тремя дверьми. Взрывы раздаются за центральной. По чуть-чуть открываю её и выглядываю сквозь небольшую щель.
Похоже, передо мной какая-то промежуточная комната с решётками на всех проходах. Она, видимо, выступает в роле дополнительной защиты от побега. Хорошо, что внутри никого.
Не спеша, протискиваюсь внутрь.
Все решётки и двери открыты. Вновь три прохода, и теперь мне нужен правый. Иду по нему, держа автомат наготове и постоянно оглядываясь.
К звукам взрывов и автоматных очередей добавляются крики, маты и стоны. Бойня совсем рядом… Возможно, за следующим поворотом.
На новой развилке поворачиваю налево и упираюсь в мощную дверь, которая, по всей видимости, открывается, уезжая наверх. Но сейчас она заперта, а сражение проходит именно за ней.
Как же сильно там орут люди, что я слышу их через толстый слой металла?
Проделываю «глазок», дабы посмотреть, стоит ли туда входить. Решаю прострелить его на уровне колен — туда вряд ли залетит шальная пуля.
Ложусь на пол и заглядываю в дыру. Вижу чьи-то оторванные ноги, гильзы и длинны коридор. Тот самый коридор с кучей камер, в котором держали меня и Катю. В конце виднеется нечто наподобие огромного бура на гусеницах.
Проникновение? Такого рода проникновение?! Это же хватило у кого-то фантазии! Наверняка не мои люди. Банально денег бы не хватило на такую операцию.
Делать нечего, придётся вступить в бой, дабы налётчики поняли, что я на их стороне.
Встаю в полный рост и начинаю под острыми углами расстреливать тех, кто, скорее всего, обороняется у двери. Я стараюсь сделать так, что мои пули не полетели в сторону потенциальных союзников.
Спустя сотню выпущенных пуль крики заметно поутихли. Пора вскрывать дверь! Раз выезжает она сверху, то и пилить её нужно именно там.
Отхожу подальше и начинаю работать по этой железяке, отделяющей меня от вожделенной свободы. Дверь оказывается не такой прочной, как прошлая, и падает достаточно быстро.
На меня смотрят два ошалевших лица в чёрных масках — местные охранники, которым посчастливилось выжить. Используя эффект неожиданности, я расправляюсь с обоими и иду вперёд.
— Ты ещё кто?! — кричит с того конца помещения высокий мужик с вытянутыми вперёд руками.
— Заключённый, — отвечаю я и прохожу по двери. — У нас общий враг.
Мне приходится демонстративно добить кряхтящих надзирателей, дабы у напавших на изолятор не появились лишние вопросы. Замечаю множество пуль прямо под ногами у того длинного мужика в коричневом костюме и с бандитской маской на лице.
Судя по всему, он при помощи магии отражал выстрелы охранников. Получается, он ноль? О подобных технологиях я ещё не слышал.
— Стой там, где стоишь! — приказывает длинный.
— Я вам не враг, — немного замедляю шаг.
— Да чё ты с ним сюсюкаешься?! — хрипит коротышка из-за его спины. — В расход!
В меня летит нечто, похожее на старинную гранату с фитилём. НСАЗ срабатывает без промедлений и уничтожает бомбу ещё на подходе, не давая той взорваться.
— Последний раз предупреждаю, что я вам не враг! — ору я и крепко сжимаю автомат одной рукой.
— У нас не на это времени, — доноситься из кабины бура. — Пора заканчивать!
— Точно, пора с ним кончать! — опять подаёт голос хриплый и поочерёдно кидает пять бомб.
Моя защита без каких-либо проблем справляется со всеми. Он может метать их хоть до ночи, ничего не изменится.
— Я хотел по-хорошему, — сквозь зубы шепчу я и вскидываю автомат.
Бронебойные пули врезаются в невидимый щит и падают на пол. Десять выстрелов в секунду — это вам не шутки! Хриплый продолжает кидать бомбы, но быстро понимает, что они не помогают. Тогда он берётся за автомат и начинает палить в мою сторону.
Пули свистят рядом с головой, и мне становится страшно. Я понимаю, что НСАЗ должна их отразить, но всегда есть риск, что всё может пойти не по плану.
Но нет, Кузнец не обманул: система отбивает и первый, и второй магазин, она отбила бы даже третий, но я пробиваю щит прежде. Длинный хрен в последний момент успевает лечь на пол, подставляя хриплого. Черешня последнего превращается в распустившийся цветок — дюжина пуль способна сделать и не такое.
— Не стреляй! — верещит «щитовик».
— Ишь как запел… Раньше надо было думать, — заявляю я.
— Ты без нас не выберешься, — лепечет он дрожащим голосом.
— Правду говорит! — вновь доносится из кабины.
— За кем вы пришли?! — подхожу всё ближе к ним. — Говорите быстро!
— За ЕЁ Высочеством Екатериной, — отвечает длинный.
— Так бы сразу и сказали… — опускаю автомат и ударяю себя по лбу. — Она мой друг… Идиоты, блин!
— Друг? — вопрошает голос из кабины.
— Он самый. Вы знаете, как открыть камеры?
— Они уже должны быть открыты. Екатерина там, — длинный, не поднимая головы, показывает на дверь в трёх метрах от меня.
— Они идут! — орёт мужик из кабины.
Я слышу, как по коридору, по которому я пришёл, топает целая армия. Мне ничего не остаётся, как зарядить разрывные и разрушить проход. Уходит всего один магазин.
— Они нас не побеспокоят, — пренебрежительно произношу я.
Подхожу к нужной двери, краем глаза поглядываю на длинного «Валеру» и бур. За окном действительно находится Катя — она лежит и смотрит в потолок. На её ноге красуется тот же браслет, что был у меня. Вероятно, бедную девушку тоже пытали… Вот ведь ироды!
Открываю незапертую дверь и захожу внутрь. Катя никак не реагирует на моё появление. Хотя если её взрывы и стрельба не привели в чувство, то я попросту бессилен.
Подхожу к ней и без лишних слов беру на руки. Катя будто овощ — вялая и флегматичная, моргает раз в полминуты. Что с ней сделали — можно только гадать.
Выношу её в коридор и говорю:
— Уходим! Здесь нам больше делать нечего!