Сергей Полев – Оружейный Барон. Том 3 (страница 2)
— Хочу вас заверить, что мы найдём все необходимые доказательства… — он делает многозначительную паузу и нагнетает атмосферу. — Поэтому трижды подумайте, прежде чем ответить. Вы причастны к созданию световых боеприпасов?
Я не наивный паренёк и понимаю, что просто так меня отсюда не выпустят. Если захотят найти доказательства, то обязательно найдут или подкинут. Но к чему тогда эти вопросы? Агент намекает на сотрудничество с властями?
У меня были подозрения, что рано или поздно до этого дойдёт. Выхода нет, придётся рассказать кусочек правды и попытаться выторговать максимум… Однако сейчас я нахожусь в слабой позиции. Агент легко может предложить свободу в обмен на рабский труд. Тогда можно будет забыть и про деньги, и про спасение планеты.
— Ладно… Расскажу, как всё было… — готовлюсь сказать полуправду. — Федя спас меня и затащил в недостроенное здание. Он сказал, что у него кончилась мана, и отбиваться придётся мне. Тогда я достал оружие со световыми боеприпасами и принялся защищать нас.
— Так бы сразу.
— Затем, когда монстры кончились, я убрал оружие и повернулся. Федя всё это время стоял у меня за спиной. Но почему-то вместо него там находился какой-то мужик и целился в меня из пистолета. Я испугался, что это убийца, подосланный графом Громовом, и достал автомат с разрывными патронами.
— И что случилось потом?
— Я начал целиться в него, а он выстрелил этим картриджем… Моё тело сковали судороги… Я непроизвольно нажал на спуск и не смог разжать пальцы. Взрывы разрушили перекрытие, и потолок рухнул нам на головы.
— Хм… — мычит агент.
— Мой грех, что я скрывал световые боеприпасы…
— И решили продать их, — поправляет он.
— Торговля без лицензии — за это я готов ответить хоть сейчас.
— А что вам известно про «уральскую чуму»?
— Про что?
— Речь про вещество, убившее десятки людей в Екатеринбурге. В том числе упомянутого вами Громова.
— Знаю только то, что передавали по новостям, — максимально расслабляю мышцы лица, чтобы повысить шансы на успевшую ложь. — Это какая-то бактерия? Не хотелось бы заразиться…
— Вы желали смерти графу Громову?
— Он повинен в гибели моего отца. Как вы думаете, желал ли я его смерти? Конечно! Много раз прокручивал в голове сценарии… Но я слишком слаб, чтобы добраться до него и отомстить. Раз уж мы говорим начистоту, то я жалею, что не успел убить эту тварь.
Полуправда — самая эффективная ложь. Теперь остаётся надеяться, что агент поверит мне, ибо терроризм просто так не простят… Даже неясно, перевесит ли польза от моего оружия, проступок с нечистой пылью и водопроводом. Если Пётр Николаевич накосячил, мне пипец.
— Готовы ли вы сотрудничать с Секретной Службой? — спрашивает он.
— А что подразумевается под «сотрудничеством»?
— Отвечайте на вопрос.
— У меня нет выбора.
— Рад это слышать, — агент встаёт и убирают стул обратно в стену. — Отдыхайте.
— И долго мне тут куковать? У меня там баронство простаивает…
— Столько, сколько нужно, — бросает напоследок мужик в маске и уходит.
— Приехали… — шепчу я.
Выжидаю полминуты и иду ощупывать стену, из которой появлялся стул. Как ни странно, но передо мной находится обычная стена из керамической плитки. Как агент достал оттуда стул — загадка.
Подхожу к окошку в двери и выглядываю наружу. Помимо центральной, замечаю ещё две двери. Значит, в этом помещении как минимум шесть камер, но, скорее всего, намного больше.
Живот урчит, и назревает резонный вопрос: а когда и как нас будут кормить? Поведут в общую столовую или раскидают баланду по тарелкам и закинут в камеру?
Столько лет боялся угодить на нары, и вот оно случилось…
Да, я совершил несколько ошибок, но риск был оправдан. Тем более, если учесть частоту разломов, с которой они начинают появляются. Сложно говорить о прогнозах, но из данных, полученных от Лилии, можно предположить, что у Земли нет и пяти лет. Скорее всего, счёт идёт на месяцы.
А если начнут появляться монстры по типу того, который обитает в Курске, то всё может закончиться в разы быстрее. Жить хочется, и поэтому приходится идти на риск. Жаль, что нельзя рассказать о надвигающейся угрозе… Не ровён час отправят в Долину Рудников за доказательствами.
— Да ладно! — в соседнем окошке замечаю Катю. — Что ж тебя так потрепало?
Она выглядит уставшей, если не сказать измотанной. Круги под глазами, растрёпанные волосы, потёкшая туш — такая себе Императрица. Даже интересно, за что её закрыли… Помню, Катя говорила про семейные проблемы, видимо, они её и догнали.
Махаю, чтобы привлечь её внимание, но девушка не замечает. Она ведёт себя словно зомби, игнорирующий происходящее. Мне становится жаль её… Ладно, я поживший в суровой России, но Катя — одуванчик, который пытается казаться шипастой розой. Но помочь ей я ничем не могу, мне бы кто помог…
Я стою ещё минут пять, пытаясь обратить на себя внимание, но всё безрезультатно. Тогда ложусь на кровать и закрываюсь от яркого света подушкой.
Делать в камере нечего. Можно было бы поотжиматься, но я и так уже хочу жрать, а поэтому силы нужно экономить. В такой ситуации нужно быть готовым ко всему…
Паршиво чувствовать, что твоя жизнь от тебя не зависит. Мне казалось, что я более никогда не вляпаюсь в подобное дерьмо. Думал, могут убить… Но посадить, да ещё и без боя, — это вдвойне обиднее, ведь при ином раскладе живым я бы не сдался.
Теперь придётся «сотрудничать», в это западло. Выбор невелик: сгнить на каких-нибудь рудниках или пойти на сделку. С одной стороны, можно не прогибаться и выбрать первый вариант с надеждой на побег, но с другой, из тюрьмы ещё никто не сбегал.
Были те, кто свалил на «этапе», но чтобы из тюрьмы — такого не было ни разу. И это довольно странно, ведь из любой тюрьмы можно сбежать…
Вообще, непонятно, где я нахожусь. Это может быть и обычное здание посреди Москвы, и подземный бункер без окон и дверей, а может и гигантский танкер, что бороздит воды Российской Империи. Вариантов куча, и рассчитывать на побег не приходится. Наверняка СС всё предусмотрели.
А вот если меня куда-то повезут, нужно будет рвать когти при первой возможности. Пусть я и не смогу спасти этот мир, находясь в бегах, но хоть поживу как человека, а не как обезьяна в клетке.
Сижу я, сижу и жду у моря погоды. Непонятно, сейчас день или ночь… Спать вроде не хочется, но это только в первое время, ведь через часов десять, всё меняется.
Теперь я бы с радостью покемарил, но яркий свет сильно мешает. Пытаюсь закрыться подушкой и заснуть, но только стоит задремать, как эта пуховая предательница сползает, запуская раздражающие лучи ко мне в глаза.
Так продолжается ещё часов пять, когда дверь в комнаты, наконец, открывается. На этот раз входит невысокий и худой мужчина в той же самой одежде. Видимо, у них здесь такая униформа.
— Доброе утро, Николай, — говорит он изменённым голос. — Я бы хотел обсудить сотрудничество…
Глава 2. Безвыходная ситуация
— Проходите, гости дорогие, — саркастично отвечаю я.
— Сразу к делу, — агент закрывает дверь и указывает мне на кровать.
— И что же вы хотите мне предложить? — не спеша иду к своей лежанке.
— Взаимовыгодное сотрудничество, — он достаёт из стены стул и садится по центру камеры.
Почему так далеко? Боится, что я на него накинусь? Судя по всему, это какой-то начальник… Ведь какой смысл тянуть столько времени, если я и так дал согласие? Скорее всего, мне пришлось ждать его визита.
Можно было бы повыёживаться и пойти в отказ, но зачем терпеть бессмысленные пытки? Ещё по интонации прошлого дознавателя я понял, что им известно про световые патроны. Непонятно откуда у них эта информация, но тот хрен в чёрном всю дорогу склонял меня в этом направлении.
И почему-то мне кажется, что класть они хотели большой и толстый болт на мои преступления. Световые патроны — вот что их интересует. Попахивает шкурным интересом и нарушением процессуальных процедур. А если они реально беспредельщики, то придётся взять их хитростью, а не упорством.
Лох не мамонт…
— Я вас внимательно слушаю, — натягиваю маску заинтересованности.
— Мы выдадим всё необходимое для производства оружия, а вы взамен создадите столько, сколько потребуется.
— Звучит интересно. И сколько же потребуется, позвольте узнать?
— Зависит от ваших возможностей.
— Так как я недавно совершил прорыв, то не думаю, что смогу создать больше пятнадцати, — вру, ибо проверить они не смогут, а запас маны со временем сильно увеличится.
Пусть в первые дни я и буду отдавать им почти всё, что смогу произвести, но потом уйду в большой плюс.