Сергей Полев – Оружейный барон. Том 2 (страница 18)
— Прошу меня простить. Я не всегда уметь контролировать своя сила.
— Ваше Благородие, Джеймса взяли в плен во время последнего конфликта на западном берегу Франции. Пять лет он просидел в тюрьме, но потом был выпущен и завербован, как опытный целитель, — поясняет начальник.
— Я много работать, много лечить, много заниматься спорт, — низким басом рассказывает Жрец. — Хозяин умирать, я стать свободный и искать работа.
— Столько лет у нас в стране, но язык так и не освоил? — ухмыляюсь я.
— Я плохо учиться, но хорошо работать. Я отлично лечить! — Жрец оголяет рукав белой рубашки и демонстрирует татуировки. — Наставник! А если везти, то становиться одарённый!
— Бедные мои уши… — отрицательно мотаю головой. — Ладно, так уж быть. Раз всё равно других вариантов нет.
— Я рад служить, хозяин, — бугай показывает большой палец.
— Блин, его же где-то поселить надо… — с задумчивым видом осматриваю свои владения. — Было бы забавно, подкинуть тебя к Лилии, вот она обрадуется…
— Ваше Благородие, не рекомендую так поступать… — говорит начальник. — Она — девушка с тонкой натурой. Да и шуток не понимает…
— Ладно. Распорядитесь перенести мои вещи в комнату отца, а нашего гостя поселите ко мне, — тыкаю в бицепс бугая. — Вот скажи, Жрец, ты сам так накачался или при помощи сыворотки?
— В моя страна я использовать сыворотка, но в ваша страна это нельзя, — Жрец вздыхает с печалью на лице.
— Хм… Это всё меняет. Пойдём, я тебе кое-что покажу.
Веду его в «спортзал». Пётр Николаевич с недоумевающей физиономией следует за нами.
На самом деле этот Армстронг — настоящая находка. Таким же здоровяком я становиться не планирую, но тренер, знающий, как обращаться с сывороткой, мне пригодится.
Мы заходим внутрь, и я замечаю на лице Жреца неподдельный культурный шок.
— Твоим первым заданием, — начинаю я, — станет модернизация этого жалкого подобия спортзала. Я хочу, чтобы здесь был весь необходимый для тренировок инвентарь. Пётр Николаевич, посодействуйте нашему новому специалисту. Деньги не проблема. Купите всё, что необходимо. Справитесь до вечера — молодцы, не справитесь — будете работать ночью.
— Ваше Благородие… — неуверенно возмущается Пётр Николаевич. — Это нереально…
— Нужно много тренажёр! — восклицает Жрец. — Очень много тренажёр!
— Вечером я хочу провести полноценную тренировку, используя сыворотку. Согласуйте с Армстронгом весь необходимый инвентарь и установите к вечеру.
— Как вы будет угодно, Ваше Благородие… — устало выдаёт начальник.
Я оставляю их наедине и поднимаюсь в свою новую комнату, отжатую у отца. Слышу, что Жрец сам начинает таскать барахло на улицу. Фанатичный бодибилдер — то, что нужно!
Захожу в спальню и ради интереса включаю телевизор. Нахожу канал с новостями и начинаю медленно охреневать…
Захват заложников, убийства чиновников, теракты на государственных объектах — и всё это происходит в нашем секторе. Что же за «друзья» были у моего отца? Происходящее походит на настоящую революцию… Для полной картины не хватает мужичка на броневике и танков, стреляющих по правительственным зданиям.
По телеку крутят кадры выступления Громова: он стоит на трибуне под открытым небом и выступает перед журналистами. В какой-то момент раздаётся взрыв. Затем ещё и ещё!
Под самый конец записи в кадр попадает существо, похожее на адского цербера. Из его пасти вылетаю огненные шары и взрываются при контакте с поверхностью. К несчастью, графу удаётся убежать со сцены и скрыться за кулисами.
Из моей груди вырывается сдавленный смешок, когда я провожу аналогии со своей Россией… Там тоже в царя бомбами кидались. Ничего не меняется.
Пока думаю о том и об этом, умудряюсь заснуть…
Просыпаюсь уже на закате. Первым делом небольшой перекус и в качалку. Надеюсь, они успели привезти хоть что-то.
Когда задача стоит серьёзная и объёмная, всегда лучше попросить заведомо больше, ведь велика вероятность, что привезут ровно столько, сколько нужно. Этой хитрости я обучился ещё в детстве на уроках психологии…
Школа, школа — беззаботная пора. Хоть сейчас я тоже своего рода «школьник», вынужденный ходить на уроки, но забот от этого меньше не становится. Если бы не все эти проблемы, вызванные одним выстрелом, то глядишь, спокойно бы познакомился с миром да уже повысил ступень.
Но с другой стороны, это было бы слишком скучно. Ладно бы играли гормоны — другое дело. Можно было бы побегать за школьными юбками, но я это перерос. И если исключить нестерпимое желание гладить девушек с красивыми волосами, то я стал бы похож на бесчувственного чурбана.
По пути в спортзал замечаю, что Розалия моет полы. А ведь я её раньше за этим делом не видел. Радует, что она не ослушалась приказа и, перенося все тяготы и невзгоды службы при моём дворе, выполняет то, что велено.
Она настолько занята, что даже не замечает меня. Я захожу в спортзал и вижу, что мои ожидания оправдались. Минимальный набор инвентаря установлен, можно тренироваться. Армстронг, к слову, уже приступил к разминке.
— Хорошо поработали, — говорю я и провожу рукой по новенькой стойке с «блинами».
— Мы успевать не всё, но это должно хватить, — Жрец насилует своим ужасным акцентом мои уши.
— Сейчас схожу за сывороткой, и можно приступать.
— Сыворотка нельзя? — качок вопросительно смотрит на меня.
— Мне можно, — снисходительно смотрю на него.
— А мне можно?
— Мы подумаем над этим. Если я выживу после первой дозы, то достану сразу несколько. Так что в твоих интересах сделать так, чтобы я не умер и остался доволен результатом.
— Я делать всё, что могу, — Жрец играет грудными мышцами. — Хозяин будет сильный! Такой же, как я!
— Ага…
Иду в свою старую комнату и думаю, что надо уточнить у Петра Николаевича про ориентацию Армстронга… Не хватало вляпаться в какое-нибудь «гачимучи»…
Забираю из туалета ампулу с фиолетовой жидкостью, захожу к служанкам и прошу шприц. Затем возвращаюсь к Жрецу и отдаю всё ему.
— Это хоть та сыворотка? — уточняю на всякий случай.
— Цвет похож, — он с еле скрываемой жаждой разглядывает крошечную ампулу.
В его руках она кажется ещё меньше: две сардельки держат фасолину. Даже страшно спрашивать, сколько стоит такая малюсенькая хреновина. А вот что спросить стоит, так это:
— Какие существуют меры предосторожности? Я слышал, что нужно будет тренироваться до потери пульса. И это всё?
— Много силы — тренироваться. Мало силы — тренироваться. Нет силы — всё ещё тренироваться. Не шевелишься — нужно тренироваться. Терять сознание — можно не тренироваться, — Жрец открывает ампулу и начинает набирать волшебную жижу в шприц.
— Как-то всё слишком сурово…
— Я ставить укол, ты тренироваться. Я говорить, ты делать. Если ты не делать, ты умирать. Понятно?
— Понятно. И как долго длится тренировка?
— Недолго. Пара часы.
— Них*я себе недолго! — восклицаю я. — Так ведь реально помереть можно!
— Сыворотка давать силы. После укол ты стать сильный и выносливый. Готов?
— Ой, мать моя женщина… Ладно, красота требует жертв… — подхожу к Жрецу.
— Сейчас ты чувствовать силу! — он делает укол мне в плечо.
Поначалу ничего не происходит… но уже через секунд пять я чувствую, как по телу растекается натуральная мощь! Мне начинается казаться, что я могу взять двадцатикилограммовый «блин» и зашвырнуть его на орбиту. Халк нервно курит в сторонке!
Боюсь, что такой эффект является наркотическим… Становится понятна реакция Армстронга на ампулу — его взгляд полный вожделения говорит сам за себя. Зависимость — это отвратительно, но тут дело благое, можно пойти на жертвы.
— Отжиматься! — командует Жрец.
— Да без проблем! — принимаю упор лёжа и понимаю, что не чувствую вес своего тела.
Отжиматься настолько легко, что простое шевеление руками в обычное время в разы тяжелее. Поначалу я пытался посчитать, но потом бросил это гиблое дело, ведь счётчик быстро перевалил за две сотни.
Мой новоиспечённые тренер гоняется меня по тренажёрам. Пока я делаю одно упражнение, он надевает блины на штангу… Сердце колотится как бешеное, но усталости нет. Странная сыворотка, однако!
У меня не бывает передышек, я ношусь от одного тренажёра к другому и не забываю про беговую дорожку. Но где-то после шестого круга я начинаю чувствовать, что у рук и ног появляется вес. Волшебный эффект постепенно сходит на нет.
— Жрец, чё-то мне это не нравится, — начинаю задыхаться. — Похоже, пора заканчивать или хотя бы сбавить темп…