Сергей Полев – Князь поневоле (страница 22)

— О чём ты? — мне не нравится её тон, в нём слишком много сомнений.

— У меня было много времени, и я посчитала, что шанс появления моста над или под водой равен восьмидесяти семи целыми и трём тысячным процента. Иными словами, наша с тобой миссия обречена на провал.

— Мы обязаны проверить последнюю аномалию! — твёрдо настаиваю я, но, похоже, делаю это слишком громко. Валерия показывает жест и вновь просит быть потише. — Я тебя не понимаю… У нас ведь есть цель. И мы обязаны её достичь.

— Сказать по правде… — она садится на лавочку и ненадолго замолкает. — Я уже смирилась с тем, что не вернусь домой. Чем дольше ты находишься внутри сосуда, тем сильнее затираются твои настоящие воспоминания, меняется твой характер. Ты становишься другим… Человеком.

— Нас об этом предупреждали. Да, я заметил изменения, но могу противостоять им. Если ты не справляешься, то я помогу тебе, — кладу руку на плечо, ведь это наш главный жест поддержки.

— По моим расчётам вторжение уже завтра, — ошарашивает Вторая. — И я не хочу тешить себя ложными надеждами.

— Почему ты так говоришь?! — моему недоумению нет предела.

— Я не сидела без дела и искала информацию о той аномалии. Скорее всего, это дело рук прошлого Императора. Он любил издеваться над молодыми девушками, и велик шанс того, что в той кухне просто существовал потайной лаз или что-то вроде того. Вряд ли тут замешана пространственная аномалия.

— А Служба Безопасности его покрывала, ага-ага, охотно верю, — складываю руки на груди. — Твоя теория не выдерживает никакой критики. Ведь если бы он захотел, то ему могли хоть сотню таких жертв привести. И никто бы слова ему не сказал.

— Может, и так, но я уже потеряла надежду. Слишком много времени прошло. Многое случилось за эти годы… А теперь ещё и Странники… Мне даже отца не удалось убедить, чтобы он их уничтожил. Земля обречена, и я готова погибнуть вместе с ней. Однако, пока я жива, то буду наслаждаться отведённым мне временем. Двенадцатый, ты даже не представляешь, сколько у двуглазых развлечений… Мы о таком даже и подумать не могли…

— Вторая, мне больно слышать твои слова… — честно признаюсь я. — Если мы умрём, то так тому и быть. Но мы не можем сдаться! Весь Эферал надеется на нас! Через сколько десятилетий у нашего народа появится второй шанс? М-м-м? А если таких «отдыхающих» будет много? Мы ведь в таком темпе и проиграть можем! Ты хоть понимаешь, что на кону стоит судьба всех миров!?

— Ты точно Двенадцатый, — она почему-то улыбается. — Такой же упрямый… Из всех нас именно тебя выбрали на роль Повелителя Времени. Как тогда сказали?.. Самый целеустремлённый и преданный идее Избранный. Эталон, не иначе. Вот скажи, ты думаешь хоть о чём-то, кроме победы в Великой Войне? Хоть что-то тебя в этой жизни интересует?

— Я далеко не тот, кем ты меня считаешь. Но да, нашу миссию я ставлю превыше всего. Однако у меня есть и свои хотелки, но многие несовместимы с общей целью, потому я их отбрасываю.

— И чего же ты хочешь? Допустим, что мы вернулись и победили захватчиков. Что дальше? — Вторая пытается надавить на мои слабости, которые я прячу глубоко в душе.

— Меня учили быть честным. С собой и с близкими. И хоть мы не виделись больше двух лет, я считаю тебя близким… теперь уже человеком — так, наверное, правильнее будет сказать. И да, у меня есть надежда… Но сперва мы должны победить.

— Надежда, зажить нормальной жизнью? Найти свою судьбу и посветить всего себя нашему общему будущему?

— Да. Не думаю, что я один такой. Все мы этого были лишены, поэтому желать чего-то подобного — это нормально. Устоять перед соблазном даже сложнее, чем отыскать мост… Тут я с тобой спорить не буду.

— Вот и молодец, — Вторая вновь улыбается. — А я поддалась искушению и не скажу, что сильно пожалела. Я знала, что остальных так скоро не отправят, а потому умирать раньше этого срока смысла не было.

— Ну да, с твоей искрой сделать это будет сложно… Но возможно.

— Ага… Однажды я спрыгнула со сто второго этажа… Но очнулась уже через полчаса в скорой. Тогда-то желание умирать пропало. Для этого нужно приложить слишком много стараний.

— А других ты уже воскрешала?

— Не приходилось… Разве что питомцев, но то такое. А ты как? Уже освоился?

— Пришлось открыть сразу две ветви. Ситуация была патовая, но я выкрутился, — не упускаю возможности намекнуть, что наша цель превыше всего.

— И что планируешь делать?

— Что я планирую? Может быть, ты хотела сказать, что мы планируем? — смотрю на неё грозным взглядом, а она будто витает в облаках.

— Даже наш разговор вызовет много вопросов…

— Да срать я хотел на двуглазых! — негромко, но с оскалом на лице восклицаю я. — Ты так говоришь, будто стало одной из них. Тебе напомнить, кто ты на самом деле?

— Помнить-то я помню, но сами воспоминания… Картинки, запахи, звуки — всё это кануло в Лету. Оно такое далёкое, такое ненастоящее, такое чужое…

— Соберись! — отвешиваю Второй смачную пощёчину.

— Ты что себе позволяешь?.. — она обеими руками прикрывает покрасневшую щёку.

— Если ты не в состоянии, то я силой верну тебя в наш мир! Ты нужна нам! Ты нужна мне… — шёпотом добавляю я.

— Что ты сейчас сказал?.. — кажется, она всё-таки услышала.

— Да что уж тут скрывать, всё равно скоро подохнем… — я думал, что вести диалог на эту тему будет намного проще, а сейчас будто ком в горле, и каждое слово даётся с трудом. — Хоть учителя и старались сделать так, чтобы мы не привязывались друг к другу, но из всех Избранных, только к тебе я чувствовал… Чувствовал что-то странное… Мне казалось, что мы с тобой родственные души, как бы глупо это ни звучало.

— Родственные души?.. Как интересно… — её явно порадовали, но в то же время удивили мои слова.

— Я не знал, выживем ли мы после последнего задания по зачистке, но если бы выжили, я бы поохотился именно на тебя, — решаю включить мужика и начинаю говорить более уверенно, ведь пути назад всё равно нет.

— Охота… Как давно это было… Кажется, что прошла целая вечность… Здесь всё настолько сильно отличается, что я уже и забыла про наши обычаи, — наступает неловкая пауза, и я хочу как-то продолжить мысль, но не нахожу подходящих слов. — Мне приятно это слышать, Двенадцатый. Я вижу, что ты искренен. Нас этому учили… Возможно, я была бы не против…

— Так давай вернёмся домой вместе.

— А если ничего не получится? Что тогда? Хотя можешь не отвечать, я и так это знаю. Ты до конца своих дней будешь искать мост, а в итоге погибнешь так и не пожив. Хоть нас и растили ради великой цели, но мы такие же живые существа, как и эти люди. Мы тоже заслуживаем счастья. Хотя бы его малую часть…

— Мне не понять, что ты пережила за эти года… — издалека начинаю я. — Но наш путь — это единственное, ради чего стоит жить. И пусть я не видел «обычной» жизни, но хотя бы умру с гордо поднятой головой.

— Я знала, что ты так скажешь… — она недовольно поджимает губы.

— Наслаждаясь жизнью, ты цепляешься за неё, но лишь оттягиваешь неизбежное. Мы не можем жить только ради себя. Слишком много всего поставлено на карту. Или логичные доводы тебя уже не интересуют? Слишком поздно?

— Я готова исследовать аномалию во дворце Императора, но если там не будет врат, то я окончательно сойду с пути избранного и доживу столько, сколько мне осталось.

— Ты в этом уверена? С твоей искрой ты умрёшь одной из последних, если вообще не самой последней. Или в этом и заключается твоя цель? Стать последним человеком на земле?

— Такой цели у меня нет, но согласись, это звучит очень романтично… Последний человек на земле — в этом что-то есть… Что-то сокровенное и неизбежное…

— Но ведь никто этого не узнает. Тогда в чём смысл?

— Это буду знать я. И мне этого достаточно.

— Я тебя совсем не узнаю… — отвожу глаза в сторону и стараюсь сдержать эмоции.

— Сколько избранных было до нас и сколько будет после? Никто не вернулся живым из мира захватчиков. Мы даже не знаем, что там происходит. Может быть, их вообще невозможно остановить…

— Да что ты такое несёшь?! — всё-таки я срываюсь, ибо не намерен выслушивать эту ересь. — Тогда существование жизни бессмысленно! Зачем это всё?! К чему миллионы жертв?! Ты хочешь опорочить многовековые старания нашего народа?!

— Бессмысленно — верно подмечено, — на её лице вновь появляется улыбка, но на самом деле это хорошо скрываемая печаль. По глазам Второй я вижу, что она совсем раскисла за эти два года.

— Не верю своим ушам…

— Я пойду с тобой к последней аномалии — это мой долг. Но когда она окажется пустышкой, то я проведу остаток дней так, как захочу. Идёт?

— Идёт… — ворчу я, не поднимая глаз. — А если я найду мост через месяц или два? Что тогда?

— Тогда я с радостью пройду через портал вместе с тобой, но тратить оставшиеся месяцы на поиски я не намерена.

— Понял. Помощи от тебя не будет, — с недовольным лицом подытоживаю я.

— Надеюсь, ты поймёшь меня раньше, чем этот мир сгинет. Если так оно и случится, то я всегда рада провести время вместе… — она немного краснеет. — Ведь как ты и сказал, ближе тебя у меня здесь никого нет.

— Ага… — мне хочется много что ей сказать, но сил спорить уже нет. Так или иначе, я исполню свой долг, и очень хорошо, что не придётся тащить её силой. Хоть на том спасибо.

— О-о-оу… Рановато… — начинается настоящее землетрясение, окна сада лопаются и падают на пол. Вторая крепко хватается за скамью, чтобы не упасть.