Сергей Полев – Биполярный волк: Наследие (страница 5)

Я отодвинул лицо монаха подальше, жестом приказав тому заткнуться. У меня тысяча лет опыта общения с высшей знатью различных миров. Я без советов слуги прекрасно знаю, как нужно вести себя в обществе, где можно перегибать палку, а где нет.

— Мерзавец, ты не имеешь права говорить так о графине Черногорской! Ты не достоин ее, — глаза Евгения налились кровью.

— А кто же тогда достоин? — улыбаясь спросил я, видя, что Евгений вот-вот вспыхнет от гнева. — Впрочем это неважно. Давай я лучше расскажу чем займусь с милой невестушкой в нашу первую брачную ночь. Ха-ха, тебе ведь интересно услышать это?

По залу вновь пронесся вздох возмущения. Лицо Евгения покрылось багровыми пятнами, его буквально трясло от обуревавшего его недовольства.

Внезапно, я почувствовал легкий шлепок по лицу. Что-то коричневое и мягкое прилетело в меня и упало на пол. Это была кожаная перчатка.

— Ублюдок, я вызываю тебя на дуэль! — взревел Евгений. Этого юнца больше ни капли не заботили манеры великодушного хозяина, принимающего гостей, и собственная репутация. Он крикнул. — Только я достоин госпожи Виктории.

Я поднял перчатку. Должно быть дорогая. Гербовый узор в виде златогривого медведя, вышитый черной и золотой нитями. В некоторых местах сверкала инкрустация мелкими драгоценными камнями.

Интересно, откуда Евгений достал ее? Он ведь до этого стоял без перчаток. Перед тем как кинуть он вытащил ее будто из воздуха. Колебаний пространственных законов магии совсем не чувствовалось в тот момент. Ладно, это все мелочи.

— Господин граф, скажите, а это вообще нормально, что ваш сын бросает вызов уважаемому гостю? Насколько это вообще укладывается в рамки гостеприимства знатного рода, — обратился я к Андрею Таежному, по-прежнему сидящему на центральном троне.

— Не вижу ничего предосудительного в этом. Благородный, посчитав необходимым, может бросить вызов другому благородному, — ответил глава клана, а затем развел руки в стороны. — Таковы правила светского этикета.

— Насколько я помню, Александр, вы находитесь на втором уровне? — вмешалась в разговор старуха. Ее сморщенные губы беззубо улыбались. — У Евгения тоже этот уровень. Так что вы как соперники равны по силам. Думаю каждый из здесь присутствующих одобряет ваш поединок.

Старая карга. В ее улыбке не было ничего теплого, лишь злорадство и ожидание предстоящего шоу. Я видел насквозь все ее намерения и намерения ее рода. Возможно эта эмоциональная выходка Евгения не входила в их план, но это вполне укладывалось в рамки ожиданий по унижению Полярного клана. Но что хорошо, так это то, что правило дуэлей между аристократами здесь походу примерно такие же как и во всех мирах. Для их проведения должен быть соблюден ряд условий.

А вот о каком втором уровне говорила карга, я был не в курсе. Возможно это какая-то местная градация магических сил. Но раз она говорит, что Евгений на такой же ступени, то, впринципе, неважно, что это за ступень такая. Главное, что мы с ним примерно равны по силам.

— Хорошо, Евгений. Причина вызова? — спокойно спросил я, похлопывая перчаткой по руке с видом полного безразличия к поединку.

— Грязные высказывания в адрес графини Черногорской, — замялся он.

— А тебя как это касалось?

— Меня? Я… я… джентльмен, я не могу просто стоять в стороне и смотреть как обижают даму.

— Ясно, в таком случае вызов отклонен, — равнодушно и коротко изрек я.

— Это еще почему⁈

— Вызов бросается, когда было нанесено оскорбление чести. И смыть позор от оскорбления можно только кровью, и никак иначе. В данном случае не было оскорбления. Я никак не мог обидеть тебя, Евгений.

— Но ты обидел госпожу Викторию, — не унимался он.

— И каким же образом я ее обидел? Что оскорбительного я сказал про нее?

— Ты… ты, говорил, что будешь заниматься с ней кое-чем не только руками по вечерам, ночам, а может даже и сутки напролет. И расскажешь даже чем займешься с ней в брачную ночь, — нерешительно сказал Евгений. Ему было слишком неловко повторять мои слова, но, я невольно улыбнулся. Парень возомнил, что должен был это сделать, дабы отстоять свою правоту.

— Аха-ха-ха, а у тебя хорошая память. Напомни как-нибудь после встречи, я найму тебя летописцем. Будешь писать мои мемуары, — рассмеялся я, а затем, увидев, как Евгений вновь багровеет и хочет взорваться от гнева, быстро продолжил не дав тому заговорить. — А что касается графини Черногорской, то я имел ввиду разговоры. Моя невестушка очень умная, я с ней сутками напролет готов вести беседы, даже в нашу первую брачную ночь. — я выразительно посмотрел на Викторию и на остальных. Если сейчас кто-нибудь начнет спорить со мной, то это будет опровержения того факта, что графиня недостаточно умна для поддержания разговора. Окружающие проглотили мое высказывание, никто не хотел оскорблять дочь Черногорского клана. То-то же, усмехнулся и продолжил. — Но даже если это не беседы, то в чем проблема? Я ее жених, право на это имею. Милая, скажи, как я мог оскорбить тебя? Может я в чем-то неправ?

— … Милая, скажи, как я мог оскорбить тебя? Может я в чем-то неправ?

Евгений порывался заорать на Александра, обвиняя его в том, что тот не прав, и он на самом деле имел ввиду другое, но так как вопрос был адресован графине Виктории, он сдержал себя. Евгений от всего сердца восхищался ее красотой, поэтому не хотел случайно перебить ее и тем самым ухудшить с ней отношения.

Все присутствующие перевели взгляды на Викторию, отчего девушка засмущалась. Она хотела, чтобы этот гадкий юнец Полярный был избит Евгением, но почему теперь внимание всех сосредоточено на ней? Да еще и для того, чтобы она высказала свое мнение по поводу пикантных намеков в ее адрес.

Девушка почувствовала как горят щеки, как только она представила, что имел ввиду Евгений, говоря про брачную ночь. Нет, благородная дама не должна думать о таких вещах, пусть даже если это нужно для защиты ее чести.

Почему он всегда обращается к ней как к своей женщине? Бесит.

Виктория в сердцах топнула ногой. Нет. Она хотела сказать, что ее глубоко оскорбили, унизили ее чувства, растоптали честь и достоинство, но порывшись в памяти, она так и не смогла вспомнить ни одного слова Александра, за которое могла бы зацепиться. Некоторые фразы может и звучали туманно и двусмысленно, но их трактовка целиком зависела от слушателя, а не наследника Полярных. К тому же как жених он действительно имел право их говорить.

— Александр Дмитриевич, ну что вы такое говорите? Разве могли вы обидеть или оскорбить меня? Я совершенно не понимаю, что вы имеете ввиду, — прикрывая рот ладошкой, улыбнулась она.

Зал ахнул. Глаза Евгения расширились. Как такое возможно? Почему Виктория не возмущается фривольными высказываниями Полярного?

— Ну что, Евгений? Теперь ты осознаешь, что твой вызов беспочвенен. Ты не вправе бросать мне перчатку в лицо, — холодно усмехнулся я. Даже будучи трансцендентным существом, будь то божественные или высшие миры, я всегда заботился о репутации. Никто и никогда не мог обвинить меня в бестактности или отсутствии манер. Поэтому даже в человеческом мире для меня важно было доказать, что мое поведение безупречно. Затем я повернулся к возвышению с тремя тронами. — Ваше сиятельство, никогда бы не подумал, что в вашем доме так бестактно будут обходиться с гостями. Совершенно никаких манер. Я надеюсь, вы изволите объяснить это?

— Да как, ты смеешь так разговаривать с моим отцом, ты наглый…

— Евгений, — Андрей оборвал и жестом заставил сына замолчать. Он пристально посмотрел мне в глаза, и не увидев там ни намека на страх или нерешительность, после нескольких секунд размышлений ответил. — Александр Дмитриевич, ваш отказ от дуэли совершенно оправдан. Мой глупый сын забыл о манерах и дал волю эмоциям. Кто знает какая беда могла бы произойти, если бы вы не были столь проницательны. Поэтому за необоснованный вызов вам будут предоставлены публичные извинения и компенсация от Таежного клана.

Зал зашептался второй раз. Я прям чувствовал как в умах толпы проносятся вопросы: «Что происходит? Почему глава Таежных, сильнейший маг в округе приносит извинения какому-то юнцу?» Я рассмеялся.

Евгений стоял в шоке. Его нижняя губа дрожала. Паренек даже не понял как именно он ошибся, но если отец приносит извинения, значит сыночек был не прав. Вывод прост.

Он подмочил репутацию всего рода Таежных. За вину члена семьи отвечает род. Но как так получилось? Все ведь здесь хотели, чтобы он проучил наглого выскочку. Ткнул его носом в пол и силой заставил присягнуть на верность. Глупый медвежонок, наломав дров, теперь упер глаза вниз и внимательно изучал изгибы ботинок. Позднее, после встречи с него наверняка спросят.

Что касается Виктории, то она изумленно смотрела на меня, как на совершенно незнакомого человека. Мда, возможно она в чем-то права.

Все окружающие в зале тоже стояли в недоумении.

Эх. Я тяжело вздохнул. Посмотрел в окно.

Облака, словно гигантские белые черепахи, безмятежно плыли по небу. В высоте танцевали птички, красуясь в ослепляющих лучах солнечного света. Тишина и спокойствие. Сегодня был отличный день, чтобы кто-нибудь умер.

Неряшливым движением я бросил перчатку к ногам Евгения.

— Я вызываю тебя на дуэль…

Глава 4

Человек человеку не может быть волком, ведь человек это человек, а волк это волк