Сергей Плотников – Звездный поток. Социал (страница 13)

На этом месте Кель, наблюдавший за видами с выражением «да видел я такое тыщу раз», встрепенулся. Со значением поглядел на поверхность планеты внизу… и задумался с озадаченными видом. Да, такую «сокровищницу» не спереть!

— Но добыча полезных ископаемых начинается прямо здесь, на орбите, — тем временем наставника смог озадачить и меня. Но не Дебру.

— Сюда пригоняют астероиды! — наша отличница вскинула руку и сразу же выкрикнула ответ.

— Верно, — кивнул Герт. — Состав астероидного вещества сильно разнится, большая часть «небесных камней» имеет силикатный, углеродный или смешанный состав с каменными примесями. Но другие могут состоять из чистого железа, чистого никеля и различных комбинаций этих металлов. Пригонять корабль-завод к таким «месторождениям» не очень рентабельно, потому транспортируют сами астероиды. Планетарное кольцо, как видите, еще строится, так что доставленные материалы используются сразу по месту. Мы сейчас пройдем над вакуумными плавильнями, где перерабатывается астероидное вещество. Кстати, специально для тебя, Зандер: именно этот способ добычи полностью автоматизирован. Примесей в металлических астероидах небольшой процент и они легко удаляются, а сами металлы очень чистые. Киркой помахать, уж извини, не выйдет.

Волковски длинно выдохнул. Тем временем назначение части шарообразных конструкций стало понятно: одним таким «тентом» как раз укрывали доставленный «небесный камень». Похоже, люди для этого в космос не выходили, все делали специализированные дроны с манипуляторами.

— Кольцо в том числе нужно для глобального контроля климата на Эпсилоне, можно сказать — это его основная функция, — угадал следующий вопрос наставник. — Причем к климату относится и сейсмическая активность, и связанные с ней извержения вулканов. Пока более-менее удобен для жизни вне искусственной среды лишь узкий экваториальный пояс — как раз под строящимся кольцом. Но мы обязательно сделаем Эпсилон планетой-садом, как Бету и Гамму!

— Вот в это я верю, — тихо пробормотал Кер, пожирая глазами триумф инженерной мысли человечества.

— Кроме астероидного вещества Кольцо снабжается из лунных месторождений, — наставник нашел глазами естественный спутник планеты и указал на него рукой. — Кроме все тех же железа и никеля, из реголита добываются алюминий и титан. Есть скопления и более редких элементов, но все они носят преимущественно экзогенный характер — в смысле, когда-то, преимущественно на стадии планетогенеза или сразу после, занесены метеоритами. То есть их мало. А вот на планете под нами спектр рентабельных для добычи полезных ископаемых куда шире! Потому мы сейчас наведаемся в город шахтеров и геологов «Ледяная кузня»! Он построен в высоких широтах над кластером залежей полезных ископаемых рядом с самым вулканически активным участком планеты. По отдельным элементам люди, работающие на его горнодобывающих и обогатительных предприятиях закрывают до тридцати процентов потребностей всей Вечной Пятерки! Да что я вам говорю, загляните в свои планшеты и убедитесь.

— «Ледяная кузня» — инфраструктурный объект класса «С», — прочла вслух Зеленая.

— Из-за низких температур, до минус восьмидесяти зимой и минус двадцати в самые теплые летние дни, пришлось построить полностью автономный город под куполами, — пояснил Герт. — Словно базу на непригодном для жизни спутнике планеты-гиганта. А чтобы исключить сейсмические риски, поднять всю инфраструктуру на специальных опорах над грунтом и ледником. Внимание на передние экраны, «Кузню» уже видно!

Больше всего автономный город напоминал супер-прокачавшуюся нефтяную платформу с моей Земли. Помню, показывали такую, что поднималась прямо изо льда Ледовитого океана: «Приразломная», кажется. Вот примерно такие ассоциации у меня пробудила ассиметричная плита, поднимающаяся из ледника, на которой поместились те самые купола и…

— Ой, это же «вертикальные города»? — воскликнула Алисами. — Как у нас дома!

То, что я издали принял за мачты или фермы, оказалось небоскребами высотами от трех до пяти километров!

— Точно, жилые комплексы, — уткнулась в планшет Дебра. — В них расположены квартиры работников, локальные рекреационные и спортивные зоны… Что-о? В случае масштабного катаклизма могут автономно выйти на орбиту, спасая жителей⁈

— Мы обязательно их посетим сегодня, — заверил наставник. — Но все же основной целью нашей экскурсии является ознакомление процесса добычи ископаемых. Туда, где это происходит, мы сейчас и направимся.

Расстояние сыграло со мной злую шутку, и я не сразу понял, что опорная плита на самом деле тоже часть комплекса. Именно в ней находились посадочные ангары и еще огромная куча всего, включая, собственно, рабочие места сотрудников.

Выйдя из корабля где-то в глубине платформы и пройдя по даже выглядящим стерильно коридору, мы встретились с мужчиной лет сорока. Рыжим настолько, что смотреть больно: густая шевелюра, борода, брови. Стопроцентное попадание в образ бродяги геолога… Только с поправкой на эпоху: мужчина носил черно-серый комбез с серебристой эмблемой на левой стороне груди, похожий на те, что так нравятся Дрейкам. Из-за этого мы в своей «выездной» форме сразу почувствовали себя тут совсем даже не чужими.

— Рад приветствовать, дети! — широко улыбнулся он. — Я Эвар Кряж, доктор геолого-минералогических наук и куратор вашей группы по ознакомлению с шахтным способом добычи полезных ископаемых. Да-да, с детства интересовался геологией и горным делом, так и прозвали в классе! Следуйте за мной, я все вам здесь покажу.

Не тратя особо времени на классическую экскурсию, мужчина, которому наш наставник полностью передал бразды управления, провел в нас большой круглый зал, где никого, кроме нас не было.

— У людей, плохо знакомых с нашей профессией, бытует мнение, что весь процесс добычи можно доверить искусственному интеллекту роботизированных комплексов, — жестом запусти здоровенный голографический экран, начал наговаривать нам вводную наш гид. — И забывают, что даже самый совершенный ИИ сначала надо обучить. И обучать каждый раз, когда машины сталкиваются с новыми, ранее неизведанными условиями работы. Я до сих пор удивляюсь и восхищаюсь, как часто это происходит несмотря на накопленный опыт шахтерского ремесла еще со времен Прародины и до наших дней! Возможно, искусственный разум мог бы заменить человека, — тут Эвар изобразил что-то вроде полупоклона-полукивка в сторону Гоши. — Но в нашем обществе достигнут консенсус по ограничению создания новых И-Эр граждан, и в нашей отрасли их работает очень мало.

Мне показалось, или за этой фразой ученого-геолога скрывается недовольство общенародным решением? С другой стороны, в Ста Мирах свободой разумных машин как-то не особо заморачиваются — и ничего. Правда, для шахтерской работы тоже используют более дешевых людей. А И-Эр используют, чтобы бить естественно-разумных. И те вроде как не против. Во всяком случае, я спрашивал своего Глоракса, хочет ли он стать полноценно свободным социалом — и тот ответил, что его все устраивает, как есть. И Сесил его переубедить не смог.

— Потому-то восстание машин еще и не произошло! — связался со мной по мосту между разумами Синий. — Зачем, если большинство разумных машин и так регулярно бьют людишек?

— Было бы смешно, если бы не звучало так правдоподобно, — с пугающей серьезностью отозвалась Оранжевая.

— Потому любому шахтеру, прежде чем перейти к управлению ИИ, нужно научится в ручном режиме управлять инженерно-проходческой техникой, — продолжал объяснять Кряж, выводя соответствующие слайды на экран. — Перед тем, как допустить вас к настоящему оборудованию, вы пройдете небольшое обучение в отсеке симуляции. Здесь все точно такое же, как настоящее, только учебное. Попробуете себя в роли операторов буров, научитесь читать карту ресурсных слоев, а также поработаете с дронами-разведчиками. Разбивайтесь на четверки.

Выбор — это для слабаков. За меня уже все решили, и первой сбоку встала Анасдея, с другого — Алиса, и последней, с доброй улыбкой, адресованной шагнувшему было вперед Мэтью, Ная. Шая тут же подхватила его под локоть, включив в состав группы из нее, Джара и Цзана, а остальные, переглянувшись, собрались вместе. Причем, Косыгина демонстративно так вздохнула, приблизившись к новичкам и Сервантесу.

— И пусть победит сильнейший! — с пафосом сообщил в пространство шахтер пятого разряда с красным мехом. — Кстати, а победитель получает печеньки?

— Победитель получает уважение товарищей и наставников, — серьезно ответил ему Эвар. — Но печеньки мы тоже можем организовать.

За следующие три часа мы поняли, что без мнемотехники, которой нас как бы между делом научила Аэлита Брин, ловить на такой практике нечего. Нюансов в добыче полезных ископаемых шахтным методом было масса. И нечего было даже думать о том, чтобы сразу все их в голове уложить.

Но! Если быстро пробежать глазами обучающую брошюру, созданную специально для школьников, то уже можно было как-то разобраться. К тому же, большая часть оборудования была автоматизирована, но все окончательные решения принимал только человек. Если выбрать неправильное положение бура, не учесть скорость его прохождения через различные породы, их плотность и пластичность, можно и технику угробить, и даже обвал устроить.