Сергей Плотников – Верховный маг Ордена (страница 20)

— Я получил от Бастрыкина карт-бланш и не собираюсь экономить, — отрезал Аркадий, — спецназа и так возьмем по максимуму, насколько хватит подготовленных платформ. Чем больше нас будет, тем выше шанс, что все вернутся живыми. Но пользователей магии все равно крайне мало. Тем более оба наших полноценных мага, скорее всего, понадобятся для того, чтобы взаимодействовать с, условно говоря, серверами Проклятья. Сомневаюсь, что самих Проклятых они к себе допустят. Так что я бы попробовал привлечь не десяток, а два десятка детей-волшебников.

— И как ты собираешься командовать ими в боевой обстановке? — скептически спросил Кузнецов. — Учитывая их психологические особенности?

— С этим проблем не будет, — усмехнулся Аркадий. — Механизм Теней позволяет создавать временные отряды — по тому же принципу, что Кирилл изначально использовал с Девочками-Лошадками — только Тень является безоговорочным лидером. Все тут же начинают доверять ему и стремиться следовать его приказам. Это стремление можно преодолеть — и слава Творцу, что это не беспрекословное повиновение, а то я бы представляю, чего бы натворил предыдущий созыв Теней! Но в боевой обстановке стремление следовать приказам усиливается и у обычных людей. Так что неподчинения опасаться не приходится. А Теней у нас будет как минимум двое, или даже трое, если повезет. Сможем поделить всех на малые группы.

— Еще двадцать человек набрать будет не так уж просто, — задумался я. — Активных ребят среди детей-волшебников хватает, но в каждом Убежище их всего по одному-два. Можно, конечно, летать по всем и предлагать, но… Это сколько же времени потратим!

— Полномасштабная кампания вербовки исключена, — покачал головой Аркадий. — Режим секретности.

— Согласен, — поддержал Кузнецов, — мы и так уже три попытки саботажа стартовой площадки отразили!

— Три? — удивился Аркадий. — А почему я знаю только о двух?

— Одну сегодня утром, мне отчет полчаса назад прислали, я только бегло глазами просмотрел. Ты почту давно не проверял, наверное.

Аркадий кивнул и нахмурился.

— Так, погодите, — сказал я, — если чужие разведки все равно уже знают, от кого же мы секретимся тогда?

— Я думаю, они не знают деталей, на всякий случай гадят, — хмыкнул Аркадий. — Знали бы, уже бы давно везде вой подняли, что Орден вот-вот Кромку разрушит и чудовищ на мир выпустит. Так что масштабная вербовка хотя бы даже просто с объявлением через агентов Службы исключена. Придется действовать, так сказать, среди своих. У Свистопляса довольно обширные знакомства, я с ним уже говорил. В основном через агента Службы в Ладье — мальчика с предметом-компаньоном Огнерез. Кстати, несмотря на некоторое легкомыслие, вполне подходящая кандидатура для экспедиции. У уважаемых Лошадок тоже знакомств немало. И у Марины Сумароковой тоже кое-кто есть на примете. Так что будем искать по знакомым. Далее проведем собеседования. Все-таки соглашаться ребята должны с открытыми глазами, нужно рассказать им обо всех опасностях данного предприятия.

— Я так полагаю, в каждом таком собеседовании должен участвовать хотя бы один Тень? — спросил Василий Васильевич. — Чтобы снять гиасы?

— Да, и хотя бы один маг, чтобы показать, что снятие Проклятья возможно, — согласился Аркадий. — Я думаю, будем работать в парах. Мы с Кириллом и Марина с Дмитрием…

— Только не с Кириллом! — тут же забраковал Кузнецов. — Разбейте пары по-другому! Пусть Кирилл с Соколовым, а ты с Мариной.

— Почему? — удивился я.

Вроде мы с Аркадием до сих пор отлично работали вместе! Или Кузнецов имеет в виду, что Свистоплясу нельзя доверять там, где нужна ответственность и выдержка? Да вроде можно уже… Опять же, и Марина его подстрахует.

Аркадий тоже выглядел удивленным.

Кузнецов привел совершенно неожиданный довод:

— Вам нужно, чтобы все девочки соглашались, не дослушав? Да, половое созревание никому из детей-волшебников не грозит, но у женского пола свои особенности.

— А это-то при чем⁈ — совсем уже не понял я.

— А! — вот Аркадий, кажется, понял. — Магистр Кузнецов имеет в виду, Кирилл, что, благодаря особенностям нашей внешности мы именно вдвоем производим на юных барышень особенно сильное впечатление. И что этот эффект надо как-то сгладить.

— По-моему, вы надумываете, — я пожал плечами. — Но как хотите. Мне, в принципе, все равно.

— К сожалению, не надумываю, — вздохнул Кузнецов. — Моя младшая дочка, например, вас, Кирилл, видела только мельком из окна, но потом две недели приставала с расспросами, а нельзя ли как-нибудь встретиться с тем симпатичным мальчиком и не нужно ли ему опять одежду одолжить.

И тут я вроде бы не к месту вспомнил, как пару дней назад Рина подскочила к нам с Аркадием со своим «хорошим» фотоаппаратом (аналоговым, вообще без электронной начинки), когда мы что-то обсуждали, и щелкнула. На мой вопрос, зачем, она ответила, что это «для нее и девочек», а не для блога, и заверила, что вообще никогда мои фотки в Сеть не кладет и отлично понимает, что к Аркадию относится та же секретность. Теневой маг тогда только молча брови приподнял и улыбнулся эдак.

Надо же…

p.s. По нашему секретному плану все, кто еще не поставил лайк, сейчас должны это сделать!

Глава 9

Последние недели у меня выдались настолько занятыми, что я совсем забыл все-таки разобраться с крыльями и научить этому Марину! На «светлячка» время выкроил, а тут как отрезало. Видимо, подсознательно не хотел стать причиной ее травмы. Пусть даже Аркадий и утверждал, что он в этом заклятье окончательно разобрался и сам не раз летал, и что если Марина сразу приспособит крылья к себе по форме и не забудет про хвост, проблем у нее с этим быть не должно. Не то чтобы я ему не доверял, просто одно дело наблюдать, как взрослого мужика таскает мордой по гравию, и другое дело — как то же самое происходит с девочкой-подростком! Считайте меня сексистом сколько угодно, но пусть лучше доводит до ума «чистый» телекинез!

Однако в итоге, когда подключилась Ксантиппа, которой тоже, естественно, хотелось научиться крыльям, отказать им я не мог. Единственное, уговорил Аркадия тоже присоединиться.

— Учить тебе нельзя, я помню, — сказал я. — Но продемонстрируй хоть свою… Альтернативную форму! А то я ее тоже не видел.

— Я что, не показывал? — удивился Теневой маг. — А, ну да, зачем бы тебе… Ладно, давай. Но на весь урок не останусь, мне еще представлять отчет по первому месяцу подготовки экспедиции перед подкомитетом Звездной палаты и отчитываться за перерасход.

И надо было слышать, каким тоном он это сказал! Вроде ничего особенного, вполне спокойно, но на полутонах там была сыграна целая трагическая пьеса.

— Чувствую, это будет очень увлекательно.

— Я предпочел бы чистить выгребные ямы, — очень душевным тоном заметил единственный и неповторимый волшебник на госслужбе.

— А что будет, если не отчитаешься?

Иными словами, я хотел знать, не находится ли наша экспедиция под угрозой.

— Ничего не будет, Бастрыкин мне карт-бланш одобрил. Да и перерасход там в пределах десяти процентов, для проектов такого уровня это вообще образчик экономии. Обычно если в пределах двух-трех иксов от сметы, еще, считай, норма. Но повонять они повоняют. Я же молодой, никому не известный выскочка, — он хмыкнул.

— Кстати, а как ты себя залегендировал? — спросил я с любопытством.

— А никак. Походу, большинство считает меня то ли Мишкиным незаконнорожденным сыном, то ли любовником. Некоторые — и тем, и другим.

Я аж поперхнулся.

— А разве наш глава государства интересуется мужчинами?

Уж такой «жареный» факт непременно куда-нибудь да просочился бы!

— Насколько я знаю, нет, — Аркадий пожал плечами. — Но когда это кому мешало злословить?

…Короче говоря, организацией тренировки девочек я занимался самостоятельно. Не желая наблюдать никого из них с порезами на лице, я заранее заказал через санаторий кучу матов и застелил ими тот самый теннисный корт, где мы тренировались с Аркадием, целиком. Приготовил две полностью укомплектованные аптечки: по идее, нужна была только одна, для Марины — но мало ли что. И даже договорился с Валерием Ивановичем, чтобы пришел и тоже подежурил. Вдруг придется оказывать первую помощь! Короче, повел себя как нервная наседка.

Естественно, после всех этих приготовлений Марина тоже заметно нервничала, а Ксантиппа не столько нервничала, сколько изумлялась — неужели, мол, это полетное заклинание действительно такое опасное и неуправляемое?

Начали мы с разговоров: я рассказал девчонкам, как и почему изобрел это заклятье, что делал это в падении, на волне эйфории после освобождения. Эффект был схож с эффектом от напитывания магической силы рядом с Прорывом, а потому очень многое тут зависело от вдохновения, и я сам потом не понял, как удалось так круто завернуть. Рассказал, что Аркадию пришлось реверс-инженерить это заклятье под себя, потому что я толком не мог ему объяснить, как у меня получается летать вопреки аэродинамике «нормального» махового полета.

— Давай, покажи нам, что у тебя вышло в итоге, — попросил я теневого мага.

Тот кивнул, отошел подальше, выпустил «воздушные щупы» и сотворил из них у себя за спиной и вокруг корпуса что-то непонятное, больше похожее на обвисший плащ. По сравнению с его первой попыткой, когда он копировал мою форму крыльев, выглядело откровенно вяло!