Сергей Плотников – Темный княжич (страница 12)

К непосредственному зельеварению удалось приступить еще через несколько часов: сначала уборка, потом традиционный семейный обед, потом – сооружение некоторого подобия рабочей зоны (зрелище, как пусть и не очень хрупкая на вид, но все-таки четырнадцатилетняя девушка с легкостью воздела запрошенный большой и весьма монументальный стол над головой и унесла в сторону нужной комнаты, заставило меня замереть с открытым ртом едва ли не на половину минуты), потом – изготовление посуды для хранения конечного результата (как-то я об этом сразу не подумал), потом… Короче, в середине второй половины дня все было готово, и я, подгоняемый практически физически ощущаемым любопытством родственницы, приступил. Н-да. Это было… долго. Могу поспорить, сестренка-златовласка заснула бы еще на середине первого получаса, если бы я не объяснял пошагово, что конкретно делаю и почему. Некоторые вещи приходилось объяснять раза по три, с каждой итерацией все более углубляясь в процесс ликвидации безграмотности по фундаментальным знаниям в самой простой обработке – вроде «правила десяти градусов»[4]. В итоге, «поймал» я себя на том моменте, когда увлеченно рисовал (скорее – царапал) взятым на конюшне куском мела[5] на каменной стене упрощенное представление об атомном строении вещества. Упс! Гм, или не «упс»?

То, что сын демонстрирует нетипичное для ребенка поведение, а потом и знания, появившиеся непонятно откуда, мать Леона должна была заметить задолго до моего «попадания». Более того, я сейчас вел себя более по-детски, чем четырехлетний отпрыск княжеской фамилии Кано, однако… Толи «Осененная Светом» успела привыкнуть и смириться со всеми странностями, не пытаясь вникнуть в хитросплетения враждебного воздействия на ребенка, то ли – кое-что знала про возможность невербальной передачи информации между темными «пакетом» непосредственно, и это «кое-что» заставляло ее смотреть на трансформации психики ребенка сквозь пальцы. Я бы даже однозначно поставил на второе – вот только отношение местных к знаниям в формате «только то, что мне нужно» вкупе с изрядной долей фатализма «делай, что должен – будь, что будет» не давало мне этого сделать. Спрашивать же напрямую… почему-то мне настоятельно этого не хотелось. Почему-то, ага. «Видите ли, я попаданец, из мира совсем с другими реалиями, и вы все, по моему мнению, странно себя ведете». Тьфу, блин. Ладно, сам пойму скоро, я думаю… или придумаю, как сформулировать вопрос. А пока… о, ну наконец-то, готово!

– Готово. – Я снял тонкими «щипцами»-прихватом, позаимствованными из стекольной мастерской, горячую колбу с импровизированной проволочной подставки над горелкой и перенес ее к раскрытому заранее окну: вдыхать пар сразу из сосуда было в общем-то не слишком опасно… но лучше было перебдеть. Тем более мне – выносливостью взрослого пятилетнее тело не обладает, а заполучить отравление «коктейлем» веществ с «побочным» психотропным эффектом – нафиг, нафиг!

– Ух ты! – Кажется, я умудрился основательно перегрузить мозги своей сестренки-блондинки: по крайней мере, то, что последние полчаса она сидела на месте и молчала, сосредоточенно что-то обдумывая, было на нее совершенно не похоже. – А… что оно делает?

– Крутой эффект, как я и обещал! – Я с гордостью творца смотрел на полупрозрачную емкость с жидким серо-зеленым содержимым и почти без запаха (не нюхал, но знаю). – Это – комплексное обезболивающее наружного действия, а при внутреннем – достаточно мощный наркоз.

На лице Яны появилось выражение «я не понимаю». Уверен, еще с утра меня бы облили ушатом презрения и с фырканьем через губу заявили: «и зачем оно?» – но после импровизированной лекции «о природе бытия» и предшествующих событий златовласка внезапно прониклась ко мне, своему брату, некоторым… ну, не почтением, но чем-то похожим на уважение.

– Ты говорила, Юи, как старшая из детей в семье, занимается «помощью» заболевшим людям, обращающимся с недугами, нам, их сюзеренам, – напомнил я. – Сейчас колба остынет, и пойдем к ней: тогда поймешь, что я сделал и насколько оно важно!

19

Медицина в Раро… находилась даже не в зачаточном состоянии. Скорее уж в противозачаточном! Недаром тут даже слова такого нет – «помощь» и помощь, вот и все. Пациентам для лече… для «помощи» даже раздеваться было не нужно – максимум, что требовалось от Юи, это наложение рук на «больное место». Зато некоторым сюрпризом для меня стало расположение приемного покоя: за пределами «внутреннего» замка, в открытой для всех части резиденции князей Кано. Вообще, логично, если подумать – не в закрытую же часть замка всех страждущих тащить? Собственно, у старшей сестры не было даже как таковой приемной – дверь обширного помещения первого этажа одной из построек – соседок таверны по-простому открывалась сразу «на улицу», безо всякого коридора или предбанника. Посетители, если им не повезло образовать очередь, так и сидели либо стояли вдоль стеночки, ожидая, пока старшая княжна доберется до них. Хотя в последнем как раз смысл был – «помогающая» могла выбрать, кого обработать первым, буде к ней обратятся с чем-то действительно серьезным, вроде глубокого проникающего ранения. Собственно, всю эту информацию я успел вытянуть из Яны, пока мы вдвоем пересекали «открытый» внутренний двор: златовласой сестренке не терпелось увидеть действие приготовленного мною препарата, но порывы припуститься бегом она доблестно сдерживала – блюла «достоинство благородного», представление о котором четырнадцатилетней девушке учитель и мать более-менее смогли вбить. По крайней мере – перед «чужими» людьми…

Внутри «приемного покоя» было почти космически пусто – ни одного посетителя, и уткнувшаяся в книжку княжна, сидящая на гибриде топчана и сундука: целый ряд таких вот – кажется, это называется «ларь» – штук выстроился вдоль дальней стены. Остальное пространство комнаты с традиционно-высоким потолком было отдано косым лучам солнечного света, падающим через внушительные окна, и танцующим в них пылинкам. Все это я ухватил одним взглядом, прежде чем…

– Ю! Сеструха, мы к тебе!

Зачитавшаяся девушка не отреагировала на едва слышный скрип хорошо смазанных дверных петель, и от жизнерадостного «привета» сестры подскочила едва ли не на метр! Взгляд старшей из отпрысков семьи Кано заметался по помещению, а «источник знаний» в твердом переплете в итоге был «умно» «спрятан» за спину.

– Я-яна? Зачем ты приш… Леон?!

– Представляешь, Лео сварил настоящее зелье! Оно снимает боль или может лишить сознания раненого на время хирургической операции! Правда, здорово?!

– Так, подожди. – Платиноволосая и совсем взрослая родственница даже потерла переносицу свободной рукой – второй продолжая удерживать томик за спиной. – Леон что сделал?

– Сварил зелье! Лео, как ты там его обозвал… «сильнодействующий анальгетик»! Говорит, это очень… эээ, полезная штука при оказании помощи, вот.

– Как я понял из объяснений Яны, светломагическое лечебное воздействие не может снять болевые ощущения. – Пришлось выйти вперед мне. – Хоть боль и является своеобразным сигналом организма о повреждениях тела, никакого лечебного эффекта от нее нет, скорее – наоборот. Сильная боль способна даже убить человека – из-за так называемого «болевого шока» останавливается сердце и угнетается центр дыхания в головном мозгу… сестра?

– Эй, Ю?

Юи натуральным образом «зависла»: глаза смотрели сквозь нас, на лице застыло выражение недоверчивого внимания, начавшее появляться в ответ на мой монолог…

В отличие от растерявшегося меня, Яна не колебалась: несколько шагов к родственнице… и смачный щипок за бедро!

– Ай! Янка!!! Ты что творишь?! – Мигом пришла в себя княжна Кано.

– Сестрица Ю, это с тобой что такое? – По росту обе мои старшие родственницы были почти одинаковы, несмотря на шестилетний разрыв в возрасте, только гораздо более «плоская» фигура выдавала в золотоволосой подростка, тогда как у второй блондинки фигура была из серии «все на месте». Потому стоящая вплотную к старшей средняя сестра почти не задирала голову, удерживая взгляд «глаза в глаза». – Может быть, дело… в этом!

В руке у Яны оказалась та самая книга, которую Юи «прятала».

– А ну отдай! – Что бы там ни обдумывала старшая, сохранность томика для нее оказалась важнее. Платиновая блондинка одним хищным движением попыталась вырвать добычу из рук сестры, но куда там – в скорости реакции средняя старшей ничуть не уступала! Я в некотором ах… с открытым ртом наблюдал мгновенно завязавшийся странноватый поединок: обе девушки явно использовали наработанные боевые навыки, насколько это вообще позволяли их платья и туфли на каблучках, причем если Юи старалась только вырвать из рук кружащей по зале Яны фолиант, то последняя еще и успевала комментировать вслух свои действия:

– Шиш тебе! Ну-ка, ну-ка, что там между страничек? Да это же… письмо! Интересно, от кого… ай, дура!!! – Вспыхнувшая от сорвавшейся с руки платиноволосой Кано тонкой и ослепительно-белой струи пламени бумага страниц за удар сердца превратилась в невесомый пепел: отброшенная Яной книга до пола долетела в виде обгорелой и дымящейся обложки.

– С ума сошла?!

– Хотела спросить у тебя то же самое! Какого… ты хватаешь то, что тебе брать в руки не положено?!