Сергей Плотников – Стратиг метакосмоса (страница 9)

Глава 4

Разговор с Бастрыкиным

За последние пятнадцать лет мне частенько доводилось участвовать в совещаниях с Михаилом Бастрыкиным. Честно говоря, я уже и со счету сбился. Иногда такие совещания принимали вид приватных разговоров с главой государства, Аркадием и еще кем-то из важных специалистов — порой даже с Колгановым, которого Аркадий так долго заочно терпеть не мог (кстати, в реале оказался нормальным мужиком). Иногда совещания проводились в расширенном составе. Пару раз я даже беседовал с Бастрыкиным с глазу на глаз, как в тот памятный день непосредственно после моего избрания Верховным магом.

Однако, что примечательно, никогда на этих беседах не присутствовала Виктория Бастрыкина!

Не то чтобы жена Великого магистра совсем не принимала участия в политике государства. Но понятия «первой леди» тут нет, супруги высших функционеров обычно не особо отсвечивают. Виктория Афанасьевна активнее, чем большинство: у нее довольно важная должность главы общественного фонда, который оказывает точечную помощь некоторым инициативам, если государство по какой-либо причине не может помочь на другом уровне. Но в «высокую политику» она подчеркнуто не лезет. Я встречал ее всего пару раз, на событиях, которые можно более-менее обозначить как «светские приемы». И помимо вежливого «здравствуйте-как-поживаете» ни словом с ней не обменялся.

Однако при разговоре, состоявшемся сразу после того, как я военным бортом прилетел в Лиманион с крайнего севера, она присутствовала. Поздоровалась, очень ласковым, материнским таким тоном сказала: «Я очень рада, что вы спаслись, Кирилл! И спасли всех остальных!», после чего села в кресло в углу и подчеркнуто затаилась. Так надежно выпадать из беседы из моих знакомых умеет только Василий Васильевич Кузнецов, ныне магистр света и глава СВБ-1.

Чувствуется навык, короче говоря.

Впрочем, разговор у нас получился не особенно длинный. Он проходил в том самом кабинете, где мы когда-то пили чай с бутербродами, с видом на один из внутренних двориков Большого дворца.

Бастрыкин тоже начал с того, что рад меня видеть и счастлив, что мы не погибли.

— Было бы настоящей трагедией потерять четверых из самых многообещающих молодых магов, — сказал он довольно мрачно. — Особенно тебя и Меланиппу Никитичну! Вас даже некем заменить сейчас.

— Лана действительно незаменима, других космозоологов ее уровня просто сейчас нет, — согласился я. — А вот меня — можно. Рина легко заменит меня как Верховного мага, Марина Сумарокова и Рогозин подхватят мои исследования. Я уже им почти все дела передал. Ведь я подготовился к своему отсутствию на время экспедиции.

— Все верно, — кивнул Бастрыкин, — подготовился. Но, будь моя воля, я бы вообще тебя в эту экспедицию не пустил! Потому что, уж извини, адекватность этих замен вызывает у меня определенные сомнения. И отправлять вас с этим хмырем вдвоем, — тут он мотнул головой в сторону Аркадия, — значит, автоматически лишать Орден двух самых опытных магов!

Тут я несколько опешил.

— В смысле, будь ваша воля?

— Это я настоял, — пояснил Аркадий. — Считай, выкрутил Мишке руки. Фигурально, конечно. Сказал, что если он хочет, чтобы экспедиция состоялась под моим командованием, то принимать решения о кадровом составе я должен сам. А я считаю твое участие непременным условием благополучного возвращения.

М-да. Я и так с самого начала знал, что именно Аркадию обязан своим сомнительным местом стратига экспедиции. Но только сейчас выяснил, насколько много он приложил усилий, чтобы заручиться моим участием! Если дело кончится преждевременным метакосмическим погребением, буду знать, кого винить.

Впрочем, что в лоб, что по лбу. Меланиппа полетела бы в любом случае, даже если бы я смог отговорить Ксантиппу. А значит, не предложи Аркадий мне место в экспедиции, пришлось бы мне самому сражаться с Бастрыкиным за возможность отправиться вместе с женой! Не потому что я люблю Ланочку больше остальных, это попросту невозможно (хотя умиляет она меня действительно больше всех, что греха таить). Но если решать, кому больше нужна поддержка — супругам, которые остаются дома с детьми под защитой всей орденской военной машины, а также наших друзей и учеников, или супругам, которые, очертя в голову рвутся в неизвестность на толком непроверенном оборудовании, выбор, я думаю, очевиден.

Ну и nobless oblige. Я действительно сейчас «архимаг» во всех смыслах, что бы это ни значило. И кому же быть на переднем крае магических исследований, как не мне?

— Жизнь показала, что Аркадий был прав, — невесело усмехнулся Бастрыкин. — Как мне объяснили, если бы не твои счастливые способности, уже не обошлось бы без жертв. А может быть, вы погибли бы все.

— Ну да, то, что я смог раскрыть купол на весь ангар, это, конечно, способность, — кивнул я. — Но все остальное — просто везение! Если бы Леонида не попросила меня показать действие защитного поля, я бы просто не успел среагировать.

— Почему-то твое везение раз за разом срабатывает именно в критически необходимые моменты, — заметил Аркадий. — Между прочим, ты знал, что в разведшколе удачливость абитуриента до сих пор оценивают в анкетах?

— Серьезно? — удивился я.

— Вполне. И, кстати, насчет Леониды… Ты знаешь.

— Знаю, — кивнул я.

Мы с ним давненько договаривались не благодарить друг друга за спасение жизни и тому подобное. А то пришлось бы только и делать, что обмениваться взаимными расшаркиваниями!

— Так вот, — продолжил Бастрыкин, — везение Кирилла уже спасло членов экспедиции и других граждан Ордена. Однако один вопрос остается для меня неясным. — Он сделал паузу. — Спасло ли оно саму экспедицию?

— Хочешь знать, успеем ли мы в этом цикле? — спросил Аркадий. — Или придется ждать три года?

— Три года можно уже не ждать, — махнул рукой Бастрыкин. — За три года расшифровка местоположения базы Древних обязательно утечет. Отправки метакосмических экспедиций — штука куда более дешевая, не то что космические полеты. Обязательно кто-нибудь подсуетится. Пусть даже с ворованным оборудованием. Так что через три года мы точно попробуем этот путь не одни, и все будет несколько сложнее.

— Успеем, — кивнул Аркадий. — Платформа уже на космодроме под Ляляу. Ангар там не такой удобный, но ведь все почти уже собрано. Нужно только установить мано-электротрансформаторы и погрузить припасы. Или что-то еще, Кир?

— Еще жилые модули, — пожал я плечами. — Но это недолго. Логистика усложняется, но два-три рейса военных грузовых самолетов должны решить проблему. Вы верно сказали, метакосмические экспедиции — это сравнительно дешево.

Если не оценивать стоимость участия магов… Мы, между прочим, получали неплохую зарплату с надбавками за риск, плюс дорогостоящее индивидуальное снаряжение. В том числе эрзац предметы-компаньоны — штучная, сложная и, разумеется, недешевая работа! А для государства, разумеется, еще нужно учитывать стоимость нашей подготовки и замены… Но даже это мелочи по сравнению со стоимостью исследований «обычного» космоса.

Бастрыкин кивнул.

— То есть вы успеваете отбыть в назначенную дату?

— Если не случится иного форс-мажора, — осторожно сказал я.

— Тогда… — Бастрыкин поглядел на Аркадия. — Сам ему скажешь или мне?

— Давай уж сам, — скривился Аркадий. — В конце концов, это тоже моя идея.

— Что еще? — спросил я.

— Ты не сможешь вернуться в замок или в ваши столичные апартаменты до отлета, — вздохнул Аркадий. — И Саня с Ланой не смогут. Вас завалило камнями в пещере — пусть так оно и останется.

— Охренеть, — пробормотал я. — То есть ты говоришь, что мои дети три года должны думать, что я мертв?

Горжусь собой, я говорил почти спокойно. Аркадий встретил мой взгляд.

— Иногда мне начинает казаться, что ты все-таки меня считаешь удивительным людоедом! И я начинаю сомневаться: может, заслуженно?.. — сделав короткую паузу, он продолжил. — Разумеется, нет. Дети пусть спокойно рассказывают всем, что папа отбыл в экспедицию. Но последний раз был дома… Когда? Вчера? Значит, вчера. Просто пришлось улететь раньше.

На две недели раньше лишает меня возможности ночевать дома, гад!

— И ты сможешь еще раз увидеться с семьей, — вступил Бастрыкин. — Я уже договорился с Агриппиной Васильевной, — да, она взяла такое немудрящее отчество, по самому распространенному в Ордене имени, — чтобы она и две другие ваши супруги прибыли прямо сюда, в Большой дворец. И взяли с собой всех детей, за кем способны приглядеть втроем. Их у вас сейчас, если я верно помню, семеро?

«Восьмеро», — чуть не ляпнул я, но промолчал. Беременность Рины была еще совсем недавней, мы об этом особенно не распространялись. Да, риск выкидыша у магессы сводился практически к нулю, но… Мало ли. Например, сегодняшний стресс мог на нее не слишком-то хорошо повлиять! Хорошо, что, вроде, обошлось, она уже заверила меня в этом по телефону.

А уже рожденных детей действительно было семеро. Пятеро мальчишек: семилетний Федя, шестилетний Сережа, пятилетние «двойняшки наоборот» Ваня и Данила, и самый младший Терентий, чей четвертый день рождения мы недавно отпраздновали. А также две девочки, совсем крохотные. Танечке не исполнилось и месяца, Милочке — всего полтора. И она уже начала улыбаться! Мы так и планировали, чтобы эти двое появились на свет одновременно: Лёвка и Ксюша хотели совместить беременности и роды, чтобы проще потом было ухаживать. Но хотя забеременели они в один день, синхронизировать сроки вынашивания не удалось, Танечка несколько задержалась.