Сергей Плотников – Стратиг метакосмоса (страница 18)
Подумав так, Аполлон громко расхохотался. Уж больно смешно придумалось.
Ракета подхватил его смех счастливым лаем.
p.s. Варвара: А зачем ты попросил сгенерить Кирилла в одежде Деда Зимы на детский утренник? Это что, как-то связано с другой твоей книгой?
Сергей:…
В общем, лайкайте!
Глава 7
Начало экспедиции
Когда началась вторая фаза нашего путешествия, я развлекался, пользуясь преимуществом командирского положения. А именно, смотрел на телефоне истрелийский «аналитический» ролик, посвященный экспедиции.
Так-то смартфоны работали и в газовой атмосфере Междумирья. Даже обычные, а у нас-то были особые усиленные-доработанные. Но все равно, чтобы посмотреть видос с удобством, нужно было как минимум снять перчатки — а как максимум, и кислородную маску. То есть в нынешней итерации костюмов это уже была даже не маска, а полноценный шлем с возможностью подачи жидкого питания по трубочкам. Имелся даже интерфейс, к которому можно было при необходимости присобачить флейту — это чтобы не повторилась история с Ланой пятнадцатилетней давности. Во всяком случае, у тех из нас, кто умел изобразить на духовом инструменте хоть несколько нот.
В общем, снаряга получилась куда удобнее того, что было. Для работы. А вот для развлечения, само собой, нет! Между тем в ожидании второй фазы экспедиции мы жили в строго походном режиме. Спали вахтами, на платформе было развернуто всего три жилых модуля из девяти — командирский, в котором попеременно дрыхли Аркадий и наши медики, и два общих жилых. Плюс модуль рубки.
Именно в рубке я и коротал время, удобно расположившись в кресле архистратига и проглядывая подборку, любезно собранную для меня Ксантиппой. Она пообещала: «Либо проржешься, либо очень сильно проржешься». Пока я склонялся к первому варианту: ничего особенно смешного в уже третьем по счету ролике не было. Но слегка забавно.
— То есть вы считаете, что эта экспедиция — лишь пустая трата ресурсов со стороны Ордена? — спрашивал по-истрелийски ведущий в клетчатом костюме у приглашенного эксперта, дамы в элегантном ярко-алом платье. В Ордене, если верить Рине, такой цвет сочли бы слишком кричащим и не подходящим для встреч «серьезного» формата, но в Истрелии другие правила и стандарты.
Между прочим, я уже довольно неплохо понимал истрелийский, хотя ведение светской беседы мне все еще упорно не давалось. Однако ролик был предусмотрительно снабжен неплохими субтитрами: не только искусственный интеллект постарался, а еще и редактор сверху прошелся.
— Если экспедиция вообще состоялась, — многозначительно произнесла дама, улыбаясь такими же ярко-алыми накрашенными губами.
— Вы имеете в виду слухи о гибели Верховного мага Ураганова под обвалом?
— Я думаю, на вопрос надо смотреть шире. Существует ли — существовал ли вообще такой человек, как Кирилл Ураганов? Все детали его биографии, от яркой, мужественной внешности до семейной драмы, слишком хорошо укладываются в Орденский субмиф о человеческом служении — знаете, то, о чем так хорошо пишет Фирес, о «муравьиной» психологии идеального орденца — рабочего-копателя…
Я хмыкал, покачал головой. Нет, если Саня думала, что вот на этом месте я уроню челюсть, то тут она меня недооценила. Реально, ничего нового ни в этом мире, ни в том! Хотя объявлять несуществующим человека, у которого семеро детей — это сильно, конечно.
Впрочем, о существовании Урагановых-младших мало кто знает. Они не то чтобы прямо засекречены, но… Хотя ладно, засекречены, конечно. Фотки из Сети тут же удаляются, медицинских историй нет в общей базе и так далее.
А что они, интересно, имеют в виду под моей «семейной драмой»? Неужели ту давнишнюю размолвку с отцом? Или… Да, точно, если промотать, слышно, что это погрешность перевода! На самом деле дама в красном сказала что-то вроде «бурная личная жизнь»: намек на то, что папарацци никак не могут определиться, на ком же я женат — на Рине, Сане или Лане. (Ксюша и Лёвка выпадают из их поля зрения, так как личности они не публичные). Видимо, ответ «на всех трех сразу» даже для истрелийцев с их свободными нравами слишком шокирующ! Или, может, создал бы мне слишком положительный имидж, учитывая их собственный национальный субмиф о жизнерадостных бабниках?
В тот самый момент, когда я, забавляясь, размышлял об этом, пульт управления замигал сигналом связи и завибрировал зуммером. Рация произнесла голосом Мурата Исмаилова, одного из наших наблюдателей:
— Гнездо, гнездо, я Птенец-два, прием.
— Гнездо слушает, — сказал я в микрофон, нажав соответствующие кнопки.
— Видим нетипичных монстров. Мелкие и с лапами, вроде Пастехвата. Покрутились вокруг и полетели назад, напасть не пытались. Похоже, свита.
Кроме разведчиков мы послали заодно и дронов на оптоволоконном кабеле, но эти пока ничего не засекли. Во всяком случае, наши дроноводы молчали.
— То есть наш транспорт прибыл?
— Думаем, да. По косвенным признакам, будет у вас минут через десять.
— Отлично. Обогнать сможете?
Вопрос был непраздный: в случае чего разведчикам полагалось отстать и возвращаться на Терру своим ходом — благо, на том расстоянии, на котором мы находились, да еще при наличии оптоволоконной веревки канала связи, которую можно использовать как ориентир, задача была несложной.
— Обижаешь, Кир! Уже летим. Будем минут через пять. — сказал Исмаилов.
Меня, в отличие от Аркадия, к которому народ относится с большим пиететом, «стратиг» никто не называет. Пробовали поначалу, но уж больно неестественно это звучало! Впрочем, я не заметил, чтобы от этого страдала дисциплина: приказы народ выполняет беспрекословно. Все-таки мы брали разумных и многократно проверенных товарищей!
— Отлично.
Я щелкнул пультом, отзывая остальные три пары. Все отозвались, что успевают. Превосходно. Не хотелось бы с самого начала стартовать в урезанном составе!
Затем велел закругляться всем трем дроноводам и включил громкую связь:
— Готовность к второй фазе операции: пять минут! Повторяю, готовность к второй фазе операции — пять минут! — и, по давней привычке разряжать атмосферу, когда-то подхваченной у Теневого мага, добавил: — Поезд отправляется по расписанию, попробуем зацепиться за последний вагон!
— Я бы сказал, что скорее мы поедем на крыше, — наш архистратиг, входя в рубку, услышал последние слова. Я уступил ему командирское кресло. — Но метафора удачная.
— Подождем — и увидим, кто из нас ближе к истине, — ответил я, надевая шлем. — Ладно, пойду наружу.
— Удачи, — кивнул Аркадий.
— Аналогично.
С обоими пилотами — планируя вторую фазу, мы решили, что для швартовки могут понадобиться оба оба — я столкнулся в дверях. Точнее, в шлюзе. Пришлось подождать, пока они войдут. Вот кому удача нужна больше моего: готовься к тому, не знаю чему, маневрируй рядом с непонятно чем непонятно как… Будем надеяться, что сотни часов на тренажерах в самых разнообразных сценариях хоть как-то их подготовили!
Моя задача на этом фоне выглядела гораздо проще: всего-навсего приглядывать за основным отрядом, размещенным на платформе. Возможно, командовать отражением атак монстров — хотя этим, скорее всего, займется Вальтрен, мой зам. Точнее, наш с Аркадием общий зам с широким кругом обязанностей. О чем, кстати, говорит его официальная должность в экспедиции: протостратиг. Он у нас самый опытный охотник, не считая Свистопляса, но Свистопляс медик, ему теперь не положено соваться на рожон.
Я вышел из шлюза рубки, окинул взглядом свободную от модулей территорию Мегаплатформы. Все «как учили»: народ занимает места, пристегивается. Я ощутил предвкушение и одобрение Сани и Ланы: им обрыдло ожидание, пусть и запланированное, они радовались до одури, что путешествие начинается!
Я занял свое место на платформе — увы, не рядом с ними, а рядом с Лалией и Дмитрием. Тоже неплохая компания.
— Ну что, готовы? — спросил я их.
— Едва ли, — ухмыльнулся Свистопляс. — Будем действовать по обстоятельствам!
— Я не знаю, к чему нужно быть готовой, поэтому понятия не имею, готова ли я, — спокойно произнесла Лалия. — Так что солидарна с Димой.
Первым вернулся один из дронов-разведчиков, размещенный рядом с нами: занял место на своем «насесте». Петля кабеля еще плыла за ним в газовом облаке, относительно неспешно наматываясь на катушку. Затем я увидел, как к платформе швартуются наши разведчики — все четыре пары, восемь человек, и Вальтрен один из них. Отлично, не хотелось бы отправляться без него: он у нас один из самых ценных кадров — например, его древнеорагонский и древнеоросский ближе всего к разговорным! Но нас слишком мало, поэтому по жребию все равно раз в сутки в разведчики попадал хоть кто-то из условно незаменимых. Кроме меня и Аркадия: он и сам решил сидеть на платформе (хотя руки, я уверен, чесались), и мне велел.
И лишь после этого я почувствовал движение. Точнее, сперва ощутил вибрацию платформы и увидел, как включились угловые двигатели: пилоты компенсировали еще пока незаметное глазу смещение.
Дежурная платформа в отдалении оказалась как раз с нашей стороны, так что я отлично видел, как они поморгали бортовыми огнями, желая нам удачи.
— Ну вот и поехали… — пробормотал Дмитрий, понятия не имея, что воспроизводит историческую фразу из другого мира.
Еще через минуту мы увидели наш «транспорт». Охо-хо. Похоже, Аркадий со своей метафорой насчет крыши оказался прав!