Сергей Плотников – Станционный строитель (страница 10)
А скорее всего, надо просто следить внимательно, вдруг да откроются всякие интересные возможности. Ну мало ли. Вдруг речь в самом деле идет о подготовке каких-то уникальных спецев по чему-то там?
Вспоминаю шутку про реальную отправку к инопланетянам. Отличный был бы сюжет для фантастического романа. И я бы, кстати, согласился не задумываясь.
Пока я выпадал в реал, в игре время не шло — это плюс. А то знаю я эти новомодные игры, где приходится каждый раз отправлять аватар «спать» в безопасное место, а не то его ограбят, убьют или изнасилуют, заодно забрав деньги и шмот. Некоторым нравится, но как по мне, только лишнее неудобство для игрока.
Я люблю игры, я ими на хлеб зарабатываю, но по мне так они не должны превращаться в религию. Надел шлем после работы, поиграл часа два, снял шлем — вышел из игры. Без всяких лишних сложностей. Которые, между прочим, значительно продляют среднее время нахождения в виртуальности и могут спровоцировать проблемы со здоровьем или даже гибель — как в нашумевшем деле Димы Белова (хотя там не очень ясно, от чего парень в итоге скопытился. Вроде и в самом деле тромб был). Недаром несколько раз в разных странах «сонный выход» пытались запретить, а в Казахстане даже запретили.
А вот то, что меня встретили те же самые нерешенные проблемы — это, конечно, минус. Кальмарно-грибной конфликт (звучит почти как название салата — или причины несварения желудка) по-прежнему в разгаре. И, хотя материала я набрал достаточно за время своего мусорного рейда, денег у меня на строительство модуля осталось… ну, не впритык, но только-только запустить его и продержаться несколько отчетных периодов, пока я начну получать деньги.
(Расчеты тут проходили не раз в сутки и не раз в месяц: денежный поток тек непрерывно, а аренда вообще капала чуть ли не поминутно. Условность, конечно, явно идущая в разрез с реальность, но зато это позволяло играть с интересом, а не скучать — или нервно грызть ногти — ожидая, когда невидимая игровая бухгалтерия подведет баланс.)
Быстро проглядываю опции строительства.
О, надо же, у меня теперь хватает репутации на более дорогой модуль, из тех, которые стоят триста пятьдесят! А вот денег на него — не хватает. Ну то есть хватает, но я уйду в минус…
А допустим ли в игре отрицательный баланс? Не помню.
— Демьян, — спрашиваю, — что будет, если я потрачу фондов больше, чем у меня есть?
— Какое-то время разницу можно будет скрывать от аудиторов, поскольку большинство расчетов ведется в безналичном формате, — проговорил искин с невозмутимостью английского дворецкого, которого спросили, где лучше спрятать тело. — Потом информация о том, что вы находитесь в долгу у Банка Межзвездного содружества, выйдет наружу, и ваша репутация начнет падать.
— Насколько быстро?
— Не могу сказать точно. Зависит от многих факторов.
…То есть создатели игры скрыли эту информацию и, скорее всего, включили элемент случайности, чтобы игроки не расслаблялись. Ну, я и не расслабляюсь.
Прикидываю варианты. Можно, конечно, поставить еще один дешевый модуль — но плата за аренду в нем значительно ниже, и средства будут сочиться по капле. А в дорогом модуле один раз оплатят проживание — и все мои проблемы решены…
Была не была. На то и игра, чтобы рисковать.
Выбираю один из дорогих модулей — тот, на который глаз лег. К сожалению, заранее посмотреть, кто в этом модуле будет жить, нельзя. Можно только прикинуть по базовым характеристикам.
Вот в этот, судя по всему, заселится еще одна гуманоидная раса… ну, хотелось бы надеяться. Кто-то типа людей или Превосходных. Но раса рангом повыше последних: тут в игре зависимость, похоже, прямая — много платить за аренду могут позволить себе только крутые расы.
Хотя ацетики и кальмары живут в модулях начального уровня… Ну да ладно, с этим разберусь еще.
Мое новое приобретение выглядит роскошно: сам шар значительно больше, а под куполом виден самый настоящий лес. Причем не идиллический лес с деревьями-великанами, глядя на который хочется воскликнуть «О, Элберет! Гилтониэль!», скорее что-то из сказаний северных народов. Приблизив модуль, вижу острые гранитные скалы, узкие каньоны, суровые деревья навроде хвойных… А где их жилые пространства? Не спят же они под елками?
Впрочем, и жилые пространства я довольно быстро нахожу. Как ни странно, это палаточные лагеря, которые наводят меня на мысли о средневековых ристалищах. И много их. Поразительно. Что за высокоразвитая раса живет в палатках и не нуждается в атрибутах цивилизации? Или я просто не вижу их, эти атрибуты?
Так или иначе, модуль в строю и готов к приему гостей. Осталось только их дождаться.
Вижу на боковой панели сигнал: кто-то вызывает капитана «Узла».
Переключаюсь в режим аватара, благо, сам аватар сейчас находится в рубке.
На пульте управления — либо Бриа, выглядит она одновременно обеспокоенной и извиняющейся.
— Капитан, — говорит она, — у нас проблема. Мои соплеменники не хотят заселяться.
— Ваши соплеменники должны заселить новый модуль? — догадываюсь я.
— Да, но в связи с тем, что на станции конфликт, они не желают этого делать. К сожалению, мне не хватает ранга, чтобы принести надлежащие заверения Старейшине.
Вздыхаю. Ну да, снова мой помощник в области дипломатии выступает в качестве говорящего автомата. Надеюсь, по мере развития сюжета это изменится, а то не очень понятно, зачем она нужна вообще. Обошлись бы одним Демьяном. Разве только для антуражности?
— Хорошо, вызови его, я дам все заверения.
— Ее, — поправляет меня Бриа, — вы, должно быть, запамятовали. Талесианки бывают только женского рода.
Она именно так и сказала: «рода», не пола. Тут же я понял, — вернее, вспомнил — почему так. Я же читал про них в справке, и тогда еще отметил, что, похоже, передо мною классическая раса амазонок. Хотя на самом деле они не воительницы, фишка у них другая — они разумные растения. Фактически, они бесполые: каждая талесианка представляет собой всего-навсего семя, развившее разум и способность передвигаться. Когда им нужно продолжить род, они прорастают, и на одном дереве появляется сразу много коконов-семян с новорожденными. Личность «матери», которая превращается в древо, при этом, естественно, умирает… правда, сами талесианки не считают это смертью.
Но иллюстрация, которая сопровождала статью, совершенно не походила на Бриа! На ней была женщина с кислотно-зеленой кожей, совсем без волос и татуировками на лице. Неужто дизайнеры в кои то веки подумали о вариативности внутри вида?
— Хорошо, вызови Старейшину.
— Я могу попробовать, — с сомнением говорит Бриа, — но думаю, что она и с вами откажется беседовать. У вас недостаточная репутация для этого.
Угу, почему-то я так и подозревал.
— Значит, чтобы они заселились, я должен разрешить конфликт грибного салата… то есть, прошу прощения, ацетиков и тораи? — спрашиваю обреченным тоном.
— Боюсь, что так, капитан, — в голосе Бриа звучит искренняя симпатия. — И вам придется поторопиться: Старейшине не нравится, что ее заставляют ждать, так что ваша репутация в Межзвездном содружестве теперь постоянно падает.
Проверяю статы: Бриа совершенно права. Ха, а я-то считал, что пятьсот очков репутации — огромный бонус! Такими темпами его только-только хватит, чтобы задницу прикрыть.
Да еще и деньги кончаются. Смотрю, на кнуты игра не скупится. Надеюсь, и с пряниками будет так же хорошо, а то что-то игровой процесс чересчур стрессовый получается.
Хмыкаю и погружаюсь в хитросплетения взаимоотношения своих условно-кулинарных друзей. Лучше поздно, чем никогда.
Глава 8 (без правок)
Место под солнцем — это надо же придумать!
Смотрю физиологические параметры расы ацетиков. В справке их не густо — чай, не медицинская карта. Но, как я и подозревал, солнечный свет им не нужен или почти не нужен: грибы себе и грибы.
Что касается медузокальмаров, то там вопрос сложнее. У себя на родине они заселяют как фотическую, так и придонную зоны океанов. Причем, подобно земным кальмарам, имеют тенденцию опускаться тем ниже, чем старше и больше становятся. То есть солнечный свет для них играет значительную роль в детстве и юности. Взрослые особи свободно обходятся без него.
Проверяю, есть ли у меня на станции тораи детского или подросткового возраста. Нет, нету. Все пять индивидуумов, проживающих в модуле, перевалили за сотню земных лет, а детство и юность у тораи длятся лет до пятидесяти.
В общем, попытка трактовать слова кальмара буквально ничего мне не дает.
Решаю проведать ацетиков и спросить, а что они-то думают о конфликте. Лучше поздно, чем слишком поздно.
В модуль ацетиков мне зайти удается, но, в отличие от модуля тораи, особой переговорной на входе нет — меня сразу встречает стена земли с неровной дырой единственного входного тоннеля. Из спецификаций знаю, что этот модуль почти целиком забит искусственной субстанцией, по структуре очень похожей на сырую почву.
Поежившись, ныряю в дырку. Выглядит, словно действительно спуск под землю: узкие, тускло освещенные коридоры, где так и кажется, что стены вот-вот обрушатся и погребут тебя. По этим стенам пульсирует уже знакомая мне серебристая паутина, точно такая же, как та, что опутывает стены моей станции и исходит от инженера Томирла. А может быть, та же самая — кто знает? Томирл ведь поддерживает связь с родичами. Это и есть пресловутый мицелий.