Сергей Плотников – Соло для капитана с оркестром (страница 40)
Так вот, издательство не отличалось от соседних домов на пять-шесть квартир ни размерами, ни видом. Если бы не табличка на входе, Володька бы засомневался, туда ли он попал. Ни охранников, ни даже консьержки на входе Володьке с Катериной не встретилось. Просто пустой вестибюль, напоминающий прихожую жилого дома, с уходящей на второй этаж деревянной лестницей, скрипучей даже на вид. Вот только Катерина с Володькой явно пришли не в самый удачный момент: над площадкой этой самой лестницы молодой парень в простецкой униформе — явно низовой обслуживающий персонал — вешал телекинезом большой портрет молодой женщины, перечеркнутый траурной лентой. Рядом с ним стояла пожилая дама и, уперев руки в бока, командовала: по ее мнению, что бы парень ни делал, получалось криво.
— Зайдем завтра, — предложил Володька.
Известно, что портреты недавно почивших людей, особенно вывешенные в людных местах, порой имеют свойство оживать, напитываясь энергией окружающих. Частенько они начинают вести себя скотски, рассказывать секреты, якобы известные покойному (а на самом деле домыслы людей, которые этот портрет нечаянно оживили). Черная траурная лента — скорее всего, оберег, призванный предотвратить такое развитие событий, но… Володьке все равно не хотелось лишний раз проходить мимо портрета.
— Ну уж нет, — отрезала Катерина. — Ты чего? Сейчас самый удачный момент!
— В смысле? — не понял Володька. — Видишь же, у них кто-то умер.
— Когда обычные люди сталкиваются со смертью, — объяснила Катерина, — она их сильно выбивает из колеи. Они склонны принимать более рискованные решения. Может быть, как раз тебя и напечатают.
— Ну спасибо, — недовольно покосился на нее Володька.
Такая глубокомысленная сторона в Катерине стала для него полной неожиданностью. А зря: надо было привыкнуть уже, что на «Блике» все члены экипажа — не то, чем кажутся.
Может быть, и Абордаж на самом деле — какой-нибудь хтонический ужас с щупальцами. Или не обычный кот, а зверь, сотканный из сновидений. Володька слышал, что некоторые сильные чародеи заводят себе таких питомцев.
— За что спасибо-то? — удивилась Катерина.
— Это был сарказм. С твоей точки зрения мой комикс — рискованное решение!
— Конечно, и это комплимент. Он ведь не похож на то, что уже продается. Значит, они по-любому должны рискнуть, чтобы его напечатать. Люди любят постоянство. С книгами или там комиксами особенно.
И еще одно глубокомысленное наблюдение!
Они легко попали на второй этаж: ни тетка хозяйственного вида, ни замордованный ею паренек даже не спросили, куда они идут. Однако второй этаж внезапно оказался совсем не таким, как первый.
Начать с того, что тут не было никаких перегородок… или почти не было: наверное, туалет-то они все-таки огородили. В сплошном пространстве под двускатной крышей стояли и висели в воздухе одинаковые конторские столы, каждый из которых окружала его собственная сфера отрицания. Отсюда и тишина: видно, эта модификация сферы не пропускала звуков.
Некоторые столы пустовали, за другими работали служащие. Чем они занимались, разобрать было трудно, поскольку в воздухе парили кипы бумаги, мешая обзору.
«Богато живут! — подумал Володька. — Это же сколько они на левитационные чары потратили? Дешевле было бы три таких домика построить!» Потом он разглядел на стенах огромные стационарные талисманы-создатели гравитационных полей, такого же класса, что обеспечивали гравитационное поле на кораблях. Выходит, те создавали в комнате три или четыре невидимых яруса, которые можно к тому же было передвигать в зависимости от потребностей обитателей кабинета. Это, конечно, несколько дешевле, чем зачаровывать помещение целиком, но все равно…
Раз они таким образом использовали весь объем, а не строили в самом деле три дома… то какая же тут стоимость земли?!
Вход в это своеобразное помещение надежно перегораживал широкий стол, за которым сидел молодой парень в очках, абсолютно секретарского вида.
— Вы к старшему иллюстратору? — спросил он, глядя на них. — Вам назначено?
— Почему к иллюстратору? — удивилась Катерина.
Парень окинул их взглядом.
— Но вы ведь художники, так?
Володька понятия не имел, как он это определил. Он поднял руку и нервно поправил карандаш за ухом.
— Нет, мы к главному редактору.
Взгляд секретаря сделался еще скучнее, если только это возможно.
— Она без назначений не принимает.
— Мы с курьерского корабля «Блик», — сообщила Катерина. — Привезли срочную почту. Лично в руки.
С этими словами она протянула секретарю руку, на которую был надет металлический браслет со значком «Блика» (Катерина носила его так: значок на одежде ее чем-то не устроил). Володька запоздало отвернул лацкан своего балахона, тоже показав значок.
— Прошу предъявить пакет для проверки, — сказал секретарь.
— Нам заплачено, чтобы передать лично в руки, — возразила Катерина.
— Мадам, вам платят за доставку, а мне платят, чтобы я проверял всю почту на предмет опасных объектов и чар, — возразил секретарь. — Так что либо я смотрю пакет, либо вы возвращаетесь обратно на корабль.
Катерина изобразила на лице борьбу нежелание нарушать инструкции с пофигизмом и неохотным признанием правоты секретаря.
— Секунду, — сказала она, — нам нужно посовещаться.
После чего схватила Володьку за руку и оттащила к окну.
— Давай, — нетерпеливо сказала она.
— Что давай?!
— Твои рисунки! Они же у тебя в конверте, так? Ляпни на них печать какую-нибудь… Да отвернись, чтобы этот фигляр не видел!
— Катя, ты с ума сошла! — воскликнул Володя.
— У тебя же есть копии? — спросила она. — Это не последние экземпляры?
— Это копии и есть, — признал Володька. — Даже защищенные графически. У меня уже раз украли оригиналы, спасибо!
— Ну вот видишь, значит, опасаться нечего! — Катерина сделала нетерпеливое движение рукой. — Давай-давай!
Кончилось тем, что Володька в самом деле достал объемистый коричневый пакет с рисунками и запечатал его, после некоторых раздумий, стандартной курьерской печатью. Имени и фамилии главного редактора он не знал, поэтому добавил «вампирскую» подпись: теперь конверт мог открыть человек, искренне считающий себя главредом «Галактики в картинках». Володька решил, что такой меры предосторожности вполне достаточно.
Секретарь осмотрел конверт, ничего особенного в нем не нашел и собрался положить его на полку во входящих, но Катерина сказала:
— Нас просили дождаться ответа.
— Это может занять неделю. У нее весь стол завален.
— Попроси ее одним глазком взглянуть, гарантирую, что она сразу же найдет время, — уверенно заявила Катерина.
— А то как же, — парень скрестил руки на груди, но Володька видел, что он нет-нет да поглядывает на нестандартную печать с любопытством. Все-таки обычно корреспонденцию заклеивали заколдованным сургучом.
Катерина наклонилась к парню и заговорщицки спросила.
— Слушай, только по секрету… Приключения Белобрысого знаешь?
— Их не мы печатаем, — нахмурился парень. — Какой-то издательский дом с Мирабилис.
— В этом пакете — новые главы, — сказала Катерина. — Еще нигде не опубликованные.
— А то как же, — повторил парень, но уже без особой уверенности.
— Я говорю, просто покажи главреду! Ну, допустим, наорет — неприятно. Но, гарантирую, если вдруг ты упустишь реально продолжение истории Белобрысого, и твой главред узнает, проблем будет больше.
— Ну… ладно, — парень, нахмурившись, взял пакет. — Но если вы соврали, я зову городскую стражу. Серьезно.
— С каким обвинением? — удивилась Катерина.
— Мошенничество, — злорадно улыбнулся парень.
— Идет, — она равнодушно пожала плечами.
Секретарь взял пакет и покинул боевой пост.
— Эй, а если правда стражу позовет? — сердито спросил Володька.
— А мы мошенники? — ответила Катерина вопросом на вопрос.
— Нет, но…
— Или там не новые приключение Белобрысого, а что-то другое?
— Не другое, но…
— Ну тогда и что ты переживаешь?