Сергей Плотников – Сэйл-мастер (страница 31)
«До какой же температуры они раскаляют домну, если сразу несколько тонн руды плавятся и текут!» — великим кузнецом Сашка себя не считал, но о проковке и закалке холодного оружия кое-что знал — да и кто не знает?
В цеху стоял неумолчный грохот: работающие механизмы шумели на удивление. Чтобы услышать друг друга, приходилось орать. Надо ли говорить, что Сандра казалась совершенно счастливой?
Сашка оглянулся: кормчий с горящими глазами осматривала очередной станок (кажется, Петрович назвал его «прокатным»), Белка страдальчески кривилась, время от времени порываясь зажать уши руками. Обменявшись понимающими взглядами, они развернулись и направились к дверям. Надо отдать строителям должное: массивные створки начисто отрезали механический шум — без всякой магии. Просто за счет толщины конструкции.
— Я думаю, Санька разберется и без нас, — Белобрысов с сомнением посмотрел на перепачанные едкой черной заводской пылью руки. — Пусть развлекается, если ей все здесь так нравится.
Бэла кивнула. Бесцельно бродить по деревне не хотелось. Вернутся на корабль?.. Она посмотрела на штурмана, он на нее, и они, не сговариваясь, пошли по дороге к центральной площади. Взаимопонимание, установившееся между ними после многодневных совместных маневров, оставалось в действии и вне корабля. Белка молча слушала болтовню напарника:
— Никак я их не пойму. Стремный народ. Производство весьма внушительное, но зачем, зачем столько сложностей? Добыча руды в таких количествах… А печь? Ты видела, чтобы домну топили дровами? На них же леса не напасёшься. Гораздо проще поставить несколько обычных кузниц, фокусирующие заклятия, чистое пламя… — штурман механически продолжал перечислять непонятки, когда ему заступила дорогу девушка в рабочем сарафане. Очень красивая. Выражение лица у нее было фанатично-решительное. Такое, какое обычно возникает у Сандры, когда кто-то начинает обсуждать её любимые кристаллы.
— Вы приезжие, да? — спросила она. — С бригантины?
— Естественно, — Сашка рефлекторно приосанился, однако обертоны флирта в его голосе не появились: что-то в девушке его насторожило.
— Вы меня простите, что подслушала ваш разговор, но то, о чем вы горите — полная чушь! — лицо девушки отразило крайнюю степень презрения. — Что можно добиться вашим чародейством? Сплошные ограничения и запреты! Больше четырех тиглей не ставить, пентакли из олова и бронзы… Ну и как прикажете делать нормальную сталь, если ваше дурацкое «ис-кус-тво» — она нарочито тщательно выговорила последнее слово, — только и может, что вставлять палки в колеса нормальным людям!
Сашка и Белка в обалдении слушали слушали пламенную речь.
И тут до Сашки дошло. Наверное, он бы догадался и раньше, если бы его несмутила новизна обстановки.
Первым делом штурман подумал о Сандре и о том, что она, наверное, догадалась еще на заводе, если не раньше. Интересно, а специальная больница у них тут есть?
— Так вы лишенцы? — спросил он. — Тут все — лишенцы?
Он, конечно, слышал о подобных производствах на Земле — скажем, холодную сталь, непроницаемую для магии, и производить можно только немагическим способом — но ни один цех не имел такого размаха.
— Не все, — лицо девушки помрачнело. — Но производство целиком немагическое.
— Круто… — сказал Сашка. — Нет, правда здорово!
— Вам интересно? — девушка улыбнулась чуть неуверенно и ужасно мило. — Тогда пойдемте, я вам все расскажу и покажу!
А потом улыбнулась еще раз, так, что истолковать двояко было просто невозможно. Сашка никогда не мог отказать женщине, тем более, симпатичной.
— Меня от этого избавьте, — мрачно сказала Белка. — Если вам охота гробить свои носы и уши…
Сашка только рассеянно кивнул.
Бэла посмотрела вслед удаляющейся парочке и продолжила свой путь в сторону пристани. Хочет развлекаться — пусть развлекается. Ей, Бэле Тихие травы, к одиночеству не привыкать. Наоборот, так куда легче…
За квартал от причала ей навстречу вышел мужчина в сопровождении зверя.
Девушку звали Алена, и работала она инженером-проектировщиком. Машины цеха металлообработки частично находились в ее ведомстве, частично — под контролем все того же Петровича, старшего слесаря, ремонтника и вообще мастера на все руки. Это Сашка узнал по дороге к «лаборатории» — большой избе, светлой и уставленной чертежными досками. Ностальгически-родными досками, знакомыми по второму курсу академии, где несчастные курсанты постигали (и в большинстве своем так и не постигли) сопромат.
Не успела Алена вскипятить чайник на устрашающего вида спиртовой горелке, как дверь вновь скрипнула, пропустив невысокую шатенку, столь же молодую и ужасно привлекательную на вид.
— Аленка! Гостя развлекаешь? А сказать? — задорно воскликнула вновь пришедшая сразу же, с порога.
— У нас деловой разговор, — попыталась защититься Алена. — Это у тебя одно на уме!
— Так я тебе и поверила, — рассмеялась гостья. — Доставай еще чашек, сейчас девчонки подтянутся.
Потом она обратилась к Сашке:
— Вы не обращайте на Алену внимания, у нас женихи наперечет. Каждое новое лицо — событие.
— Ты на дежурство не опоздаешь? — Алена попыталась спровадить шатенку, но было поздно.
В комнату легкой походкой впорхнула еще одна красавица.
— День добрый! А я слышала, у вас тут эфирник с бригантины в гостях…
Дверь распахивались еще не единожды, пропуская примерно однотипных гостий. Не успел штурман оглянуться, как его уже окружил коллектив из пяти прекрасных девушек, мило щебечущих о стальном прокате, добыче руды карьерным способом и особенностях плавки вязких сплавов.
— Высокотемпературное литье с присадками — это технология будущего! — разгорячено выступала Марина, чьи слегка раскосые глаза и легкий акцент выдавали ее происхождение с востока Русских Княжеств. — Современные кузнецы делают многочисленные проковки слой за слоем — это очень затратно по времени. А у нас…
Сашка слушал, пытаясь изобразить вежливый интерес. С каждой минутой это становилось все сложнее — разгоряченные спором девушки уже увлеклись, и вместо попыток поразить кавалера сведениями о своем поселке перешли на узкопрофессиональный сленг. Штурман понял, что если он сейчас не переведет тему, он просто начнет невежливо зевать. Если разобраться, зачем он вообще сюда пришел…
— Милые дамы! — Белобрысов элегантно привстал со своего табурета и даже слегка отсалютовал кружкой. — Слушать вас — огромное удовольствие…
Милые дамы переглянулись и выжидательно заулыбались.
«Проклятие, нужно же было сначала придумать, что бы спросить что-нибудь умное!» — запоздало сообразил он, и выпалил первое, что пришло в голову:
— Я одного никак не пойму: почему вы работаете именно здесь? А не на Земле? Ведь спрос наверняка есть, а на Земле бывают…
Сашка осекся — лица девушек помрачнели, как по команде.
— Ну да, — сказала Алена. — На Земле — бывают. Меньше процента от общего числа взрослых жителей, знаете ли. Какое удовольствие жить в обществе, где ты даже дверь общественного туалета не можешь открыть?.. — Сашка запоздало вспомнил: на «Блике» гальюн и вправду запирался обычной щеколдой, а не стандартным «занято-свободно» Он еще удивился тогда… — А работа — это же просто сущий кошмар. Даже в областях, где без магии можно обойтись хоть с натяжкой — ну как можно конкурировать с кем-то, если в сорок лет все еще считаются «молодыми специалистами»?.. Это если, конечно, ты не собираешься наняться в какой-нибудь отряд коммандос, вот как Иван Максимович раньше…
— Иван Максимович?
— Вы его видели на пристани, он вас встречал.
Сашка сообразил, о чем они говорили. В некоторых областях труд лишенцев, на которых не действовала магия, оказывался незаменим. Например, Сандра могла работать в горячей зоне кристаллов благодаря личной выдержке, многолетним тренировкам и защитным амулетам — а магически неактивная Людоедка могла туда запросто войти, пробыть там сколько угодно и выйти. И ничего бы с ней не случилось. Правда, и починить она бы там ничего не смогла — а вот разнести запросто. Хоть кувалдой, хоть своей Свинорезкой.
Значит, весельчак Джон раньше служил в одном из отрядов особого назначения.
— Это объясняет, почему вы здесь, — сказал Сашка. — А почему производство здесь?
— Все просто, — Марина дернула загорелым плечиком. — Для такого производства требуется большой объем черновой работы. Проектировать сложные станки, рубить и вывозить лес, добывать металл в огромных количествах. На Земле это мало где можно сделать. А у лишенцев есть свой правсоюз[43], общество взаимопомощи. Много сочувствующих из нормальных меншей — особенно из тех, кто женат на лишенцах или у кого дети лишенцы. Иван Максимович протолкнул создание такой вот колонии. Раньше, когда еще война шла, у нас были довольно большие оборонные заказы, сейчас меньше. Но все равно справляемся.
— Джон — он не такой, как все, — вступила в разговор еще одна девушка. — Был военным, потом ходил на исследовательских судах. Собирал все сведения о технологиях, не завязанных на чары, просто выдумки, глупые идеи. Даже фэнтези читал, все искал. Нашел людей, заразил идеей… Общество, где магия не нужна. Такая своего рода утопия. Вот мы здесь.
— Офигеть! — только и выдал Белобрысов. — Общество без магии!
И с уважением оглядел сидящих за столом женщин.