Сергей Плотников – Работа по любви (страница 29)
— А давайте я буду молчать и слушаться папу с мамой, — вдруг сказал он. — И вы за это меня возьмете биться с Темным властелином? Ну пожалуйста!
Тон его был такой, что мне стоило огромных усилий не расплыться в улыбке и сохранять серьезность.
— Поздно, — сурово сказал я. — Вот такую непоправимую ошибку ты совершил! Теперь придется ждать несколько лет, пока опять какая-нибудь беда не приключится. Тогда — посмотрим, насколько опытный ты будешь и чему успеешь научиться.
Ульф насупился и, кажется, заплакал. Жалко, конечно, когда такой малыш ревет, впервые осознав, что не все можно исправить одним только обещанием вести себя хорошо. Но некоторые уроки приходится усваивать именно так, и чем раньше они усвоены, тем лучше. Будем надеяться, подобных демаршей в хозяйстве некроманта в ближайшее время не повторится.
«Хм, смотрю, ты ему без всякого прута до слез всыпал, — пробормотала Ханна по нашей связи. — Здорово умеешь обращаться с детьми!»
«Если бы здорово… — со вздохом ответил я. — Так… нахватался».
Ханна замолчала, как мне показалось, задумавшись о чем-то. А я размышлял, что вряд ли отец Ульфа рискнет сорваться с места, когда у него дома такая ходячая катастрофа — едва ли жена одна без него справится с сыном-магом! Значит, путь нам лежит в Орму… к некромантке-женщине.
А вообще-то, может, ребята не зря намекали? Вдруг понравимся друг к другу? Судя по всему, некромант — полезный в хозяйстве специалист!
Глава 15
Правовые аспекты некромантии
Эрвин Бран из Фильда и в самом деле вежливо отклонил наше приглашение присоединиться к отряду паладина Света в качестве некроманта — тут я догадался верно. Но вовсе не из-за шебутного сына. По крайней мере, озвучил он совсем другую причину.
— Я бы охотно отправился с вами, — со вздохом сказал он. — Участие в походе паладина Света для любого некроманта — большой бонус в смысле репутации! Не говоря уже о том, что вы мне так здорово помогли, и хотелось бы отблагодарить вас… Но тут проблема чисто правовая.
— Какая? — слегка удивился я.
Вот о чем о чем, а об уголовных и прочих кодексах применительно к некромантии я просто не думал. А зря. У меня ведь уже не раз был случай убедиться, что местное общество высоко ставит закон! Что, кстати, и для немагического средневековья в нашем мире было характерно.
— Нельзя просто так взять и собрать армию мертвецов, — сообщил Бран. — Потребуется несколько месяцев — и это минимум! Если бы она у меня уже была, тогда другое дело…
— Однажды в походе я видел, как королевский некромант поднял незахороненных воинов с поля старинной битвы всего за сутки, — заметил Мишель. — Правда, там было всего тридцать или сорок человек. Но я думал, для армии в сто-двести скелетов пары недель достаточно?
— Чисто технически — да, поэтому я и говорю, что дело в чисто правовых осложнениях! — воскликнул Бран. — Видите ли, покойники на дороге не валяются… То есть, прошу прощения, иногда валяются, но явно не в достаточных количествах! И у всякого покойника есть право на захоронение, а у его семьи — право отстаивать это право… извините за тавтологию. Для того, чтобы поднять мертвецов с кладбища, нужно подать прошение, заполнить несколько заявок, обосновать требование… На все это нужно время. Поскольку запрос будет отправлен почтой в столицу… ну, вы сами понимаете. А мне еще вдобавок очень не хотелось бы поднимать здешнее, фильдское кладбище! Мне еще потом здесь еще жить, местные жители — мои клиенты. Они будут злиться, если я положу кости их дедушек и бабушек в чужом краю и не смогу вернуть их обратно!
— Или потребуют поделиться гонораром с наследниками, — фыркнула Ханна.
— Или так, — согласился некромант. — Видите, вы все понимаете!
— Храм мог бы ускорить для вас согласование, — заметил Мишель. — А поднять можно и скелеты с поля боя или со старого заброшенного кладбища.
— Можно, — кивнул Эрвин Бран, — я уже об этом думал. Проблема в том, что в заявке обязательно нужно указать, откуда ты берешь мертвецов. Если у вас есть координаты такого кладбища или поля боя… — он выжидательно уставился на Мишеля.
— Нет, — качнул головой паладин. — Но…
— Не нужно, — хмуро подал голос Габриэль Справедливый. — Уговаривать отца восьмерых детей, у которого не лежит к этому душа, отправиться на подвиги — не богоугодное дело! Мессир Бран — честный человек, ты, пожалуй, можешь додавить его аргументами, поскольку он действительно благодарен Кэтрин и Андрею. Но… не стоит. У нас ведь есть еще одна кандидатка. Хелена Амаратто из Ормы.
— Я слышал о ней! — просветлел лицом Бран. — Вот у нее как раз специализация — поднятие мертвецов. Она давно получила на это лицензию и за много лет собрала огромный отряд из неопознанных городских трупов. Между прочим, как раз зарабатывает сдачей скелетов в аренду. А я ведь и не специалист, занимаюсь в основном некроконструктами по штучному заказу…
«И очень неплохо живет с этого, — подумал я. — Да, домик у него скромный, но это действительно больше потому, что восемь человек детей — и девятый на подходе, если я верно понял по фигуре его жены! Такая орава любые доходы поглотит. Самые скромные прикидки показывают, что они проживают пятьсот-шестьсот золотых в год — а Мишель ему за участие едва-едва может сотню предложить, да еще сотню добавит король, да плюс доля в добыче. Этого явно недостаточно, чтобы почтенный семьянин вроде Брана пошел на риск! Если бы он сам стремился либо на подвиги, либо прочь от семьи, задолбанный бытом, другое дело… А так — Габриэль прав, конечно.»
В общем, мы приняли радушно приглашение отужинать в доме у Брана, но ночевать решили в местном отделении Гильдии — все, кроме Габриэля, который остался в домике на улице Некроманта из желания подольше пообщаться с племянницей старого друга. Еще мы с Ханной успели в тот же день проконсультироваться о ее случае — и за это вернули папаше Ульфа два золотых из полученного нами гонорара!
Пока Мишель, Кэтрин, Габриэль и наша добрая хозяйка пытались общаться в уютной гостиной под многоголосые вопли, гомон и просьбы рассказать о приключениях, отец семейства проводил нас с Ханной в свой кабинет. Между прочим очень аккуратный и хорошо организованный: видно, что человек ответственно подходит к своему делу! Реторт и колб, как я помнил по сну-о-Рагне, вокруг не наблюдалось, только сундуки, стеллажи с многочисленными свитками и книгами, а также целая куча высоких вертикальных свертков бумаги, в которых я сперва заподозрил карты — но потом, подглядев краем глаза, опознал чертежи некрохимер в разрезе!
Там Эрвин Бран расстелил по большому письменному столу рулон фиолетового сукна и очень уважительно положил на него Ханну. Затем начал водить руками над мечом. Я почти опасался, что эта картина вызовет у меня некоторое отторжение — будто под руками чужого мужчины лежит вполне живое женское тело моей жены. К счастью, пронесло. Меч и меч. Я не воспринимал его как «все» тело Ханны: он казался мне чем-то вроде интерфейса, благодаря которому я общаюсь с моей настоящей супругой!
— Очень интересный случай! — нахмурившись, проговорил Бран. — Исключительный мастер делал этот сосуд!
— В смысле, сосуд? — спросил я. — Это же меч!
— Я имел в виду, сосуд для души, — терпеливо пояснил он. — Филактерия — драгоценный камень, кажется, рубин, скрыт в рукояти меча, но при этом магу как-то удалось превратить его с мечом в единое целое! А еще мастер пожертвовал возможностью отчуждения… да, пожертвовал, к сожалению. Зато предусмотрел возможность для вас брать под контроль чужие тела! Да, собственно, похоже, именно для этого! В смысле, именно ради контроля над другими людьми ему пришлось особенно прочно заякорить вашу собственную душу в филактерии. Теперь вас невозможно отпустить известными мне способами, увы.
Честно говоря, я вздохнул с таким облегчением, что и описать трудно. До сих пор во время осмотра все время стоял с ледышкой, засевшей в груди, а тут она растаяла. Не знаю, что я сделал бы, если бы Бран сказал, что сможет отпустить Ханну — в отличие от придворных магов столетней давности. И Ханна попросила бы его именно это и сделать.
Не стоять же у нее на пути, если жизнь в виде меча ей в самом деле так тяжела?
Но… как бы я без нее? Опять⁈
— Ну что ж, — хмыкнула Ханна, — я что-то такое и подозревала… Ладно, все равно я не собиралась уходить теперь — когда жизнь в этом мире наконец-то вновь обрела для меня смысл и интерес!
— Не собиралась⁈ — охнул я, машинально хватая ее за рукоять. — Так не пугай меня так!
— Ты подумал, что… — удивленно начала моя жена. — Нет! Я просто хотела узнать больше об этом, с позволения сказать, филактерии! Вдруг мессир Бран увидел бы что-то, что пропустили те коновалы, которым меня отдал прежний король? И он, кстати, увидел! Они-то ничего мне не сказали про рубин в рукояти!
Бран откашлялся с интонацией врача, которому не дали разъяснить диагноз до конца.
— Я хотел только добавить, — мягко сказал он, — что душу госпожи Ханны нельзя безопасно отпустить известными мне способами. Но, еще раз, я не специалист по работе с человеческими душами! Некромантия — очень… индивидуальная наука. Боги препятствуют передаче многих секретов нашего ремесла. Учитывая, что я бы не взялся повторить ту же работу, что создала ваше нынешнее тело, Ханна, практически уверен — тот, кто зачаровал этот меч, знает об этой области знаний много больше меня. Возможно, вам стоит поговорить с ним?