Сергей Плотников – Работа по любви (страница 25)
— Достойное деяние, — снова согласился «дон Кихот».
Я же сделал из рассказанного два вывода: во-первых, городской страже реально платят довольно мало, если сын сотника учится в одной школе с дочерью прачки! Ну или мама Кэтрин — прачка какого-то реально высокого класса. Или не прачка вовсе, может, это слово-эвфемизм. Но вот уж чего точно я у Кэтрин спрашивать не буду.
Во-вторых, Мишель-то, оказывается, имеет амбиции создать свою династию, а то и в аристократы махнуть! Может, именно из-за этого, а не из-за Кэтрин, так и не женился? Ищет подходящую женщину несколько выше себя статусом, чтобы ее родители согласились на безродного, но многообещающего паладина? Хм, а вот тут стоило бы аккуратно расспросить. Такие вещи о людях лучше знать, чтобы успешно иметь с ними дело. Кто сплетник, я сплетник? Ничего подобного! Я же не с целью распространить, а для себя.
Тут все как-то выжидательно посмотрели на меня.
— Ну, мой отец был инженером, а мама — учительницей литературы, — сказал я. — Сам же я получил неплохое образование, но занимался всем понемногу. И офисной… конторской работой, и свое дело открывал, причем несколько разных. Недвижимостью торговал одно время, даже экскурсоводом был. Все довольно успешно, в смысле, на жизнь хватало и на старость отложил. Но ни к чему душа особо не лежала. Детей не завел, по причинам, о которых вы знаете.
Мои слушатели синхронно кивнули.
— Про меня вы тоже все знаете, — вздохнула Ханна. — Деревенская девчонка, наемничала, потом служила в страже, училась понемногу, чудом сдала экзамен, стала королевским рыцарем. Служила — надеюсь, неплохо! — пятнадцать лет. Потом моя карьера прервалась. Впрочем, если мне повезет, Андрей позволит мне вписать в мою историю еще несколько страниц!
— Обязательно впишем, вместе, — я крепче сжал рукоять моей супруги. — И Ночкину историю восстановим! Только… извините, что возвращаюсь к старой теме, но все-таки хотелось бы насчет рас прояснить. Вот вы, Габриэль, упомянули, что ваш уважаемый дед был из светлых эльфов. Значит, есть и темные?
— Есть, — степенно кивнул старый рыцарь.
— И чем они отличаются?
— Отношением к закону и порядку.
— Ой, да ладно вам! — воскликнула Кэтрин. — Темные эльфы не более дебоширы, чем светлые!
Габриэль усмехнулся.
— А я и не говорил, что темные — беззаконные разбойники. Я имел в виду, что закон и порядок для этих народов разные, как и понимание достойной жизни.
— А других различий между ними нет? — не отставал я.
В голове у меня сразу пронеслись множество вариантов и концепций темных эльфов из разных книжных и игровых вселенных. От темных волос и темной кожи до клыков и когтей!
— Вы, как избранник богини Любви, должно быть, хотите узнать, нет ли различий в постели? — усмехнулся Габриэль. — Ни малейших.
Над костром повисло ошеломленное молчание — а через секунду Кэтрин грохнула заразительным смехом! Ханна тоже заливисто засмеялась, и даже Мишель заулыбался — по-моему, с долей зависти. Я же молчал скорее сконфуженно. Меня вообще совсем другое интересовало!..
— И все-таки, — решил уже я добить эту тему, — давайте уж проясним. Получается, это не разные расы, просто разные народы? Разные культуры?
— А вы получили хорошее образование! — приподнял брови Габриэль. — Да, разные культуры.
— На самом деле есть довольно смешная шутка, хотя и такая… на грани, — заметил Мишель. — Она как раз позволяет довольно легко запомнить различие между всеми этими разумными! Габриэль, Ханна, если вы позволите…
— Я ее слышал, — махнул рукой старый рыцарь. — В дурном вкусе, но действительно забавная.
— Я тоже слышала, — заверила моя жена. — Не скажу, что очень смешная, но поучительная. Особенно продолжение.
После этого я ожидал скабрезности, однако Мишель рассказал следующее:
— Однажды король призвал к себе трех наемников: светлого эльфа, темного эльфа и орка. И спрашивает темного эльфа: «Скажи мне, наемник, готов ли ты убить собственную мать, если я предложу тебе за это много золота?» Темный эльф усмехается и отвечает: «Учетвери сумму, о которой ты думаешь, — с этого старта начнем торговаться!» Светлый же эльф на тот же вопрос отвечает королю: «Погодите, ваше величество, я должен сходить спросить, можно ли браться за такое и каковы расценки!» «У кого же ты хочешь спросить?» — удивляется король. «У моей мамочки, у кого же еще?»
Мишель сказал это таким тоном, что тут рассмеялись все — хотя я, честно говоря, подозревал такой финал.
— А что сказал орк? — спросил я, когда все понемногу утихли.
— А! Орк рванул со своей груди знак рода и воскликнул: «Ты видишь на мне знак главы рода⁈ Значит, я уже убил свою мать! А сейчас убью тебя за то, что ты посмел не знать наших обычаев, — и совершенно бесплатно!»
Все захохотали снова.
— Ханна, какое продолжение ты имела в виду? — с любопытством спросила Кэтрин. — Насколько я знаю, тут анекдот заканчивается.
— Как, вы разве не знаете? — удивилась Ханна. — Я думала, за сто лет расползлось… Ведь орки и эльфы тоже рассказывают такую же шутку — только с людьми!
— О, это, должно быть, и впрямь поучительно! — воскликнул Габриэль. — Я прежде не слышал. Расскажите, прошу!
Моя жена не заставила себя упрашивать.
— Светлые эльфы рассказывают так: «Наемник-человек посмотрел на мудреца-эльфа и пожал плечами: 'Тогда ты должен будешь показать мне мою мать, потому что я уж и позабыл, как она выглядит!»
Все захмыкали, но не сказать чтобы весело.
— Темные эльфы рассказывают так, — продолжала Ханна. — Наемник-человек взял у князя задаток, пообещал вернуться через неделю. Через две недели приползает на бровях, заплетающимся языком говорит, что все оказалось сложнее, чем он думал, и просит удвоить гонорар!
Снова смешки, на сей раз уже более явственные.
— Орки рассказывают так. Наемник-человек мрачно ухмыльнулся в лицо храброму вождю и сказал: «Зачем размениваться на мелочи? Удвой сумму — и я сравняю с землей всю мою родную деревню!»
А вот теперь смешков особо не было.
— Я слышала эту версию от Рагны, — со вздохом сказала Ханна. — Она тоже не смеялась.
Фильд показался мне братом-близнецом увиденной ранее Паланы. Всего только отличие, что там улицы мостили серовато-розовым камнем, а тут — желтовато-серым. Ну и Фильд находился чуть южнее, поэтому цветов в палисадниках и на окнах было больше, а сами они — разнообразные. Даже плодовые деревья на улицах попадались: и сливы, и даже абрикосы.
Правда, и жарче тут было: всю неделю, добираясь сюда, мы ехали к югу, а потому разница в климате прилично ощущалась! Мишелю и Габриэлю в заколдованных латах было хоть бы хны, а мы с Кэтрин ныли, ругались и костерили жару и пот. Ханна, по-моему, втихаря над нами посмеивалась, но вслух жалела и даже несколько раз высказывалась в том смысле, что зато у нас хотя бы есть тела — а без тела хоть и удобно, но все равно хуже.
Я думал, что мы купим карту, чтобы найти нужную нам улицу или дом, однако мои спутники даже и не подумали искать книжный магазин или, на худой конец, какого-нибудь городового. А прохожих, чтобы спросить дорогу у них, не наблюдалось: как и в Палане прежде, днем улицы средневекового городка просто вымирали! Мишель не постеснялся просто заехать под навес магазина, мимо которого мы проезжали, и постучать в окно-витрину. Когда из окна высунулся мужчина в кожаном фартуке, просто спросил:
— Доброго вам здоровья, уважаемый! Не подскажете, где у вас улица Некромантов, дом один?
— А, так… — и мужик разразился длинной путаной речью, из которой я почти ничего не понял.
— Спасибо! — ответил Мишель и на секунду вызвал на ладони белую вспышку, которая осветила полутьму под навесом. — Мир и Свет вашему дому!
— Вам спасибо, паладин! — благоговейно отозвался мужик.
Когда мы отъехали достаточно далеко, я первым делом поинтересовался у Мишеля, реально ли такая вспышка дает мужику благословение.
— Да не особо, но с чем-то мелким может помочь. Ну там каша в рядом стоящем горшке начала прокисать — процесс остановится. Или насморк слабый может пройти. Но по-настоящему для таких дел надо некроманта звать.
— Некроманта? — снова удивился я. — Я думал, мага природы…
— Маг природы — это кость срастить, или вон цветочки вырастить, — сказала Ханна. — А болезни, которые вызываются всякой внешней скверной, особенно живой, лучше лечит некромант. Он ее просто всю убивает. Хотя маги природы тоже лечат, но по-другому. Они больше сам организм укрепляют, чтобы он лучше справлялся… С некоторыми болезнями также и стихийники могут помочь, но тут уж как повезет! Иной маг огня, если опытный, не хуже некроманта может работать, а маг воды — не хуже природника. Но им сложнее. Вообще от тяжелых болезней больного лучше и магу природы показать, и некроманту. В столичном Королевском госпитале они так парами и работают.
— Ясно, — кивнул я и даже не стал спрашивать, откуда она так подробно знает о работе некроманта. Очевидно же.
— А я как-то лечилась у мага огня! — сказала Кэтрин.
— Ты? — удивился я. — Думал, ты не способна ничем заболеть!
— В одном урочище какой-то болезнью магической заразилась, ничего ее не брало! Думала, ноги отсохнут. Мы еще тогда без ездовых зверей остались, Мишель меня миль двадцать или тридцать на себе тащил — но дотащил! Правда, прикольно было?
— Двадцать четыре мили за два дня, без воды и пищи, — сухо сказал Мишель. — Чудесные воспоминания.