Сергей Плотников – Плюшевый: пророк (страница 48)

Император кивнул, словно голову дернули на веревочке.

— Прошу, поднимитесь. Я также рад приветствовать вас, глава Коннах и Великий мастер Боней-Коннах. А также ваших сопровождающих. Благодарю, что приняли мое приглашение. Великий мастер Боней-Коннах… Прошу вас, скажите мне. Подмастерье Школы Цапли, что когда-то служила при дворе моего возлюбленного покойного отца, да вкусит он счастья на божьем пиру… Ее придворное имя было Несравненная… она приходится вам матерью? Или, быть может, иной родственницей?

Сора, как раз поднявшись с колен, мило улыбнулась.

— Как лестно, что ваше священное величество до сих пор помнят одну из дам, прислуживавших предыдущему Императору! Я имела честь состоять при вашем благороднейшем отце во время предыдущего пребывания двора в Тверне тридцать лет назад. Имя «Несравненная» его величество Лимарис Пятый сам любезно присвоил мне.

На лицо императора в этот момент стоило посмотреть!

М-да, надо же. Это, выходит, Энгеларту до сих пор не донесли, что главою Цапель и женой Пророка стала бывшая любовница его отца? Или… Я бросил косой взгляд на Уорина, и тут же отвел глаза. Нет, откуда Уорину знать такие тонкости! Он, конечно, молодец, но за шесть с половиной лет, что он на меня работает, просто невозможно прокачаться до такой степени, чтобы узнавать не только что делает потенциальный противник, но и что ему известно. А уж знать, какие выводы потенциальный противник сделал из доступной ему информации — это и вовсе высший пилотаж, такое и у моих знакомцев из разведывательных служб Ордена очень редко получалось.

Однако похоже на правду. То ли Энгеларт никогда не интересовался именем Несравненной, то ли и правда был уверен, что она лишь родственница нынешней Сорафии Боней-Коннах — сходство стало для него явным сюрпризом! Это надо же. Тут ведь даже разведслужба не нужна, просто умение собирать информацию в открытых источниках!

Впрочем, с этим тут у многих проблемы. Даже, казалось бы, у Школ и Гильдий, которым «по профилю» положено.

Или, как вариант, приближенные скрыли от императора эту информацию, чтобы не рисковать появлением новой фаворитки. В конце концов, не вызови он Сору сюда вместе со мной, мог и вовсе ее не увидеть до отбытия из Тверна в Варид — а это отбытие должно случиться уже ближайшей осенью!

На секунду я пожалел, что Сора не выдала себя за собственную дочь — зачем нам пристальный интерес императора к возможностям омоложения? Однако тут же понял, что мысль эта очень глупая. Во-первых, даже если сам Энгеларт по неведомым мне причинам не интересовался моей женой, кто-то из его окружения обязательно расспросил бы и выяснил, что Сорафия Боней бессменно стоит во главе Школы Цапли уже семь лет — и отчаянно помолодела три года назад. Зачем ложь, которая долго не продержится?

Во-вторых, интерес императора к омоложению тоже можно — и нужно — использовать нам на пользу. Я уже обдумывал, что делать, если кто-то из сильных мира сего обратится ко мне за исцелением. Данный случай ничем принципиально не отличается.

— Ваша внешность превыше всяческих похвал! — пораженно проговорил Энгеларт, не отводя взгляд от Соры. — Время как будто остановилось для вас!

— Увы, — сказала Сора, бестрепетно глядя на него. — Половина Тверна вам подтвердит, что я получила такие тяжелые раны, когда защищала свою Школу, что стала, напротив, выглядеть старше своего возраста, и пробыла в таком жалком состоянии четыре года. Мой муж Пророк исцелил меня волей Истинного Бога, и я стала казаться моложе. Это не моя заслуга, это милосердие Творца.

Насчет «старше своего возраста» — это Сора сильно загнула. Но, опять же, паспортов с датами рождения тут не водится, так что разоблачения мы не боялись. А вот преуменьшить способности Пророка на данном этапе считали необходимым.

— Поразительно… — пробормотал Император, продолжая глядеть на нее зачарованными глазами. «Телячьими», как сказал бы мой первый отец, выросший в деревне.

Тут в дело вступила императрица Вриенна.

— Великий мастер Боней-Коннах, безусловно, не только вам повезло, что вас коснулось чудо исцеления, но и всем нам. Я жаждала встречи с вами еще с тех пор, как его величеству пришло известие о беспрецедентном бое между Школой Цапли и Школой Иглы в городском квартале Тверна. Как вы видите, я и сама не чужда боевых искусств, хотя мне с вами и не сравниться. Не согласитесь ли вы принять приглашение на беседу у меня в покоях?

Сора искоса взглянула на меня, я едва заметно опустил веки. Про императрицу мы почти ничего не знали, — увы, несовершенство разведывательной сети! — а она представляла собой не такую уж малую политическую силу. Традиционно никакой государственной власти у этой дамы не было — но, как водится, кто-то за ней стоял. Кроме того, нынешняя жена императора была также матерью двоих из троих его детей (третий был сыном от «официальной» наложницы, она же «вторая жена») — это тоже значило немало. Поскольку информаторов из числа ее слуг и приближенных у Плессена пока не имелось, разговор с ней — возможно, единственный шанс получить данные из женской части дворца. Очень удачно, пусть Сора ее прощупает.

Раньше я бы сказал, что навыки светской беседы Алёны прихрамывают, и едва ли она сможет получить сколько-нибудь ценные сведения. Но теперь на стороне моей жены играл гигантский опыт Сорафии, и ее же привычка к самообладанию вкупе с навыком активного слушания — да, Алёне от нее достались не только вредные привычки. Так что можно было не волноваться: она узнает от императрицы побольше, чем узнал бы я по итогам разговора! Просто в силу того, что часть культурных отсылок все равно прошла бы мимо меня. Я, например, за семь лет так и не успел прочесть все шедевры древнеэремской литературы, которые должен знать тут по-настоящему образованный человек — а Сорафия за долгую жизнь успела, и еще сверх того.

Ну и в любом случае отказаться от приглашения императрицы — тот еще моветон. Великому мастеру это, пожалуй, сошло бы с рук… а может, и нет.

Так что Сора присела в местном варианте книксена.

— Благодарю за приглашение, ваше величество! Принять его — честь для меня!

После чего Вриенна увела мою жену. Часть собравшихся в зале придворных — в основном, женского пола — последовала за ними. Император же сказал:

— Глава Коннах, прошу вас в мой кабинет.

Настоящая аудиенция начиналась.

Глава 18

Аудиенция у императора — часть 2

Кабинет императора поразил меня пустотой и чистотой — как когда-то кабинет Сорафии. Вот только Сора, когда мы познакомились в этом мире, страдала исключительной близорукостью, почти слепотой, и делами занималась только через прокси — ассистентов. А у Энгеларта какое оправдание?

В этой пустоватой комнате мы оказались вчетвером: со стороны Энгеларта присутствовал его цензор Фиот Рохар, с моей стороны — Герт. Я не стал даже спрашивать, можно ли провести брата, просто показал глазами, мол, следуй за мной. Он дернул краем рта в подобии на улыбку и последовал, тем более, мы с ним заранее обсудили, как себя вести.

Если уж из моей «группы поддержки» исключили Сору, меньше всего я желал остаться вовсе без свидетелей. Кроме того, я последовательно продвигал Герта как заместителя по всем моим делам на всех уровнях — а выше уровня, чем император, просто нет. Да, если со мной что-то случится, Герт не сможет стать главой Школы Дуба, даже в качестве регента при Ульне: его не примут, он лишен внутренней энергии и не сможет стать настоящим мастером. Но пока я жив и здоров, мне жизненно необходим «второй номер», человек, которому я во всем могу доверять и который способен почти на все, на что способен и я сам, — и это Герт. Хотя он с этой моей оценкой не согласен и предпочитает скромничать. До сих пор.

Сам император уселся в деревянное кресло с подушкой, точно такое же, как везде в Империи. Я планировал в ближайшее время начать выпуск мебели на пружинах: нашел под это исполнителя, который работал над открытием в Тверне новой мастерской под эгидой коннаховской производственной лицензии. Но отладка производственного процесса для такой сложной штуки, как мягкая мебель, да еще в элитном сегменте, — дело небыстрое. Я понятия не имел, как скоро получится выйти на рынок с минимально жизнеспособным продуктом!

Однако приятно видеть, что мягкой мебели не знают даже во дворце. Хотя, казалось бы, чего проще: прикрепить эту несчастную подушку сразу к стулу. Но нет, то ли не додумались, то ли по какой-то причине сочли, что неудобно. Значит, рынок сбыта точно будет: придворные редко экономят на своем комфорте.

Больше никому усесться Энгеларт не предложил: Фиот Рохар стоял у него за спиной, мы с Гертом — перед ним. Спасибо хоть, опускаться на одно колено не требовалось, очень неудобная была бы поза для беседы.

Хотя так-то даже неплохо, что мы стояли, а не сидели. В драку вступать проще.

О делах мы сразу не заговорили. Сперва император вежливо поинтересовался, как дела в нашей Школе, скоро ли я сам рассчитываю получить высший ранг и какова вероятность, что кто-то другой в ближайшее время также станет мастером.

— Благодарю ваше священное величество за внимание! — поклонился я. — Мы надеемся, что в ближайшие несколько лет получим двух или трех молодых мастеров! — я имел в виду Тейла Якри, который уже, похоже, был на грани, и Лелу Он. Остальные подмастерья пока не дотягивали. — Увы, я не такой талантливый боец, каким был мой отец, или мой двоюродный брат до постигшего его несчастья. Если бы не помощь святого предка, я бы, вероятно, взял первый ранг только сейчас. Мой уровень внутренней энергии растет медленно, и я не рассчитываю на высший ранг еще лет пять или семь — по меньшей мере.