Сергей Плотников – Плюшевый: кулак (страница 41)

Ого. Она специально его дразнит, что ли? И… это серьезно была она — та самая женщина, которая мутила с дедом? В принципе, возраст подходит.

Между прочим, еще один минус к моим поискам: у нее есть память здешнего прошлого. Можно было сразу по этому параметру исключать: женщина без памяти не смогла бы изображать главу Школы в условиях вечной войны всех против всех!

Но все-таки попробуем проверить рубашкой при случае. Кто его знает. Вдруг Сорафия Боней вела сверхподробный дневник, и Алёна, попав в ее тело, первым делом с ним ознакомилась?

Орис не отреагировал на легкую подначку, ответил любезно:

— Очень похож, мастер Боней, я и сам это заметил.

— Теперь главное, чтобы он внимательнее относился к своим ранениям, чем покойный господин Коннах, да будет удачен его путь среди звезд. Прошу вас, юноша, не расстраивайте своих родителей! — она вновь обернулась ко мне и говорила таким серьезным и сочувственным тоном, как будто ей и в самом деле было не все равно.

— Он не может нас расстроить, — сказал Орис. — Лис сегодня показал исключительный класс! Так разобраться с двумя противниками намного сильнее и старше его!

Голос отца действительно так и распирало от гордости и свирепой радости. Я внутренне устало закатил глаза — эх ты, дуболом ты эдакий, ты хоть понял, что твоего любимого сына только что чуть не перекатало? Однако вслух сказал:

— Спасибо, папа! Я уже думаю о том, как мне стать еще сильнее!

А вот тут Орис меня удивил:

— Не раньше, чем когда полностью выздоровеешь! Мой отец — достойнейший пример для подражания, но не в этом случае.

А, так дед мало того что умер от заражения крови, так еще и в больном состоянии вставал и куда-то бежал?

— Конечно, папа! — согласился я.

И сразу обратился к Сорафии Боней:

— Госпожа, я вижу по вам, что вы — очень сильный мастер. Может быть, вы посоветуете мне, как быстрее расти как боец?

Говоря так, я намеренно подставлялся под шутку — мол, вам, молодой человек, мой способ не годится, и этакое подмигивание. Но больше рассчитывал на честный ответ. Такие шутки в адрес девятилетнего пацана не вписывались в образ, а в то, что там действительно какой-то сугубо «женский» или даже сугубо тантрический способ, я не верил. Не может быть, что она достигла такого результата, прокачивая одни лишь мышцы влагалища!

И не ошибся.

— Охотно, — серьезным тоном проговорила госпожа Боней, — если мастер Коннах не будет возражать, что я вмешиваюсь в процесс обучения его наследника…

— Нисколько, — заверил Орис. — Мы на Пути Дуба не пренебрегаем советами тех, кто способен совершить то, что совершили вы.

Положительно, его как подменили!

Что же такого удивительного сотворила Глава Цапли?

Или он в принципе вот так более адекватно ведет себя в обществе себе подобных — на высоком уровне? Или все еще проще: выслушать чужой совет из вежливости — не значит его использовать, и Орис отлично понимает разницу.

— Тогда замечу, что вы, юный четвероранговый, и так продвинулись очень далеко для своего возраста, — госпожа Боней снова посмотрела на меня, и глядела очень внимательно, будто рентгеном просвечивала. — Подробности о состоянии вашего организма вам, должно быть, уже рассказал мастер Иэррей. Я же хочу только сказать, что чрезмерно быстрое движение по Пути может как привести к вершинам, так и заставить пропустить важные этапы, без которых вершины в итоге окажутся недостижимы. Так что если хотите заложить прочный фундамент, необходимо как можно более гармонично, с учетом выбранного стиля вашей школы, развивать как можно больше групп мышц, даже те, которые менее типичны для Пути Дуба. Пусть не направляя в них энергию, чтобы не зафиксировать каналы ее распространения. Тогда вы добьетесь того, что ваша внутренняя энергия будет, с одной стороны, расти быстро, с другой — меньше вреда наносить вашему телу.

— Спасибо, госпожа, — сказал я. — Я запомню.

— Это очень простой принцип, — ласково улыбнулась Боней. — Молодому человеку с вашим интеллектом не составит труда приложить его к повседневным занятиям. А если хотите получить совет по конкретным планам тренировок, то обращайтесь. Какое-то время мы еще вместе будем пользоваться гостеприимством любезного графа Флитлина.

— Если мне будет позволено сказать, — вдруг произнес лекарь Иэррей, — самое время достать акупунктурные иглы и дать моему пациенту отдохнуть.

— Да-да, конечно! — воскликнула Тильда. — Делайте, что необходимо.

Иэррей принялся за дело. При доставании иглы также не ощущались, но вот после того, как он их извлек, у меня резко начинало ныть все тело. В боку и плече проснулась тупая тянущая боль от синяков, ступня заболела довольно сильно — где-то пять из десяти по моей личной шкале. (Той самой, которую Алёна называла «шкала мазохиста»: «От твоей тройки любой нормальный человек рыдает и катается по земле!» Впрочем, тело Лиса менее тренировано, так что, надо думать, на самом деле боль слабее.)

То, что болевые ощущения проявились только сейчас, — магия, да и только! Тем более, что в моем мире иглоукалывание практически не работает за пределами эффекта плацебо — а этот эффект на меня подействовать не мог, потому что я находился без сознания в момент установки игл. Правда, Иэррей упомянул, что иглы «заряженные». И, поскольку в этом мире «внутренняя энергия» — вполне себе объективная реальность, возможно, они действительно корректируют ее потоки.

Интересно, это годится только для снятия боли или для лечения более серьезных заболеваний тоже подходит? Хотя бы у людей с высоким уровнем внутренней энергии?

— Как теперь ваше самочувствие? — спросил Иэррей. — Где болит сильнее всего?

Я добросовестно перечислил.

— Ожидаемо, — кивнул лекарь. — Оставлю вам немного готового отвара для снятия боли, но от него клонит в сон. В дальнейшем…

— Я буду варить сама, — вызвалась Тильда, — оставьте мне, пожалуйста, рецепт.

— Разумеется, госпожа Коннах. Давать не более трех дней, но самые острые проявления должны уже завершиться к тому времени.

— А можно мне теперь сесть? — спросил я.

Очень надоело лежать — толком не видно даже лиц людей, с которыми разговариваешь.

— Да, конечно, — кивнул Иэррей, помогая мне усесться повыше и поудобнее.

Так боль в ноге немного усилилась, зато комната приняла более привычный ракурс… И я заодно увидел, что моя рубашка висит на стуле рядом с кроватью, причем висит спиной вперед. То есть вышивка «Школа Дуба» видна явно и отчетливо для всех желающих! Сорафия Боней не могла бы ее пропустить, если бы была Алёной.

Что ж, ожидаемо.

После этого лекарь и его покровительница вышли. С ними, конечно, была такова и рыженькая, так за это время ни слова и не сказавшая. В общем-то, понятно, почему: не ее уровень.

Едва они вышли за дверь, как Орис опять меня удивил. Он бросился ко мне, упал на колени возле кровати, схватил мою руку, по очереди прижал ее к своему лбу и глазам, а потом поцеловал. Ого.

Это, видимо, вместо медвежьих объятий?

И он все это время сдерживался?

Хм, а с чего я, собственно, решил, что Орис не умеет владеть собой и хитрить? В этом мире иначе просто не выжить. Просто его навыки не так хороши, как у Тильды и Фиена.

— Сын! — в голосе главы Школы Дуба звучали сдавленные слезы, на лицо его страшно было смотреть, так его перекосило. — Сын, ты молодец! Я так горжусь тобой! Но больше так не делай! Никогда так не делай! Зачем ты согласился на поединок с сумасшедшим отступником⁈ Ты не должен был продолжать драться с ним честно, когда он выпил пилюли!

Не должен был? А этот момент мы с Фиеном не обсуждали… Я думал, если уж поединок чести начат, то ничто не может его поколебать.

— Пап… извини… я не хотел, чтобы ты так волновался…

— В том-то и дело, что я не волновался! — взревел Орис. — Я понятия не имел! Я разговаривал с Великим мастером Олером, а этот малохольный Тарин не посмел меня дергать! Не посмел!

Великий Мастер Олер? А он откуда взялся? Как я мог пропустить Великого Мастера среди гостей? Нет, точно уверен, что его не было: я же прощупывал весь бальный зал на предмет чужой внутренней энергии, Орис и Боней были самыми сильными, после них — главы делегаций от остальных Школ! Возможно, Великий Мастер появился как раз тогда, когда мы вышли из зала?

— Я чуть было не пропустил, как тебя убивают! — продолжал убиваться Орис. — Я не знаю, чем я так разгневал святого предка и бога-покровителя, но… — тут он застонал и ткнулся лбом в кровать, после чего глухо сказал оттуда: — Не надо так, сын! Не надо! Пока я жив — тебе не нужно принимать на себя все бои!

Тильда тихо подошла, села на кровать рядом с нами и положила руку на плечо Орису.

— Самое плохое, — хмуро сказала она, — что я тоже была занята. Моя матушка… в общем, она пожелала обсудить со мною свое здоровье. Она настоятельно убеждала меня самой обратиться к лекарю Иэррею! И в результате меня даже не было в пиршественном зале…

Хм, а я и не заметил, что Тильда куда-то отлучилась, потому что не следил за ней, уделяя внимание только бойцам. Ошибка.

— Ты думаешь, мам, что это специально? — спросил я. — Что это все было спланировано?

— Исключено! — рявкнул Орис. — Великий Мастер Олер явился внезапно, никто не знал о том, что он прибудет!

— Согласна, — произнесла Тильда. — Великий Мастер Олер не стал бы участвовать в заговоре с целью убить наследника Коннахов — он ведь наш родич. Да и просто честный человек. И уж тем более в таком заговоре не стала бы участвовать моя мать! Да, между нами нет особой любви, но она очень сильно печется о чести рода Флитлинов… — Тильда вздохнула. — Тебе, Орис, все-таки очень повезло с матушкой. Так жаль, что ее больше нет с нами!