Сергей Плотников – Плюшевый: кулак (страница 33)
— Что за чудо-лекарь? — сделал я стойку.
А вдруг…
— Оиянц, как мастер-лекарь Коон, — объяснил Дир. — Только молодой еще. И… я в этом плохо разбираюсь, но, похоже, он из какой-то тамошней аристократической семьи. Одежда очень дорогая, манеры лучше даже, чем у самого графа.
— И при этом лекарь? — недоверчиво спросил я.
Мне уже было известно, что, хотя к лекарям относились уважительно, их социальный статус все же был куда ниже аристократов. Карьера целителя для детей графа точно была бы закрыта! Да и такого, как я, родители бы не подпустили к врачеванию и на пушечный выстрел.
— Удивительно, но да, — чуть улыбнулся Дир. — Ходили слухи, что он вылечил графиню Флитлин, она чем-то тяжело болела… И как-то умудрился утрясти пограничный конфликт между Флитлином и Уориком. Не то, боюсь, нас могла бы полечь половина!
— А как он выглядит? — продолжал допрашивать я.
— Я видел его только издали. Сложная прическа. Длинная одежда, как положено. Кожа синяя, конечно. Довольно высокий, но изящный, как девушка.
…А не могла ли это и быть девушка? Возможно, в маскировке.
Этого я у Дира не спросил. Спросил другое:
— Ты не знаешь, этот чудо-лекарь будет на балу у Флитлина?
— Будет, — кивнул Дир. — Я слышал, как это обсуждали. Мастеру-наставнику он зачем-то нужен.
Что ж, вот и проверим. Уж как-нибудь найду повод к нему приблизиться, пусть рассмотрит вышивку хорошенько. Я совершенно не сомневаюсь: навыки и знания Алёны, даже в этом мире, без доступа к нормальным лекарствам и инструментам, вполне завоевали бы ей репутацию чудо-лекаря!
Даже при том, что к моменту нашего отбытия Алёна уже больше двадцати лет не практиковала как врач.
Тут же я приказал себе не испытывать лишнего энтузиазма — хотя мои чувства были как минимум смешанными. Очень удачно окажется, если этот лекарь действительно моя жена: такой союзник станет очень ценным, и я верну себе как минимум друга — понятное дело, что, даже если это женщина в маскировке, о возобновлении наших отношений пока не может быть и речи в силу моего возраста. А если мужчина, то тем более.
И в любом случае, шанс обнаружить ее сейчас очень и очень низок.
Удалось немного взять пульс под контроль, хотя я со всей неизбежностью понял: дорогу на бал нельзя будет назвать спокойной! Как бы только из-за этого отвлекающего фактора не пропустить что-нибудь действительно важного — например, засаду на Коннахов.
Я спросил Дира прямо:
— Как ты думаешь, каковы шансы, что Коннахов заманивают туда, чтобы уничтожить всей семьей?
Дир поглядел на меня с очень странным выражением лица.
— Все же у вас очень интересные мысли, юный господин…
— Какая жизнь, такие и мысли, — холодно сказал я. — Мой отец так и не нашел предателя, который пропустил сюда учеников Ворона. Я — так и не нашел того, кто натравил на меня деревенских увальней! Так как твоя оценка?
— Я всего лишь ученик второго ранга! Все это выше моего уровня! — открестился Дир. — Но… вы думаете, что граф Флитлин пожертвует своей дочерью? И внуком, если уж на то пошло?
Я пожал плечами.
— У графа три дочери, как-никак.
Дир ничего мне на это не ответил.
Подумав, я поговорил с матерью, напрямую озвучив ей то же самое.
Тильда, в отличие от Дира, не была удивлена моей мрачностью.
— Хотела бы я сказать, что отец не пойдет на такое, — произнесла она, задумчиво потирая верхнюю губу. — Вот только его светлостью тоже могли сыграть втемную. Кроме того, там засветилась Школа Цапли — а они известные интриганы.
— Школа Цапли? — переспросил я. Знакомое название, где-то оно уже всплывало.
— Городская школа из Тверна, — пояснила Тильда. Тверн — это название ближайшего города. — Редкостно нечистоплотная даже для городских школ! Детали тебе пока не нужны, но… скажем так, благодаря уникальному навыку женщины в этой школе сражаются наравне с мужчинами — но не на поле боя. Они умеют добывать особенно секретную информацию и шантажируют других. Полгода назад, я слышала, они доигрались — чуть ли не всю их верхушку вырезали. Но у них новая глава, и она, говорят, весьма энергично взялась за возрождение Школы.
Новая глава? Женщина? Полгода назад? Нет, я появился здесь четыре месяца назад… Впрочем, сроки могут плавать — Тильда могла ошибиться, тем более она пересказывает слухи. Надо обратить на эту новую главу внимание. Надо же, я еще не добрался до бала, а уже две потенциальные кандидатуры!
И… я ведь правильно понял мамин намек, так? Орис тоже что-то такое упоминал — мол, что деда не свалила даже «шлюха из Школы Цапли». Они что, используют техники внутренней энергии для особенно крышесносного секса, чтобы добывать из мужчин компромат? Забавно, если так. Интересные были бы… союзницы.
— Что там делают представители городской школы? — спросил я у мамы.
— Из письма твоего отца я не очень поняла, он излагал довольно сумбурно, — Тильда покачала головой. — Подмастерья тоже ясности не добавили. А Эймина, который мог бы рассказать подробнее, Орис оставил при себе — и хорошо, ему там нужен совет… — она закусила губу. — В общем, приедем — увидим.
— Может быть, тогда оставить Герта дома? — предложил я. — Скажем, что он внезапно заболел. Все-таки какая-никакая страховка.
Матушка поглядела на меня с интересом.
— Мне приходило это в голову, — тихо сказала она. — Только в отношении тебя.
— Нет уж, — возразил я твердо. — Оставим меня — и это будет нарочито. Твой отец может обидеться.
Кроме того, чем больше я узнаю об этом бале, тем больше понимаю, что мне нужно там быть. Мне все равно придется брать под контроль весь этот регион — и чем раньше я познакомлюсь с действующими в нем силами, тем лучше.
— Поэтому и отказалась от этой мысли, — согласилась Тильда. — Но оставить Герта… Да, это может быть… — она о чем-то подумала. — Но теперь он расстроится и обидится, бедняга! Он так ждал этого бала!
— Пусть обижается, — твердо сказал я. — Скажем ему, как есть. Он уже не так мал, должен понять.
— Герт на полгода старше тебя! — засмеялась Тильда, взъерошив мне волосы.
Надо же. Как-то мне пока эта информация не попадалась.
А она, между прочим, ставит точку на полуоформленных мыслях о том, что у Коннахов могут быть скелеты в шкафах насчет происхождения детей: если Герт старше, то Орис никогда бы не одобрил измену жены с братом ради рождения наследника — вот же уже наследник, готовый! (Ну, полуготовый; во время беременности они не знали, кто родится, однако никакого смысла спешить не было бы.) А если бы Тильда изменила сама, за спиной мужа, то устранила бы
В общем, в итоге Герту мы объявили, что он не едет. Герт расстроился — и еще сильнее расстроился, когда мы объяснили ему, почему.
— Но если на вас нападут, я должен быть там и защитить вас! — воскликнул он.
— Никто не защитит нас лучше Ориса, — покачала головой Тильда. — Но убить могут любого, даже самого сильного. Самое важное — чтобы жил род Коннахов и жила Школа. Даже в самом худшем случае вы с Фиеном сможете возродить все, если найдете тебе хорошую жену. Кстати говоря, я давно уже подготовила список кандидаток для вас с Лисом, не удивляйся. Оставлю его у Фиена вместе с инструкциями на крайний случай.
Герт сморщился.
— Жениться… фу-у… — пробормотал он. — Это же целоваться придется!..
Тильда улыбнулась.
— Это еще не скоро, милый! Лет через пять-шесть, не раньше. А может даже, семь или восемь, как сложатся обстоятельства.
Тут она обернулась ко мне и добавила лукаво:
— Тебя, Лис, это тоже касается.
Я расстроенно вздохнул — на радость матери.
Нет, сам факт, что придется изменять жене, меня волновал не чрезмерно. От брака в феодально-аграрном обществе не отмашешься, так что это проходит по разряду вынужденных обстоятельств. По сравнению с тем, что я творил всю жизнь, измена жене — сущая мелочь… хотя конкретно этот грех совершать пока не доводилось. Отнюдь не заслуга моего благочестия и твердости характера, просто повезло: ни разу не потребовалось узнавать информацию или устранять препятствия таким образом.
Однако жениться, даже по местному языческому обряду, — это не только и не столько переспать. Это взять на себя ответственность за женщину и совместных детей. Мягко говоря, потенциальный конфликт интересов. Не говоря уже о том, что противоречит клятве, которую я принес перед лицом Создателя.
Ладно, подумаю об этой проблеме, когда она встанет остро.
Поездка до вотчины графа Флитлина мало отличалась от нашей «инспекционной поездки» по владениям. С той только разницей, что с нами ехала матушка, а значит — больше слуг, больше возков и… больше удобств на стоянках, потому что слуги везли с собой массу всего, от постельного белья до хорошего деревянного корыта, в котором могли купаться матушка и я.
Между прочим, никаких постоялых дворов нам на пути не встретились. Обычно в каждой деревне имелось два-три дома побогаче, как я заметил раньше, и в каком-нибудь из этих домов нас приглашали на постой — причем хозяева всякий раз шли ночевать куда-то еще. Показатель, что торговые связи в этой провинции в зачаточном состоянии. Где же, интересно, останавливаются купеческие караваны?