Сергей Плотников – Паутина Света. Книга 3 (страница 83)

— Я вижу, вы поладили почти по-семейному? — Амакава протянул «дамам» по бокалу, третий оставил себе. — Выглядишь на одиннадцать из десяти, Хитсуги-тян! Я вижу, Хироэ, ты показала всё, на что ты способна?

— О, сейчас уже бесполезно скрывать мой гениальный талант, — улыбнулась стриженная. — Хи-тян профи выше меня на голову, и результат уже видела на наших дамах. Мне осталось только немного продемонстрировать, как этого можно добиться.

— Тогда прошу! Давайте присоединимся к другим нашим друзьям, — глава шестого клана галантно указал в сторону компашки из Михаила, Соры и Хонды, что-то увлечённо рассказывающих Шимомуро Ю. Впрочем, Якоин отлично видела, что Момочи продолжает контролировать обстановку — и не пропустила появления Якоин в зале. — Поболтаем как следует! И так редко собираемся. Последнее дело узнавать некоторые новости из вторых рук.

— Кухихи! — рассмеялась тихонько Хитсуги, и, не выдержав, тихо «приложила» собеседника. — Ну и жук же ты, Юто-кун!

— Не жук-олень, я надеюсь? — притворно испугался мальчишка.

— Нет, конечно же. Ты — майский жук![31] Кухихи!

Интерлюдия 22

Англия, БМА. 25 декабря 2008 года

Алекс Малькольм, Куэс Джингуджи, Риана Тернер

— Что-то они сегодня разошлись, — Александр Малькольм увидел, как очередной преподаватель поднимается со своего места за «учительским» столом, дабы толкнуть тост, то есть, простите, сделать рождественское поздравление. — Тут что, каждый год такая тягомотина?

— А по-моему, очень даже мило… консервативно так. С налётом старины, как и вся наша Академия. — Риана Тернер, сидящая за столом справа от парня, кажется, искренне развлекалась: ну как же, пять перемен блюд, и все вкусные! Правда и потом будет шведский стол, но это уже немного другое. В актовом зале сейчас происходило почти священное (по крайней мере — освящённое традициями) событие — Рождественский Праздничный Ужин (все слова с большой буквы!). Зал, по сути, актовым был несколько условно — и вообще, он значился на плане как обеденный (Хогвардс!). Впрочем, и другие старые замки традиционно имели схожую планировку — место там было втиснуть только один главный зал, на все случаи жизни. Да, Академия, строго говоря, уже давно не замок — классический английский колледж, с жилыми корпусами, отдельной столовой (с тремя залами!), даже собственные магазины есть — но сейчас, когда больше половины студентов разъехались по домам, старый главный зал старого главного корпуса (где и лабораторий не осталось, одни кабинеты преподавателей и архив) гостеприимно открывал двери для всех: студентов, их наставников, даже собак (!!) пускали. Сейчас поджарые здоровенные псины возлежали под некоторыми столами, вызывая у кого приступы «у-сю-сю», а у кого — откровенное опасение. Маги, блин, мышей не боитесь?

Столь консервативное мероприятие, как ни странно, отличалось изрядным демократизмом: не только все в одном помещении, но и праздничный пунш — для всех. Правда, совсем уж мелкотню отслеживали — им наливали «почти без градусов», и отправляли спать после часа посиделок, а вот для тех, кто старше одиннадцати, были, что называется, открыты все пути: пей, сколько влезет. Между прочим, по старому кодексу, которой никто не удосужился отменить, в случае осады ученики с двенадцати лет должны были вставать на те самые, отсутствующие, стены. Или пойти в ополчение и участвовать в боях под руководством своего классного или (если есть) научного руководителя. Интересно, подписываясь под без малого книжкой кодекса Правил Академии, их хоть половина удосужилась просмотреть? Ну хотя бы по диагонали? А ведь там есть статьи про холодное оружие, и про личную лошадь, содержать которую каждый учащийся обязался…

— У нас дома так же «мило», — прервал размышления слегка расплывшейся мыслью по древу Рианы сын «Шотландского Барона». — Такой же общий зал (только поменьше, и прислуга вместо учеников), такая же Праздничная Индейка (Боже, с каким пафосом произносит это название повар, ты бы слышала!), такие же тягомотные речи… мне, к слову, тоже приходится каждый год говорить. Насилу отвертелся — и тут тоже самое! Я-то думал, хоть здесь повеселее будет!

На последних словах взгляд Алекса непроизвольно дернулся в сторону соседнего стола: там, совершенно в одиночестве (в смысле, рядом с ней сидели незнакомые ученики и ученицы с курса выше) неторопливо, с каменным выражением лица, ужинала Куэс Джингуджи. Тернер ощутила легкий укол… нет, не ревности — для этого нужно быть хотя бы влюблённой. Так, неудовольствия… и скорее на себя — этот баран, то есть барон (баронет, если правильно), никак не желал понять «от ворот поворот», что дала ему младшая Джингуджи…

Из Японии после летних каникул «принцесса» вернулась, как это ни банально звучит, совершенно другим человеком. Уезжала самоуверенная импульсивная девчонка, в голове которой сразу после магии шла Любовь Всей Жизни, а вернулась… Столкнувшись с ней в библиотеке за несколько дней до начала занятий, Риана чуть не отпрянула в сторону: молодая наследница клана… работала. Несколько справочников, раскрытый ноутбук, заглянув на экран которого рыжая ведьмочка углядела знакомые иконки: защищённого соединения и зашифрованного трукриптом диска. Оу! Что-то определённо произошло!

— Удачно съездила? — Риана устроилась напротив, набрав своеобычную подборку исторических хроник: а вот это уже была её работа.

— Ты даже не представляешь, насколько! — мрачная ирония в словах довольно прямолинейной и импульсивной Джингуджи была столь не характерна, что Ри аж сбилась при выписывании очередного интересного события.

— Что, любовь не оправдала ожиданий? — хмыкнула донельзя заинтригованная девушка. Да, у неё есть Цель и План, как этой цели добиться… но рыжая ведьмочка оставалась четырнадцатилетней девчонкой, а сплетни… ну, ей же любопытно — это, можно сказать, профессиональное!

— Это я не оправдала ожиданий! — резко и зло рубанула воздух ладонью «Луна».

— Эм… плохой секс? — осторожно уточнила Тернер. — Так ты не переживай, у ме… у всех сначала фигня выходит. Психологи даже название специальное придумали… эм, Куэс?

Японка отняла ладони от лица, и стало понятно, что она пытается не заржать во весь голос — в библиотеке это было явно не к месту.

— До секса… скажем так, не дошло, — кое-как успокоившись, выдавила из себя Джингуджи.

— Говорят, ваши парни, в смысле — японцы, они такие… ужасно нерешительные. Могут всю жизнь смотреть воловьими глазами, и не подойти… — осторожно стала проверять «лёд» Тернер: парадоксальная реакция на такой вопрос выбила ведьмочку из колеи.

— Нерешительность — это точно не про моего жениха! Я получила этому крайне наглядное подтверждение… и получу ещё не раз, думаю, — вторую фразу Куэс произнесла заметно тише и явно самой себе.

— Эм… он тебе что, изменил? — вообще-то, для двенадцатилетнего обыкновенного японского школьника это был явный перебор, но нормальные предположения у Рианы кончились.

«Принцесса» как-то странно фыркнула, и с не менее странной интонацией ответила.

— Нет, изменой это… тоже назвать нельзя.

— Это?

— Забей. Наши, чудовищно мной любимые, «древние традиции», чтоб им пусто было.

— Я совсем запуталась, — самокритично призналась рыжая. Она открыла рот, чтобы задать ещё один наводящий вопрос… и закрыла. Взгляд. Взгляд «лучшей подруги». Оценивающий, этакий циничный: «ну давай, скажи ещё что-нибудь. А то у меня не хватает данных для твоего анализа.» Чёрт! Риана поспешно «закрылась» — расслабилась она на местном укропе, летом ей в её компании все в рот смотрели, это тут она… совсем не королева! Проклятье, куда дели её дуру-Куэс, которой было так легко манипулировать (в известных пределах, конечно, но мы не гордые, нам и этого хватит)?! Неужели этот её жених-неудачник, чей клан, вроде бы, разогнали, так вправил ей мозги?! Или мамочка-Джингуджи наконец вспомнила, что надо готовить себе смену и преподала пару уроков? Чёрт, чёрт, чёрт, а ведь она уже построила часть своих планов на возможности манипуляции мнением и действиями лучшей подруги! Придётся переделывать…

— Если тебя интересует именно секс, — химэ клана-корпорации внимательно вглядывалась в лицо своей «подруги», — то секс у нас чуть не случился. Помешали внешние обстоятельства.

«Как кость собаке бросила!» — даже прям восхитилась Тернер. Первая оторопь у неё прошла, и теперь рыжая экспериментаторша почувствовала немалый азарт: с этой, «новой», Куэс ей требовалось срочно налаживать «мосты»: чем-чем, а хорошим расположением будущего архимага и наследницей нехилого международного бизнеса «разбрасываться» не стоило!..

Чем бы таким ни были заняты мысли Джингуджи, «ушла в себя» она достаточно глубоко, чтобы не заметить, даже если на неё будет пялиться половина зала. И уж точно два взгляда из-за соседнего стола ей были что слону дробинка.

— Эй! — легонько подтолкнула «рыцаря печального образа» локтем в бок Риана. — Я не знаю, ребята, что у вас там такое случилось, но это вовсе не повод скорбно пялится на нашу «принцессу» вместо того, чтобы есть. Или у тебя Печальная Первая Безответная Любовь?

Тернер последние слова практически прошептала в ухо Малькольму, заставив того ощутимо вздрогнуть.

— Ри! Нет…

— Не первая? — нарочито притворно, на редкость комично раскрыла глаза «в удивлении» глаза девушка. — Ну ты ловелас, дружище! А какая? Вторая? Или — не может быть! — третья?!