Сергей Плотников – Паутина Света. Книга 3 (страница 76)

Фотоальбом был на ноутбуке — но матриарх даже не сделала движения его открыть. Зачем? Профессиональная память волшебницы, способной работать без подсказок со сложнейшими трёхмерными мана-структурами «влёт» сама оперативно «показала» своей владелице нужное — причем «в 3D», так, как она сама когда-то видела всё собственными глазами… Вот вопящий младенец на пелёнках — и тёплое, совершенно незнакомое чувство в груди: Мерухи никогда не была сильно эмоциональным человеком. Эмоции может позволить себе водитель трактора, а не глава огромного клана! Вот нянечка, удерживая за руку (низко склонившись для этого) ведёт забавно косолапившую Куэс за руку. Вот огромные глазищи, сияющие отблесками неземного света — и мерцающая искра, порхающая над выставленной ладонью ребёнка. Вот она отчитывает зарёванную и одновременно забавно-сердитую трёхлетнюю кроху за то, что та свалила с тренировки, чтобы пожаловаться на слишком строгого наставника. Кисти рук все в точках и пятнах «внутренних ожогов» — запертая в организме магия в очередной раз пыталась вырваться этой ночью. И её, Мерухи, строгий голос: лучше испортить дочери настроение, чем обнаружить однажды утром в детской маленький раздутый труп: клановый врач вчера показал ей снимки детей с синдромом реакции белков на тепловой шок. Вся в ссадинах, лежащая на земле малютка в кимоно — и огромные, не по-детски серьёзные глаза на пол-лица. За дочерью возвышается куча дымящегося мяса — динамическое лезвие с переменной скоростью контура — страшная штука: демона буквально разорвало! Да, Мерухи была зла на тварь, что украла ребёнка от самой границы клановой территории. «Я слабая, да?» — Голос Куэс тонок и тих, приходится встать на колени, чтобы расслышать, пока врач быстро и аккуратно проверяет тело дочери на переломы. «Ты станешь сильнее» — а что ещё можно было сказать? Семилетняя Куэс удивлённо смотрит по сторонам — «и это всё?». «Всё, девочка.» — Генноске Амакава щурится, отчего его глаза собирают целую паутину морщинок-лучиков по всему лицу. — «Теперь ты совершенно здорова. Попробуй!» ВЖЖУХ! — Язык пламени срывается с ладони ребёнка и испепеляет ближайший куст камелии — от корней до кончиков листьев, в один миг — только пепел опадает. «Не больно… Мама, не больно!» Чуть ли не последний раз, когда её назвали «мама». «Госпожа», «матриарх», «мать» — этикет младшей химэ вдолбили крепко… в том числе и она сама. Проклятые Амакава!

Она помнила этот день чуть ли не по минутам — день, когда она излечила… и потеряла навсегда свою дочь. Но ни тогда, ни потом не получилось разобраться, что же сделал «дедушка Ген» с наследницей в своей лаборатории. Никаких следов операций, никаких инородных включений — в пору и впрямь поверить, что её тело само собой стало пропускать на порядок больше маны. Доступная экспертиза показывала, что она продолжает видеть перед собой того же самого человека… с чужой аурой потенциального архимага! Однако кровь, забранная в пробирку, не демонстрировала никаких уникальных свойств — ее должно было запечь в жилах от любого из тех магических ударов, что демонстрировала абитуриентка, готовящаяся поехать в Британию. Однако, всё оставалось в норме — Куэс не умирала, поражая заклятиями неподвижные и подвижные цели на клановой «арене». Проигрывая себе старой в контроле энергии… и компенсируя это вполне себе «взрослым» энергонаполнением заклятий. А эксперты клана разводили руками — и выдумывали всякие бредовые версии, вроде прямого пространственного канала маны из источника прямо в ауру. Всё-таки отсутствие классической магической научной школы в Японии — настоящий бич кланов Круга. Но — никто не желает делиться «секретами»: мол, тысячу лет выезжали на сродстве магии и кеккей генкая — и будем продолжать. Идиоты!

Куэс наверняка заметила, что обычно холодная мать стала ещё более холодна с ней — но причин не понимала. Знать бы самой эти «причины»… Странное условие на брак — с невнятным предсказанием проблем в будущем: немного не то, что Мерухи ожидала от старого затворника Генноске. Деньги, связи, влияние за рубежом — всё это для слишком молодо для своего возраста выглядящего патриарха пусть карликового, но гордого магического семейства оказалось ничего не значащей шелухой. Как будто действительно пожалел ребёнка и помог «за так»! Только немного сомневался в результатах процедур, вот и «подвинул» внука на брак: мол, присмотрит и поправит потом дедушку, если что не так. А потом клан внезапно «вымер».

Если бы не аномальная смена ауры — и не странное поведение крови — возможно, Мерухи и рискнула бы доверить дочери свой пост в будущем… но только не теперь. Фактически, превращённая в «живой амулет» (если верить в достоверность описаний способностей Амакава, которые удалось найти), дочь больше не могла быть надёжным наследником идей и мнений своей матери — кто знает, что у неё в мозгах «переключил» тот, кто может заставить даже аякаси повиноваться своей воле. Правда, кроме чрезвычайно сильной детской привязанности к своему «наречённому» «Ю-тяяяну» (которую два независимых психолога признали вполне нормальной для такого «обучения» в нежном возрасте, когда на километры вокруг ни одного сверстника!), «принцесса» других тревожных симптомов не обнаруживала… пока. Иногда, изредка, матери казалось, что она сама себя совершенно напрасно накрутила, что вот она — её дочь, и незачем в очередной раз изображать холодную бездушную стерву… Но — клан, это её долг и её дитя. А Куэс… Куэс предстояло стать матерью наследника (лучше — наследницы) как только подойдёт возраст. Ну, или, в худшем случае, умереть: не так стара была сама Мерухи, чтобы испытать проблемы со вторыми родами. Но пока сохранялась надежда на ребёнка от (как ни крути!) архимага — она будет гнать от себя мысли о смерти собственного чада… и, закрыв глаза, будет посылать на очередное задание. В конце концов, не даром же она настояла на подготовке из дочери боевика-одиночки вместо «настоящей» принцессы? Политика, экономика, финансы, управление персоналом — всё это было заменено на ежечасные занятия. Всё время каникул. Каждый год — включая последний, когда пошла уже полноценная практика. Куэс в одиночку «вынесла» больше демонов, чем половина Кагамимори. Утритесь! Пусть ей пришлось фактически отобрать у себя самой ребёнка… но она всё ещё могла им гордиться! А что касается Амакава…

Мерухи открыла СРМ-систему клана, выбрала «отчёты»-«итоговые» и в «прочем» быстро отыскала нужную позицию.

Юто Амакава

Возраст: 12 лет 7 месяцев.

Социальный статус: Учащийся.

Социальный индекс: +++ (благонадёжный гражданин, участвует в работе госучреждения).

Место учёбы: Младшая школа Торью, Политехнический университет Такамии (внештатный слушатель, в рамках соцкурса работы с перспективными учениками).

Место работы: Социальный Комитет (отдел статистики) (гражданская добровольческая помощь в рамках учебного процесса) (одобрено дир. рег. офиса Коуджи С.).

Статус проживания: Собственный дом, от родителей. Один (проверка не проводилась), гражданская помощь соседей (инф. соц. ком. — устарела на 6 месяцев. Нет доступа к базе данных!).

Статус социальной активности: Внешнее наблюдение — активен, всегда в окружении сверстников.

Статус магического манипулирования: Отсутствует (не выявлено в ходе наблюдения).

Подробнее: [Ознакомиться с отчётами полевого агента клана (Алан З.)] [Информационная подборка по успеваемости и деятельности в школе] [Банковские платежи по подконтрольным счетам (опёка)]

Мерухи было двинула стрелку мыши к «подробнее», но передумала и закрыла СРМ. Вот ещё — тратить время на сироту с заблокированной магией. Она в очередной раз мимолётно попыталась вспомнить, где ещё мелькала фамилия Коуджи, но быстро забила: мужик оказался на диво проворен, захапав под «крыло» организации заблокированного, но всё равно «рабочего» наследника древнего клана. Хороший такой ход, если печать действительно «отключится» в шестнадцать лет: впрочем, Комитет мог себе позволить «тянуть» далеко не одного «потенциального» мага — он так создавался… Тсучимикадо будут просто счастливы узнать, что один из кланов Круга фактически завербован «параллельной» госструктурой, да ещё и с остатками влияния Джингуджи. Можно будет потом, при желании, парочку изящных интриг прокрутить, пока Тсучи Амакава не прожуют — главное, чтобы они по своим каналам случайно не узнали про «подработку» раньше времени. До двенадцатого года про Юто-куна можно смело забыть — или, по крайней мере, до тех пор, пока в очередной раз сентиментальность по дочери не накатит… Ксо! Старею, что ли?!

Мерухи встала, внимательно оглядела своё лицо в зеркале от пола до потолка… и изящно уселась назад. Папка. Финансы. Отчёты. Работать! Клан ждать не будет!

30

— А это не слишком?

— «Предсказание судьбы»? Ну, учитывая, что это, как минимум, третья подобная вывеска… И, потом, неужели ты думаешь, что посетители принимают это всерьёз?

— Ну, судя по тому, что это уже третий посетитель за час — думаю, да!

Через стекло-витрину маленького скорее даже бара, чем ресторанчика, оформленного в китайском стиле, обсуждаемый салон видно было, как на ладони — вот же он буквально напротив, через улицу. Впрочем, учитывая, что фасады двухэтажных домиков, составляющих этакий «арбат», были по большей части метров шесть от силы, «напротив» оказывалась куча разнокалиберных заведений: и классический «рамен-фуд» с разрезным навесом и высокими табуретками прямо напротив стойки-стола, где посетители имели сомнительное удовольствие есть буквально на улице, и «китайский традиционный домашний театр теней», завлекающий посетителей «живой музыкой» и «только свечным освещением», и даже «подпольная арена петушиных боёв» — ей-ей, вывеска так и гласила, дословно! Надо сказать, что улица три месяца назад была намного более скучной: просто дорога между двумя заборами, хоть она и шла к пассажирским причалам пресноводного порта. А потом, по нашему соглашению с отцом Харухи, в город пришли суровые татуированные парни из Челяб… из Такасима — и «строительная компания Такамии» в темпе отстроила им это. В целом, улица была стилизована под китайский квартал — всякие там драконы, большие бумажные фонари, кое-где роспись в традиционном стиле. Более того, Тахара Хирано, вакагашира Такасима (а теперь — и Такамии), движимый желанием добиться большей аутентичности, где-то достал «настоящих китайцев»… ну, по крайней мере, тайцы точно были самые что ни на есть подлинные. В смысле, те, кто делает «тайский массаж»: ну просто очень популярный сервис, если судить по суете на крыльце соответствующего заведения, чей фасад с красными бумажными фонариками был хорошо виден в конце улицы…