Сергей Плотников – Паутина Света. Книга 3 (страница 25)

— Эй, ты! — тот самый бугай, что обращался к кумигасира, одним движением вырвал тонкий опорный столб ближайшего павильона и угрожающе попёр на Ринко. — Ты чё творишь! Да за шефа я тя…

… в этот раз удары Шимомуро хотя бы разглядела. Она в первый раз видела исполнение боевой техники (пусть с боккеном, а не с «настоящим» мечом) не в тренировке, и не в спортивном поединке, напоминающем танец, а вот так, «взаправду». Хлесть! Хруст! Без «характерного свиста» меч встречается с плечом врага… и тот, взвыв дурным голосом, роняет шест. Другой рукой дёргается к чему-то за поясом… Тык! И огромный, метр восемьдесят, мужик, весом под сто кило, с хриплым стоном рушится на траву. И Ю с ужасом видит, как пятящиеся от такого противоестественного зрелища остальные бандиты лезут за ножами, а ещё один вытаскивает пистолет. В этот момент Ю, дрожащей рукой наводящая цилиндр скорчера на вооружённого огнестрелом противника, успела передумать огромную кучу мыслей… именно кучу — как компоста, что мать раскидывает по клумбам весной:

…надо было «пошмалять» по мишеням хотя бы раз пять — может, целиться бы научилась…

…регулятор мощности на ⅓, хватит на три «молнии»…

…жаль, что она не догадалась взять фотоаппарат, а для маленькой камеры сотового слишком темно…

…треть максимума — гарантировано на поражение! Они просто умрут…

… Кузаки, ты ДУРА!!!..

— СТОЙТЕ!

А? Что? Это же не она кричала? Или она? И почему все смотрят тогда не на…

С большим трудом сев на траву, кумигасира Исаяма опять повторил:

— Стойте. Она в своём праве — бой был честным. Позор мне, что я вас сразу не узнал — вы совсем по-другому выглядите в этих одеждах… Кузаки Ринко-сама!

Эпизод 2. Часть 7

Место: Япония, Такамия. 07.07.08, в районе 00.05

— Вап-Вап! — сигнал предупреждения резанул по ушам — звук «новая незарегистрированная сигнатура» Дофу и Ю специально подбирали как можно более резким и «пробирающим»: мало ли на что оператор отвлечётся… Фугурума глянула на показания оперативного монитора и поднесла к губам тангенту транковой рации:

— Это база, группе 1. Сигнал — 3, максимум — В или плюс, квадрат 48. Движение линейное, на север. Как принято?

— Это единица! 48, 3, В или плюс. Выдвигаемся!

— Верно движемся, мелкий?

— Да, вон то здание у набережной… склады начинаются на четыреста метров правее!

— Что за склады?

— Без разницы, лишь бы горело! — наблюдателю при прыжках приходилось удерживать одной рукой бинокль, который он не догадался заранее убрать в рюкзак.

— Не волнуйся, не подведу. У меня горит всё! Просто, вдруг загорится что-нибудь не то? — фонарь, уже имеющий печальный опыт в «что-нибудь не то», решил переспросить ещё раз.

— Без разницы! На Такамию заявил свои права Отряд? За базар пусть сами отвечают! Чем сильнее горит, тем будет заметнее. Никогда бы не подумал, что это скажу, — демон оттолкнулся от очередного конька крыши, — но чёртовы правительственные амулеты для Комитета! Придётся сделать так, чтобы они своими глазами увидели!

— То, что увидят, я гарантирую. И, это. Ты сказал, я услышал! Потом «сгорело не то» на меня не валить!

— Кузаки-сама! Можно взять у вас автограф?

— Кузаки-сама! Как вы в финале того придурка из Канадзавы уделали!

— Кузаки-сама! Вы так «зажгли». Мы уж думали — опять чёртовы столичники все места в финале забьют, наших всех ещё в Нагоя отсеяли! А вы их — раз, раз! — здоровенный молодой парень изобразил рукой проведённый финт, едва не заехав ещё бОльшему «шкафчику», обе руки которого были фиксированы плотно примотанными к плечам импровизированными шинами из обломков опорного столба.

— Да уж. Удар у девочки поставлен что надо, — пострадавший катагири, несмотря на явно нешуточную боль добродушно улыбнулся. Правда, переведя взгляд на сенсея додзё, идущего рядом с кумигасира, улыбаться сразу прекратил и заметно поёжился. — Неудивительно, при таком-то учителе!

Плечо, грудь и пострадавшую область — ключицу — Исаяма покрывала плотная повязка: как ни торопилась вызванная Шимомуро «команда поддержки», аякаси прихватили с собой «полевую аптечку». И «бригадир» ещё легко отделался: Ринко в последний момент «удержала» удар, не завершив классическое ката «подтягиванием» клинка к себе — иначе простым переломом со смещением могло и не обойтись. Кроме того, ударная волна, распространяющаяся от места поражения, вызвала гидродинамический сердечный шок — и хорошо, что сердце командира боевой группы «быков» оказалось с достаточным «запасом прочности». Как между делом просветил своего визави Тэнгу (он возглавил вызванную Ю группу), если бы один из острых краёв скола кости пропорол бы артерию, то работника силовой структуры якудза скорее всего было бы уже не спасти. Группу гокудо сопрово… да ладно, отбросим политесы: группу гокудо вели под конвоем трое учеников Разящего, а сам Ворон ненавязчиво обрабатывал «полевого командира» — без всякой магии, просто поддерживая «ничего не значащий разговор». Впрочем, рядовые кёдай вообще ничего кроме своей «звезды» не замечали — Ринко оказалась в центре внимания, которое ей было совершенно непривычно, и она не совсем понимала, как себя вести. Сама Ю держалась рядом с Разящим — и прислушивалась к разговору, который с каждой фразой становился всё интереснее и интереснее:

— Я, конечно, не вакагашира, чтобы говорить наверняка, но вы же понимаете, Тен-доно: школа такого уровня, как ваша, она не может возникнуть «из ниоткуда»? Обычно все такие заведения «чьи-то» — кланов, корпораций или, простите, гокудо. Просто так наложилось, я думаю: сначала «звоночек» о вашей школе, потом девушка-дебютант выигрывает «бронзу» на «Национальном Любительском»…

— И вас послали «пощупать»…

— Ну, не так грубо! Мы со всей вежливостью должны были попытаться наладить контакт… что начало было такое — моя вина, и я несу за недоразумение полную ответственность…

— Не надо принижать себя, Исаяма-сан, мне прекрасно известны «особые» приказания в якудза — и как они доводятся до подчинённых. К вам у меня претензий никаких, а вот к вашему руководству есть вопросы… у моего господина. Боюсь, мне придётся попросить вас принять моё гостеприимство на время, пока все вопросы не будут улажены. Могу сказать, мои ученики прекрасно обучены оказывать помощь при подобных вашему ранениях.

— О, нисколько не сомневаюсь. И ещё раз прошу простить меня — я никак не желал задеть ваш уважаемый малый клан.

— Малый? — глаза Тэнгу подозрительно сверкнули. — О, нет. Вижу, руководство ваше не потрудилось собрать информацию о составе фамилий вне городской верхушки. Признаться, раньше гокудо работало… более чутко!

— Мы, похоже, первые, Дайоске-доно!

— Меня это не сильно удивляет… и завязывай с «доно», приятель! Вот выслужусь в заместители оябуна — тогда будешь лебезить!

— Конечно, Дайоске-доно!

— Ками… за что мне это…

— Кумигасира! — встревоженный вопль другого подчинённого разом напряг лениво расположившуюся у борта банду. — Там ещё горит! Сильно горит!

— Где?! — бывший инженер взбежал по трапу из трюма и бросился к борту речного судна. — Проклятье! Это же почти у центра! Там наших не должно быть! Проклятье! Проклятье!!!

— Что-то плохое случилось, командир? — выбиравшиеся один за другим из трюма катагири несмело толпились за спиной у почему-то взбешенного начальства.

— Не знаю. Ксо! Не знаю! — Дайоске вытащил телефон и теперь быстро вбивал номер. — Может, просто совпадение… Только я не верю в такие совпадения!

Наконец, на том конце «линии» ему ответили и «сержант» чётко отрапортовал:

— Командир! Множественные возгорания вдоль набережной в трёх километрах севернее! Нет, точно не мы… Нет, мы предельно аккуратно, да и ветер в другую сторону! Да! Нет! Я думаю? Я думаю, это большая жирная жопа! Нас подставили!

— Думаю, спрашивать, хотят ли они поселиться в «особой зоне Такамия», будет бессмысленно, — весело ухмыльнулась Гинко, мощным толчком «всех четырёх» буквально выстреливая собой через широкий проспект. Прямо по курсу перед четвёркой «патруля» неспешно вставали в ночное небо огненные столбы — один, потом второй…

Даже если бы дежурные спали (запрещено инструкцией!), даже если бы жалюзи были закрыты «на полную», и несмотря на гремевшую в большом помещении музыку (там находилось всего два человека… можно и оттянутся, раз уж коллег на работе, хех, нет!) вспыхнувший ближе, чем в полукилометре от здания, и сразу до уровня верхних этажей факел чадного оранжево-красного пламени, перевитого дымом, всё равно привлёк бы внимание — хотя бы мощным шлепком разбегающегося воздуха по стёклам фасада, звонкая дрожь которых на мгновение перекрыла «зарубы» «хэви металл» группы. Не сговариваясь, оба «комитетчика» бросились к окнам…. чтобы воочию наблюдать второй огненный всплеск — и очередной поднимающийся исполинский язык огня.

— …близко!

— …согласился второй, хватая служебный телефон. Музыка замолчала на полуноте.

— Алло! МЧС? Тут у нас п…ц!!! Склады горят!

— Слушай… — второй маг пытался разглядеть что-то за забором складского комплекса — территория была сейчас освещена предельно ярко. — Там, по-моему, кто-то есть…

— Ты чего! Ни один отморозок в такое пекло не полезет… или уже сдох бы!

— Если только он…

— …человек, — закончил второй.

Оба мага, не сговариваясь, применили «мистический взгляд»: одно из немногих «внутренних» — то есть применимых под «диссипаторами» — заклятий, в обязательном порядке необходимых работнику СоцКома.