Сергей Плотников – Паутина Света. Книга 3 (страница 22)

— В отличии от тебя, мне домашнее животное светит только тогда, когда я съеду от родителей. Знаешь, как я мечтала о коте или попугайчике? А мне даже рыбок и тех не разрешили… — вздохнула «вечная староста», поправляя очки. — И потом, должна же я была проследить, все ли правильно сдали документы в школы? В конце концов, заботиться о вассалах — это ли не обязанность… кхм, старшей жены?

— Это вместо рыбок, что ли, «кхм, старшая жена»?

— Сама такая!

— Эм… уела, уела.

— Так-то! — наставительно подняла указательный палец Ю. — Не спорь с Ю-сама. Слушай Ю-сама, она плохого не посоветует!

— Да уж! А кто на математике мне подсказал неправильно теорему подобия треугольников?

— Упс! Ну бывает, бывает! Не могу же я помнить всё? Ты теперь до старости мне будешь этим поминать?

— Пфррр! Я уверена, ты мне предоставишь ещё массу возможностей!

— Злобная, злобная Ринко! И кого я только веду в опустевший родительский дом на чизкейк и домашний лимонад?..

— Чизкейк? Ты сказала «чизкейк»?

— Ох, Ринко. Тебя так просто подкупить? Тебе пора учиться навыкам закулисной борьбы — иначе твоё место подле нашего господина будет занято более пронырливыми…

— Ю! Прекрати нести чушь с таким серьёзным видом!!! Тем более, что с местом уже… не всё нормально…

Резко растерявшая всё веселье Кузаки отвернулась — наверняка сейчас кляла себя на все лады, что позволила эмоциям прорваться в словах. Шимомуро немного помедлила — она совершенно не представляла, что в таких случаях надо говорить…

— Эм. Ринко. Прости, что надавила на «больное место»…

— Да что уж там. Сделать-то всё равно ничего нельзя.

— Мне казалось, что ты обрадовалась ребёнку… — осторожно уточнила подруга мечницы. — Да и Юто устроил это всё не специально. Раз уж так получилось — что переживать?

— Что переживать? Да ничего такого, просто теперь Юто каждую ночь спит с ней!

— Ну да… и что?

— И что?!

— Именно. «И что?» — пожала плечами Шимомуро. — Или ты хотела бы оказаться на её месте?

— А?! — Ринко, внезапно оказавшаяся поставленной перед таким вопросом, оказалась не готова отвечать и мучительно покраснела. — Я?! С Юто?! Сейчас?!

— А я вот думаю через годик попробовать, — глубокомысленно кивнула своим размышлениям Ю. — В инете говорят, что с тринадцати уже нормально… да и Юто к тому моменту уже чему-нибудь научится… по крайней мере, должен.

— Ю?! — Ринко была близка к тому, чтобы провалиться сквозь землю от стыда. — Ты что такое несёшь?! Как у тебя вообще язык поворачивается говорить такое бесстыдство вслух?!

— Почему бесстыдство-то? — даже обиделась девочка. — Мы с тобой, между прочим, жёны одного мужа, всё равно, что сёстры, даже ближе! С кем мне ещё такое обсуждать? И потом, тебе это сейчас нужнее, чем мне.

— Мне?! — теперь реакция Кузаки была близка к панике. — Я… я так не могу!

— Тогда не дуйся на Юто, пусть он сбрасывает напряжение, как может. В любом случае пусть лучше так, пока мы ещё в недееспособном состоянии…

Школа и техники обучения Тэнгу не даром прошли шлифовку в течение сотен лет: от всплеска эмоций и выброшенных в кровь гормонов Ринко, что называется, «потеряла голову»… и её организм, на чистых, вбитых в подсознание тренировками с Учителем Воинов, рефлексах начал проделывать дыхательную гимнастику: два коротких вдоха — пауза, два коротких выдоха — пауза, два коротких…

— Ю! — как только возможность говорить, не задыхаясь от эмоций, вернулась к Ринко, она ей тут же воспользовалась. — Ты хоть понимаешь, что всё это: брак, ребёнок, наши отношения — это всё по-настоящему, это не игра? Это не твоя любимая визуалка-«гаремник», не история из манги, даже не чей-то занимательный рассказ — это всё сейчас происходит с нами! И ты об этом так спокойно говоришь!

Шимомуро открыла рот, пытаясь вставить хоть слово в тираду, потом закрыла. Когда Кузаки, наконец, выдохлась, она ещё некоторое время помолчала, потом заговорила тихо и серьёзно:

— Может быть, ты и права… Я действительно повелась на всю эту мишуру — демонов, магию, возможность прикоснуться к неведомому ранее миру. Я когда-то пыталась представить, каково оно — быть магом «по-настоящему», каким бы был «Хогвардс», если бы я взаправду получила оттуда письмо? Ведь в книгах много вымысла, условностей. Превращать крысу в кубок, хе! Да узнай любой европейский политик про такой урок в школе — это был бы последний день их директора на его должности! Я… много думала, представляла, ведь в реальности должно быть интереснее, логичнее и жёстче. Но, вытянув «счастливый билет», я и не представляла, что будет настолько жёстко! Да, признаю, я пошла за Амакава из любопытства: как же, «таинственный принц», маг, и у нас в школе?! Я не могла такое пропустить — тем более, Юто не требовал за «пропуск в свой мир» ничего взамен. И я влезла туда с ногами и головой — хотя и понимала, что «за просто так» ничего не бывает. И вот, наконец, озвучили цену: не за «остаться в мире чудес», заметь, а за «играть там хоть какую-то значимую роль». И эта цена, вообще-то, довольно небольшая: немного секса, родить ребёнка, не предавать. Это всё. Ками, да на таких условиях я бы и за обычного мужчину вышла замуж! Любовь, говоришь? Только не тогда, когда тебе под тридцатник, а мозгов в голове слишком много, чтобы компенсировать внешней миловидностью. Я прошлой весной, на каникулах, от нечего делать смотрела телевизор: ситкомы, ток-шоу, просто фильмы — всё подряд. И случайно наткнулась на историю такой женщины. Послушала, посмотрела… и меня как молнией ударило — вот оно, моё будущее! Красивая, сильная, успешная (в себе я не сомневаюсь) — и одинокая. Папа мог позволить себе маму, для которой место расположения пальмочки в доме — самая большая мировая проблема на свете: ведь её не может решить даже умница-муж! А я не смогу жить с мужчиной, который тупее меня!

Ю постепенно «заводилась», голос звучал громче и увереннее. Она как будто выплёскивала всё, что накопилось у неё на душе.

— Да, я не люблю Юто… по крайней мере не люблю так, как ты, Кузаки. И нечего краснеть — я в отличие… я не слепая дура, чтобы этого не видеть! Не знаю, что вас такого связывает, что тебя так колбасит от одного присутствия Агехи… я не буду в это лезть. Но я точно знаю — мне Амакава нравится! Мне хорошо с ним, интересно с ним говорить и делать клановые дела. Возможно, я просто не понимаю, что такое «настоящая любовь», возможно, я однажды увижу кого-нибудь и «потеряю голову», как полная дура. Ну что ж, тогда я пойду к Амакава и скажу: «Извини Юто, я хочу быть с другим». И знаешь, что он мне скажет? «Хорошо, Ю. Мне очень жаль, что так произошло… и мне придётся заблокировать некоторые твои воспоминания, которые могут нанести вред клану, но — ты свободный человек, я уважаю твой выбор». Вот так он скажет… только надеюсь, такого никогда не случится.

— Надеешься? — после паузы переспросила Ринко.

— Надеюсь. Впрочем, если у меня достанет дури в голове отказаться от мужа, который обеспечивает меня «зарплатой» в сотню тысяч йен за то, что мне и так нравится делать, так мне и надо!

— Говоришь, прям как Хироэ, — передёрнула плечами мечница и переложила боккен под другую руку…

— До Хироэ мне далеко… — усмехнулась «вечная староста». — Она-то в себе не сомневается. И деньги ей не нужны — ей нужен сам Юто, пусть даже и в «совместном пользовании». Там такая страсть — мама не горюй!

— С чего ты взяла?! — Ринко затормозила так резко, что Ю чуть не врезалась в неё. — У этой стриженной одни манипуляции на уме! Она без этого даже спать не ложится, я уверена!

— Вот-вот! — Ю победно поглядела на подругу. — Именно так. И все вокруг в этом уверены. А наш Юто умудрился разглядеть за всей этой «крутизной» женщину, саму Канаме. Помнишь, она рассказывала о своей семье, про мать и отца? Только вот Амакава на два порядка круче — он в курсе «игры», сам в ней участвует, а в ней всё равно видит человека. За Хироэ можешь даже не волноваться — она своё место подле мужа определила и сделает всё, что возможно, чтобы дела у Юто, не дай Ками, не пошли прахом. Только в отличие от тебя, она клан Амакава от лидера Амакава не отделяет… ну, ты слышала. И только потому мы находимся под её защитой: мы часть клана в её понимании. Её семья. Иногда это немного пугает… но лучше уж так.

— Только немного пугает?

— Да, немного. Потому что пугать, вообще-то, должно не это. Мы сейчас находимся на самом верху «семейной корпорации», и ответственность от каждого нашего шага всё увеличивается: вот где нужно бояться накосячить! Месяцев десять назад все наши собрания можно было бы посчитать игрой — не так уж они и влияли на что-то… а теперь, допустим, я скажу: «нам нужен собственный Интернет-провайдер»… и Котегава его нам купит. Вот так, просто. Не рассуждая, не задавая вопросов — как с этой больницей было. Так что не знаю, как ты — а я искренне уговариваю свой организм влюбиться именно в Юто. Ну где ещё я получу такие стартовые условия? Ценят, любят, доверяют, деньги дают… организм, не подкачай! Я верю в тебя! — последние фразы Ю проговорила немного иронично, рисуясь и картинно обхватив себя руками.

— Всё равно, — упрямо и насуплено проговорила Кузаки. — Деньги, вещи, ответственность — это всё не то. Если нет чувств, то какая может быть семья? А я даже не знаю, что он ко мне чувствует! Относится, как ко всем…