Сергей Плотников – Новый мир (страница 44)

Айруни, впрочем, я увидел в саду через первую же попавшуюся по пути бойницу: та медитировала по фруктовым деревцем, прислонившись к нему спиной. Вполне возможно, проверяла мой вчерашний рассказ о грибах. А вот еще пятеро… так и дрыхли вповалку в моей спальне! Во дают. Я ведь, скажем так, вовсе не пытался их, гм, заездить. Наоборот, старался быть аккуратным и нежным… когда это нужно было. Минотаврица вот наоборот недвусмысленно мне показала, что хочет пожестче. И получила по полной. Дриада, кстати, так и осталась загадкой. До секса у нас дошло (прямо под цветком в горшке), но… такое впечатление, что у самой зелёненькой процесс не пробудил особых ощущений. С этим еще придется разбираться. Но потом. А сейчас…

Каких-либо слуг в замке не было — тут реальность не разошлась с игрой. Уж не знаю, к сожалению ли, или к счастью. Зато на конюшне все же нашлась единственная лошадь — та самая, на которой я прибыл сюда в «Безграничности» в последний раз. Мои благоверные, очевидно, справлялись бытовыми вопросам сами. Я, пользуясь случаем, заглянул в их комнаты — благо, никто не запер, уходя. Паучиха, судя по тому, что я увидел, активно ткала и шила вообще в любой свободный момент: единственной деталью, не относящейся так или иначе к работе, были длинный лук и колчан со стрелами. На туле, кстати, красовалась вышивка «Л’ане Без-роду на память от сестер». Ну да, темноэльфийское имя: по лору игры, после интеграции в государство дроу у дорогумо своей культуры не осталось. Хотя какая там культура у племен?

Еще одним боевиком закономерно оказалась минотавр. Двуручник, больше похожий на лом с гардой, боевой молот на длинной рукоятке, свисающая кольцами цепь с тяжелой «утренней звездой» на одном конце — вот что стояло в грубой стойке для оружия. Металл, из которого это все сделали, обработали очень грубо — остались следы ковки, рядом с оружием того же Перегрина просто стыдно положить. Про магические свойства даже заикаться явно не стоило. А вот стеганый кожаный комплект доспехов разительно отличался: кто-то очень постарался придать варварской броне не только прочность, но и удобство с эстетикой.

Комната, заваленная хорошо выделанными шкурами и мехами вместо нормальной кровати определенно принадлежала оборотню. Её имя я помнил: Танцующая-с-Листьями. Если бы не вешалка с парой платьев (третье так и осталось на полу моей спальни), и не сказать, что тут кто-то на постоянку живет — личных вещей нет совсем. С другой стороны, зачем они охотнице и следопыту в логове, куда она только спать, скорее всего, и возвращается, что-то кроме удобной лежки? Ведь и оружие всегда при себе, и броня по требованию нарастает.

У альруне никакой комнаты не оказалось вообще, хотя формально она у неё была. И когда я готовил дриаду к заселению, там даже пришлось оформить зимний сад, создавая «логово». Теперь же горшки с зеленью расползлись по всем помещениям с окнами, и по некоторым — без, а вместо потенциальной девочки устроили кухонную кладовку. Я на пробу развязал один из аккуратно составленных рядами мешков и мешочков и сразу же наткнулся на кофе. А что, удобно. Ну и не в подвале же устраивать склад для круп, где и не так сухо, и вообще место под более скоропортящиеся продукты — ледник. Который я тоже не заложил изначально, к слову сказать. Ну, раз я так удачно зашел — время заняться своей утренней задумкой.

В подвал с ледником мне тоже пришлось наведаться. А еще — натаскать дров. В «Бесконечности» были кухонные плиты и плитки для полевой готовки, работающие на мане, но не думаю, что сейчас хоть один такой артефакт использовался по назначению. И вообще использовался. Ну, разве что при дворе какого-нибудь небедного короля и для особо эксклюзивных блюд. С дровяной же плитой у меня может и возникили бы проблемы, но только в случае готовки порции на человека-двух. А когда объем кофе не то, что приближается к ведерному, а прямо в ведре и варится.

Так что я знай себе подкидывал полешки, держа максимальный жар. Блины тоже получились отменные — с хлебом (в формате лепешки) и отдельной печью для него я уже не рискнул связываться. Еще меня до последнего не оставляли сомнения в количестве взятого мяса, но тем-то и хороша шаурма (в данном случае — блинурма), что содержимое начинки может колебаться в широких пределах. И готовится достаточно просто и быстро, и испортить сложно, если хоть немного опыта есть. И пахнет уже готовая так, что и мёртвого поднимет! После секса наутро всегда особенно хочется жрать. Ну а кофе в постель вообще классика же. Правда, до последней я добраться не успел.

— Еда! — ну, кто б сомневался в тебе, Танцующая.

Между прочем, накинуть платье волкодевушка (или все-таки собакодевушка?) не забыла. В отличии от минотаврихи, прицокавшей копытами в чем мать родила.

— М-м-м…

Секунд двадцать мне пришлось потратить, преодолевая «магию» огромных, манящих, с набухшими сосками… Чудовищным усилием разорвав зрительный контакт, сумел-таки налить ей кофе. А вот оборотня, пустившую слюну и шепчущую «молочко-о-о-о!» пришлось ущипнуть за ухо. Кстати… я только сейчас подумал: а откуда у нас тут сыр? Я правильно понимаю, что? Ух, не знал, что осознание и этого факта может только сильнее возбуждать!

Гарпия, тоже не забывшая одеться, проигнорировала протянутую мною кружку и взялась за половник. Пара цепких пальцев на сгибе крыла, не могла полноценно заменить руку, но в бытовых вопросах разобраться помогала. С поварежкой, во всяком случае, она справилась ловко. И р-раз, и два, и…

— Это что за питье такое… горячее?!

— Кофе называется, — я протянул ей воду в глиняном кувшине. — Ты не в курсе, что у вас в кладовой лежат?

— Буль-буль-буль. Этим Шона и Лана обычно занимаются, — без интереса протянула она, не забыв рассеянно подхватить и откусить блинурму.

Так, Лана понятно кто, а Шона — это ламия. У них не просто племена, а целая самобытная народность — из-за чего мне пришлось тогда делать дурацкий квест с козой. Имена игроделы почему-то стилизовали под японские: Шона Широхэби, то есть Шона из рода Белых Змей.

— Дорогой, нужно было всего лишь меня разбудить, я бы все сделала! — на кухню подтянулась дорогумо, и я тут же понял, что остальные платья не «надели», а «небрежно спросонья натянули».

Паучиха еще и передник где-то раздобыть успела.

— Право слово, не стоило труда, мой господин… — она тем временем подхватила еще одну завёртку с общего блюда и осторожно надкусила. — Ой. Это же… вкусно?!

Тем временем лошадиная — или коровья? — доза кофе подействовала на минотавра. Она душераздерающе зевнула, в глазах появился осмысленность… и тут же опаска, стоило ей заметить Лану. Впрочем, рогатая быстро успокоилась, поняв, что на неё не обращают внимание.

— Я бы не стал готовить, если бы не был уверен в результа… — гарпия вдруг подпрыгнула, и, подняв ветер крыльями, буквально унеслась в коридор, где тут же хлопнула дверь. — …те.

— А напиток? — абсолютно проигнорировав демарш птицы, спросила меня паукодевушка.

— Обычный кофе.

— У нас в замке нет кофе, мой господин, — с некоторым нажимом уведомила меня дорогумо.

— Взял из мешка в кладовке, благо он там жареный и молотый уже… Что?

— Из мешка в комнате Шелы? — с ледяным неестественным спокойствием переспросила она меня. Подождала. Осторожно выдохнула. — Ну, раз мы тут все не бъемся в конвульсиях, наверное, ничего страшного.

Значит, дриаду зовут Шела. М-да, как-то неловко получилось…

Поразмышлять о произошедшем казусе мне не дала Кирби. Птица вернулась, таща за собой мольберт, палитру с красками и кисти. С громким стуком утвердила свой инструмент прямо посреди кухни и начала рисовать. Судя по первыми мазкам, картна должна была называться «Сисястый минотавр за завтраком».

— Звёздочка, опять голышом расхаживаешь?! — наконец-то обратила свое внимание на соседку по гарему Лана. Интонация была такой, что у меня пропали последние сомнения, кто выдрессировал мое монстро-женское общежитие носить платья. Минотавр вздрогнула, но не двинулась с места, позируя птице. Судя по всему, по поводу служения натурой художнице в тесном и слаженном коллективе была негласная договоренность. Интересно, кофе у них, значит, нет, а вот художественные принадлежности откуда-то взялись.

— Мой господин, с добрым утр… днем! — из коридора грациозно выползла ламия. Причесанная, идеально одетая — в том числе не забыла натянуть ту самую свадебную жилетку — и с аккуратно нанесенным макияжем. Теперь уже паучиха казалась не столь нарядной и степенной. Широхэби чинно приблизилась, опустив очи долу… обняла и поцеловала. Разумеется, я ответил на поцелуй. Который получился несколько более затяжным и горячим, чем, похоже, змея рассчитывала. Во всяком случае, когда мы оторвались друг от друга, взгляд супруги, брошенный окрест, оказался не победным, как она явно рассчитывала, а ошарашенный. А я… в общем… Ну, в конце концов — они ведь все мои жены. И вчера никто не отказался от ночи любви.

И зря я думал, что нечеловеческие части тел будут отвлекать или отталкивать. Дело привычки, которая удивительно быстро появляется.

— Дорогой?! Уммф!!!

Кто не спрятался — я не виноват.

Глава 30 без правок

Женщина, у которой не так давно был секс, гораздо легче получает оргазм. Это не всегда однозначно работает, но… В общем, в этот раз я остался в окружении спящих обнаженных женщин гораздо быстрее. Может, сказалось и то, что все происходило у всех на глазах? А кое-кто оказался не против мне, так сказать, помочь. Или Танцующую безвозвратная и бесполезная трата её любимого «молочка» так взволновала? Когда она присосалась к груди Звездочки, казалось, никакая сила не сможет её оторвать. Я, конечно же, проверил это предположение на практике, и оборотень получила незабываемый опыт. А какие звуки я из неё в этот момент извлёк… Гхм. Заодно узнал домашнее имя волкоухой: «Уля».