Сергей Плотников – Новый мир (страница 36)

— Что — получится? — настороженно переспросил я.

— Отказаться идти в этот оскверненный всеми богами разом поход!!!

Такое впечатление, что гном пожмотился оплатить целителю лечение контузии, ограничившись только внешностью.

— А теперь еще раз, но четко и по существу, — продолжая держать защитный артефакт между нами, конкретизировал вопрос я. Подумал, и вежливо добавил: — Пожалуйста.

То, что оппонент грубая свинья, чуть что распускающая руки — вовсе не повод быть таким же.

— Разведка Сидиката получила информацию, что у вождей и жрецов с шаманами скверных племен будет большая совместная сходка по эту сторону гор. Какой-то масштабный ритуал, то ли религиозный, то ли магический, — на удивление, мой тон на Перегрина подействовал. — Конечно, вся эта припрется с охраной из избранных, самых лучших и преданных воинов. Потому фронтирбургский филиал развязал мошну и скупил на корню всех пристойных наемников, способных действовать сообща, не скупясь — бойня намечается та еще. Бойцов из Фаланги тоже пригласили…

— И в чем проблема? — собеседник замялся, и я его поторопил.

— Можно, я хоть дверь закрою? — Дипперстоуну явно полегчало, во всяком случае, со своей почти-паникой он совладал. — И на ноги встану? Я не буду лезть в драку… больше. Слово подгорной чести.

В игре эта клятва означала, что гном в лепешку расшибется (иногда — буквально), но обещанное выполнит. Усомниться в твердости гномьего слова там означало немедленно увести репутацию в глубокий минус: типа такое сильное оскорбление. Что-то мне подсказывает, что в реальности могут быть нюансы… ну ладно. Рискну.

— Верю, — я отступил к гостиничной кровати спиной, не глядя сел и как бы небрежно положил щит креплениями вверх. В случае чего, застегивать их было не обязательно, да и надевать сам артефакт тоже — главное, правильно сориентировать в пространстве.

— Не знаю, почему решил, что ты что-то сможешь изменить, — тяжело поднявшись, Перегрин захлопнул створку и с лязгом опустился на стул в противоположном конце комнаты. Насупился. — Аша тебя частенько вспоминала, чуть ли не каждый день. «Талик то, Талик сё…» Я себе невольно напредставлял воина и мага из тех, о которых легенды складывали, а в поезде увидел… тебя.

— Сам-то не слишком похож на достойного представителя почтенного рода строителей и архитекторов, но я ж тебя этим не попрекаю, — я, слушая обиженный монолог про себя-нехорошего окончательно убедился, что разборка с применением грубой гномьей силы не случится, и меня попустило. Даже чувство юмора, было смывшееся в тёплые края, прорезалось. Кстати, насмешка не просто ожидаемо попала в цель, а прям заставила гнома скривиться, как от зубной боли.

— Я — сам по себе, род — сам по себе, с того момента, как пошел против воли отца и деда, — неожиданно-честно признался он. — Во всяком случае, я так думал, пока вчера меня не отозвал глава гильдии и не предупредил, чтобы я не записывался на участие в походе. Мол, наследнику такого рода вовсе не следует умирать за интересы каких-то чужаков-торгашей. Пусть даже они и вынуждены будут поделиться с Анфиладами тем, что утащат с племенной сходки.

Так-та-а-ак.

— То есть цель удара не столько «обезглавливание» окрестных скверных племен для их ослабления, а по большей части банальное воровство реликвий, — подытожил услышанное я. Информация, учитывая мои собственные проблемы с наймом, выглядела вполне достоверной. Особенно если учесть заказчика акции. — Причем достаточно ценных, что гномы готовы разменять своих иноплеменных легионеров, так дорого стоящих в подготовке, на эти штуковины. Вернее, на их часть.

— Нет, моих сослуживцев как раз решили, как ты выразился, «разменять» именно на ослабление племен, — тихо ответил мне Перегрин, опустив голову и глядя в пол. — Я ведь тоже спросил у главы «какого хрена?!» Нас совсем не тому учили, чтобы товарищей… продавать. Пусть и не гномов. И он ответил. После вырезания своих верхушек все окрестные племена бросятся в погоню за отступающими убийцами сломя голову, кипя яростью и пытаясь если не вернуть свое, так отомстить немедля. Бросятся в исступлении, без всякого размышления, положившись на подавляющее численное превосходство и не пытаясь особо координироваться. Да, обычных наемников, вдобавок сильно потрепанных после первого боя они просто сметут. А вот Фаланга, которая даже не будет атаковать место проведения ритуала, успеет правильно выбрать и подготовить место для заслона. Так она станет способна перемолоть в двадцать, а то и в тридцать раз больше гнуси, чем собственная численность! Потери будут колоссальные, но земли далеко окрест надолго станут куда безопаснее. Одним махом.

— Какая прелесть… — протянул я. Мысли вихрем проносились в моей голове, в том числе и о замке. Если он стоит и не захвачен, если мои благоверные там… и внешняя угроза стемительно пойдет на убыль — местечко-то окажется очень ценным в определенном смысле активом. Укрепленная небольшая база там, где кончаются предгорья и начинаются горы, идеальный форпост для тех же гномов-шахтеров. Вот только продать его будет затруднительно… наверное. Или нет? Чёрт, ситуация меняется быстрее, чем я успеваю на неё реагировать! И я еще тут рассуждал, что новый мир такой медленный по сравнению с Землей! Хотя стоп. Еще ж ничего не произошло. — Что-то мне подсказывает, ты не имел право все это рассказывать кому-то вроде меня.

— Прямого запрета не было, а все остальное беру на себя, — сжал кулаки гном. — Только отговори Ашу, умоляю! Гильдия никого не заставляет, в поход выступят только те, кто желает сделать это сам. Не хочу, чтобы она вот так…

Я припомнил наше вагонное общение с эльфийкой, попробовал представить, как она отреагирует на сообщение о том, что будущее задание — чистой воды суицид с небольшим шансом выжить… Нет, что-то не бьётся. Подвиг во имя подвига с летальным исходом — точно не про неё.

— Что ты ей сказал?

— То же самое, что и тебе!

— И она — не поверила?

— Спросила, подтвердит ли глава гильдии мои слова, если мы к нему придем вместе. На брифинге к заданию он ничего не говорил про почти стопроцентные прогнозируемые потери…

Ну да. И не соврал, получается, только самую малость… умолчал. Чуть-чуть. Что касается Дипперстоуна, то рискнул ради Аши он неимоверно, что та, похоже, даже не поняла. За разглашение конфиденциальных сведений и предательство доверия высочайшего уровня, когда на кону судьба проекта дальнейшей экспансии всех Анфилад на много лет вперед, Пипи просто тихо удавят, и никакая фамилия не поможет. Семье предателя, впрочем, тоже наверняка прилетит.

— И когда ты отказался, она назвала тебя лжецом, трусом и еще всячески обозвала, — я не спрашивал.

— З-заявила, что я специально все это придумал, чтобы не дать её воспользоваться шансом быстро продвинуться по карьерной лестнице, а удержаться рядом с собой, — Перегрин отвел взгляд и, гм, мило покраснел. Смущение на его бородатой роже смотрелось крайне забавно. — Сказала, что только п-память о нашей дружбе не даст ей меня публично опозорить, раскрыв эту историю всем!

— И ты решил привести меня к ней, чтобы я ей сказал то же самое? Причем с твоих слов? — я не удержался и приложил ладонь лицу. — Аша после этого точно не станет молчать и действительно тебя публично обвинит. Или ты думаешь, я могу сказать ей «просто не бери этот высокооплачиваемый заказ с перспективной роста положения в гильдии, лучше вон с Пипи на свидание сходи» — и она меня послушает? С её-то упрямством, которое ей уже отслужить пять лет в этой вашей Внешней Фаланге, изначально ничего нужного не зная и не умея?!

— …Да, ты прав, — после долгой и тяжелой паузы вынужден был принять реальность гном. Он весь осунулся, разом словно постарев на много лет. — Значит, просто пойду с ней, туда. Постараюсь до последнего прикрывать собой. Меня сочтут упертым идиотом, но хоть пятно не ляжет на семью. Дипперстоунам не зазорно быть до смерти упрямыми. И никто не скажет, что я бросил друга в беде! Раз уж на большее для неё я все равно не гожусь.

Глядя, как в глазах подгорника прогорают сомнения, страхи, надежды и мечты, оставляя лишь упертое желание сделать правильно, пусть даже на этот поступок придется разменять собственную жизнь — я невольно почувствовал уважение к бородачу. На чужих ему было плевать, пусть они служили с ним плечом к плечу, но за своих он готов был пойти до конца. И пошел. Что радует, потому мы, не смотря на милую беседу, не помирились. А такого врага я предпочту видеть в могиле. Вот только не ценой Аши… хм. А что если…

Бывает, что вроде как куча разрозненных мыслей, плохо связанных между собой, вдруг в единый миг складываются в единую законченную мозаику! «Озарение» называется, в мультиках еще лампочку над головой персонажа рисуют. Наверняка каждый хоть раз в жизни такое испытывал. Вот и меня озарило.

— Перегрин Дипперстоун, я кое-что могу сделать. Если все получится, Аша останется жива и здорова, и простит тебя, а ты сам займешь хорошее место в гильдии. Может, с родными опять наладишь общение даже. Но ты мне станешь трындец как должен!

— Все, что угодно!!! Клянусь, только помоги! — когда утопающему протягивают соломинку, она ему кажется настоящим бревном. Ведь другой надежды нет. И только спустя несколько секунд, пережив эйфорию от снятия смертного приговора, мозги гнома вновь заработали. — Стоп. Ты серьезно?! Как такое вообще возможно?