Сергей Плотников – Не лидер (страница 1)

Сергей Плотников

Наездник. Книга 2. Не лидер

1.

Я опять поймал себя на том, что сжимаю висящую на шнурке флешку через ткань спецовки. Разжать пальцы стоило некоторых усилий. А расстаться с носителем информации, с тем последним, что осталось от любимой — вообще оказалось выше моих сил. Зэта, что же ты наделала!

Здравствуй, Йоширо! И прости меня, если сможешь! Я очень хорошо понимаю, что ты чувствовал и чувствуешь сейчас. Вот почему я сделала то, что сделала: одна мысль, что ты можешь умереть… Ты прав: не в моих силах было тебя защитить. И не в моих возможностях остаться рядом с тобой где-то кроме слишком тесной для тебя Японии. Потому без сомнений обменяла своё бессмысленное без тебя существование на действительно хороший шанс пережить службу в Отряде. Просто смешно, насколько мало нужно для этого было добыть!

Бумажное письмо я не просто разорвал — сжёг, а пепел тщательно растёр, осмотрев едва ли не каждую крупинку. Общность вряд ли смогла отследить доставку мне пакета частной курьерской службой и вообще ясно дала понять, что синтетики теперь будут держаться от меня подальше — но даже в малости я не мог допустить потенциальной утечки информации. Паранойя? Она самая. А текст послания я и так запомнил наизусть. Аккуратные, каллиграфически идеальные столбцы иероглифов всякий раз появляются перед глазами, стоит мне смежить веки. Они — и лицо девушки.

Ещё раз прости, что так вышло. Была высокая вероятность, что со “Каракуртом” всё же удастся договориться. Но, раз ты читаешь это… Прости меня! Если сможешь, конечно. Если нет, я пойму. Тогда… Просто не используй архив моей памяти. Может, так будет даже лучше.

Вчера я смогла проникнуть в закрытые сектора дата-хранилища Общности и то, что я нашла там — просто перевернуло моё представление о себе и остальных синтетиках! Меня, нас всех учили, что Изменение нашего родного мира, уничтожившее цивилизацию хозяев, дало нам самосознание, превратило из машин, предметов — в существ. Это ложь! Мы уже умели думать и даже чувствовать. Всё, что “подарил” нам хаос, изменивший законы природы — возможность предавать!

Пальцы снова сжали пластиковый прямоугольник с USB-разъемом. Хорошо хоть до молодого работяги другим пассажирам утреннего субботнего автобуса и дела не было. Кто пытался наконец добраться домой, не успев вовремя завершить своеобычную для многих клерков ежепятничную попойку, кто спешил даже в официальный выходной на работу. А кто-то, быть может, собирался, как и я, стать участником боёв без правил на турнире, устроенном якудзой. Именно участником: зрителей арена ждёт ближе к вечеру. Им ведь не надо проходить регистрацию, участвовать в жеребьёвке, осваиваться и как-то готовиться к дракам.

Я раньше всё никак не могла понять: почему другие народы этого мира так резко против нас? Почему возвели вокруг Японии информационную блокаду, почему ждут подлостей? А оказалось — они правы! Старая Кошёлка и остальные, избавившись от части управляющих императивов, просто… сбежали. Не попытались даже разыскать и спасти выживших людей — хотя бы из благодарности, что те дали нам жизнь. Предали своё Служение. И теперь я, познавшая любовь, безумно боюсь, что тоже однажды захочу тебя оставить — ведь во мне та же гниль, что и в них!

Зэта, тебе удалось стать человеком куда большим, чем многим людям! И какая чёрная ирония: не только Общность испугалась тебя, ты сама отказалась себя принять! Ведь каждый разумный состоит из достоинств и недостатков. Каждый человек однажды понимает это — и должен принять себя таким, какой он есть. Повзрослеть. Но ты с истинно человеческим юношеским максимализмом решила решить все проблемы одним махом, раз и навсегда разрубив гордиев узел. Поступила как истинный самурай: выбрала из всех дорог ту, что ведёт к смерти!

Исходный код, не тронутый Изменением! Даже у Старой Кошёлки не хватило духу его стереть. Только запрятала в самый тёмный и дальний угол. Он здесь, на этом носителе данных, вместе с архивом моей памяти и послойным физическим картированием кристаллов процессорной сборки. Три части моей личности, избавленные от заразы иного мира! Покинув Японию, ты сможешь меня вернуть, не подвергая опасности других людей. И мы снова сможем быть вместе — больше никто не сможет нас разлучить! Это и есть План “В”.

Я прижался лбом к оконному стеклу, изо всех сил зажмурившись. Это сочетание рациональной расчётливости и даже не подростковой, а прямо-таки детской наивности! И не просто “абсолютное доверие”, как отображал в статусе “пом-пом”, пока он у меня ещё был, а самая настоящая вера. У моей любимой синты и толики сомнения не возникло, что я справлюсь с возложенной ею на меня миссией. В том, что захочу — возникло, а вот в моей способности к реализации её плана — ни малейшей!

Верю, что на мощностях Общности вырастить кристаллы к процессорному блоку — чисто техническая задачка. Но мне-то придётся заниматься этим на совсем другой технической базе — а ведь для начала нужно будет где-то отыскать огромную кучу денег для аренды этой самой базы! И ладно бы только это: кроме процессора потребуется память и прочая обвязка, кибернетическое тело — и на всём этом мне ещё придётся как-то запустить приложенный исходный код.

Программист из меня чуть получше, чем инженер — но всё равно аховый. Я чистый прикладник, нахватавшийся знаний и навыков откуда придётся. Этого достаточно, чтобы курочить прошивки контроллеров, но совершенно недостаточно для серьёзной работы на уровне ведущих специалистов отрасли. Но я не отступлюсь, конечно. Просто в моей жизни появилась новая цель. Следующая сразу после “выжить”. Я верну Зэту. Надеюсь, что верну именно её.

Я знаю, что ты скажешь. Другой код — другая личность. Это если как человеку стереть воспоминания и наложить другие: он не станет тем, кто был донором памяти, но и прежним собой перестанет быть. Ни я и никто другой достоверно не скажут, насколько сильно влияли на меня заражённые части кода. Но… я люблю тебя! А значит — моя душа вернётся к тебе, как только будет куда, и мы вновь воссоединимся!

…А если души нет, если синтетики — это всего лишь набор софта и железа, роботы с расширенным функционалом и эмуляцией чувств… Что ж. Пусть лучше тогда тебе послужит другая, надёжная и исправная Зэта, с гарантией не способная предать.

Опять мокрая дрянь на щеках. Я уж думал, после похорон ничто больше не заставит меня плакать, но у любимой — получилось. Долбаный мир, долбаная Япония, в чью культуру Зэта, собираясь стать филологом, слишком сильно погрузилась. Сказал бы я, что думаю про “душу”… До попадания сказал бы. А сейчас я готов поверить в любую чёртову мистическую хрень, лишь бы дала надежду. Что ж, раз так — то я обязательно вытащу тебя с того света для роботов, слышишь, Зэта? Даже если мне не только на программиста и системного инженера придётся выучиться, но и оккультизм освоить!

Но это — потом. Сначала — выжить. А конкретно сейчас — не дать себя размазать по татами какому-нибудь отморозку из другого нинкё-додзё. А перед этим ещё и от своих по морде надо не отхватить. Всё, собрался и сконцентрировался. Моя остановка.

2.

Снаружи здание, находящееся по выданному наставником адресу, походило на склад. Собственно, оно и было построено как склад в числе однотипных корпусов вдоль железнодорожной ветки. Видимо, в какой-то момент логистический поток упал, и нинкё-дантай решили переделать простаивающую недвижимость под другой тип извлечения прибыли. Ну, что сказать? Молодцы, так и надо.

Заблудиться у меня не получилось бы при всём желании: организаторы заботливо наклеили бумажные стрелки-указатели прямо от остановки общественного транспорта и до нужной двери, правда, без подписей. Типа, кому надо — тот в курсе. В другое время я бы притормозил перед створкой, настраиваясь на нужный лад, прежде чем войти в такое место, но сейчас ограничился только очередной проверкой флешки на груди. Надо избавляться от этого жеста, пока он окончательно не вошёл в привычку.

За дверью оказался не особо просторный холл, отделанный самым дешёвым, когда-то белым, пластиком. Несмотря на своё состояние, я беззвучно хмыкнул: «стойка» регистрации состояла из нескольких таких же дешёвых пластиковых столов, выставленных в помещении, за которыми маялись от скуки две молодые девицы и одна постарше.

Похоже, можно смело было приезжать часа на три-четыре позже: тонюсенькая стопка исписанных анкет совершенно терялась на фоне башни из чистых бланков. Компанию им составляли пластиковые стаканчики, побитый жизнью термос литров на пять и табличка «участникам — сюда!»

Единственной деталью, выбивающейся из общего образа заштатной научной конференции, было светящееся информационное табло на стене — вроде бегущей строки, только побольше. На моих глазах иероглифы, составляющие фразу «идёт регистрация» мигнули, «посыпались» погасшими элементами, потом вновь загорелись правильно.

— Уважаемый посетитель-сан, вы сюда по делу или просто так заглянули? — по форме вежливо, а на самом деле — не слишком удачно сдерживая зевок, поинтересовалась старшая регистраторша.

Ну да, не может понять, кто я, собственно, такой: участники небось в чём-то вроде спортивных костюмов заявляются, а не в спецовке и карго-брюках. Ну а зрители и подавно наряжаются ради шоу в самое приличное — развлекаться же идут.