Сергей Плотников – Не боец (страница 3)

– Очень интересно, Йоширо-кохай! – как оказалось, строчил в своём блокноте ручкой Нагахиме ничуть не медленнее, чем говорил. При этом он успел оглядеть мою палату, зацепиться глазами за книжные полки и особенно за семитомник энциклопедии. – Вижу, интересуешься вампирами?

Так, кажется, мне прямо сейчас пытаются пришить мотив? Типа сначала убил, потом спас, потому что у меня пунктик на кровососах?! Вот хрен тебе, золотая рыбка.

– Интересуюсь всеми гражданами-гостями, – с самой честной улыбкой ответил я абсолютно правдиво. – У меня ретроградная амнезия, а скоро в школу идти, где я наверняка встречу некоторых из них.

– Похвальная предусмотрительность, – похвалил Макото и тут же переспросил: – Больше ничего интересного не можешь вспомнить?

– Прямо сейчас? – я демонстративно оглядел своё пристанище, задержав взгляд на уже отключенных, но так и не убранных капельницах. Извиняющийся тон получился очень легко: – Простите, но нет, следователь-сан.

– Ну если вспомнишь – звони сюда, – мне был вручен вырванный из блокнота листок. – И не «следователь-сан», кохай, а «Мако-семпай». Мы же уже почти коллеги!

– Эм, да? – не нашёл ничего лучше, чем переспросить я.

– Ну, – он подмигнул. – Твою медкарту мне напрочь отказались показать, а вот милая девушка в «Хиро» была столь любезна, что показала твоё личное дело. Так что даже не сомневайся: долг зовёт и тебя ждут великие дела! Эх, даже завидую тебе немного – три года как одно мгновение пролетели… Бывай, кохай! И обязательно позвони, если вспомнишь чего – это важно!

Последняя фраза долетела до меня уже из коридора, пока дверь не захлопнулась.

Я потряс головой, пытаясь сложить в одно целое впечатления от визита – и нахмурился. Впрочем, первый порыв – нажать на кнопку и растрясти Хаяте на объяснения – я придавил: если док мне не раскрыл столь важную информацию обо мне и о месте учёбы – наверное, неспроста. Выдурить что-то из врача против его воли у меня ещё ни разу не получилось, значит, не получится и в этот раз. А вот дурёха-секретарша, как мне любезно только что сообщили, подставилась: дала приватные документы кому не надо. Шестнадцатилетний сирота этим воспользоваться не смог бы, но я-то такой только внешне. Завтра… Нет, послезавтра растрясу кудрявую лахудру на информацию. Только что-то у меня заранее предчувствие, что она мне не понравится.

3

«Дружелюбный» полицейский сам не понял, какую услугу мне оказал. Прошлое нового тела, надёжно запертое в недоступной моему взору больничной карте – теперь я могу до него дотянуться. Конечно, придётся поступить не очень по-джентельменски и надавить на чрезмерно болтливую особу, но моральные угрызения я оставлю как-нибудь на потом.

Сразу скажу – у себя на родине я бы так никогда не рискнул действовать. Школьнику попытаться давить на секретаря директора своей же школы – это гарантированно испортить себе жизнь на все годы учёбы. Обиженный и приближённый к начальству сотрудник уж точно найдёт, как отомстить за попытку давления. Или просто своему прямому начальству пожалуется на потерявшего берега ученика – и директор сам займётся. Тем более, у меня не было никаких доказательств совершённого секретаршей должностного преступления – вообще. Вряд ли «Мако-семпай» сам себя оговорит, если дело дойдёт до официального разбирательства, ну а сама виновница – тем более. Слово несовершеннолетнего против слов двоих взрослых – дальше сами понимаете. Но это – у меня на родине.

Работающие женщины в Японии – самая незащищённая группа населения[8]. Конечно, я про неклановых и не имеющих высокопоставленных родственников. Но даже для дочки главы корпорации обычно потолок – стать всё той же секретаршей при папе, а потом – при муже, если тому отец передаст свою должность. Доходит до идиотизма: женщины пришлых иногда занимают «неженские» посты просто потому, что работодатели воспринимают их не как женщин, а как гайдзинов, чужаков.

Ещё один момент: в Японии не принято увольняться. Вообще. Устроился на постоянную работу? Считай, ты тут до конца жизни. Ушёл, или, не дай Ками-сама, тебя уволили? Хрена с два кто возьмёт вновь с «грязной» трудовой историей. Вот такое своеобразное наследие феодальных времён: посмел перечить господину и был изгнан или сам ушёл, не выдержав условий жизни либо ещё чего? Всё, путь только в нищие. Ну, или как вариант – в разбойники.

Сословия давно отменены, а вот менталитет во многом почти и не изменился[9]. То-то банды гокудо, низовые звенья национальной мафии-якудзы, постоянно полны и отбоя от неофитов не знают. Но и туда берут только мужиков, а вот уволенной незамужней даме придётся в регулировщики движения идти или разнорабочие, чтобы не голодать – там подневный найм и сдельная оплата (мизерная), и берут вообще всех, включая студентов и нелегальных мигрантов.

Так себе перспективка, верно? А я ведь могу завитой лахудре выписать путёвку из Хиро только в путь – достаточно отправить по инстанциям письменную жалобу о служебном нарушении. Думаете, директор будет разбираться и ждать приезда комиссии, отправленной для расследования инцидента из министерства образования? Да просто выпрет с должности – и все довольны, кроме допустившей залёт дуры: нет человека – нет и дела. Менталитет-с.

Конечно, секретарша целиком и полностью сама виновата – думать надо, что делаешь. Следователя без ордера нужно было сразу послать далеко и надолго. Впрочем, я догадываюсь, что произошло: Макото её просто-напросто очаровал. Молодой, смазливый, язык отлично подвешен – а на собачьи должности в муниципальные школы идут только те, кому выше не устроиться никак. А если женщина пришла работать – сто процентов нет мужа, приносящего домой деньги. А когда нет, но очень хочется – можно и рискнуть ради понравившегося парня. Тем более тот наверняка пообещал помочь «если будут проблемы».

Тьфу. «Мако-семпай» – та ещё сволота: взял и сдал мне своего информатора. Хотя, конечно, это мог быть расчётливый ход: типа он мне показал, что я у него под колпаком благодаря налаженным в школе контактам. Повторюсь – обычный школьник-сирота не побежал бы жалобу катать, даже если бы додумался. Не сирота мог бы родителям пожаловаться, а мне, по его мнению, оставалось только терпеть. Ну или как максимум – пойти качать права к самой секретутке. Которой следователь наверняка оставил свой телефон – как раз на этот случай.

Один звонок – и прибывает герой-весь-в-белом и… В общем, у следака из уголовной полиции есть чем школьника припугнуть – и это третий после внешности и болтовни «семпая» козырь, склонивший кудрявую к нарушению служебной и гражданской тайны. Дура только одного не поняла: не позвонит она следаку – тот про неё и не вспомнит сам. Судя по профессионально проведённому экспресс-допросу меня любимого, она у детектива Нагахаме даже не десятая такая, счёт скорее уж на сотню. Привык, собака, вести расследования на психологии. Что ж, раз так – мне осталось только устроить ситуацию, в которой завитая не станет звонить своему псевдо-покровителю.

Был в моей карьере дома даже не эпизод – целый период: пять лет на должности гендиректора не самой крупной фирмы. Ага, это параллельно работе таксистом, админом, барменом, кабель-мастером. Зарплата мизерная, зато и делать почти ничего не надо: изредка, раз в несколько месяцев, вместе с присланным человеком подъехать к нотариусу и там заверить копии документов – и всё. Разумеется, должность являлась фиктивной: просто одной компании нужно было участвовать в электронных торгах, а для более эффективного перехвата контрактов надо иметь несколько юрлиц… Ну, кто в курсе – дальше и сам знает, как оно работает.

Всё это закончилось закономерно, как я теперь понимаю: «моё» юрлицо поймали на попытке дать взятку. Я, разумеется, о том узнал постфактум, и был «приятно» удивлён. К счастью, на «моей» фирме висели те самые контракты с ещё не полученными деньгами (по факту выполняемые настоящей компанией), потому мне наняли юриста, который вёл процесс со своей стороны. В итоге пришлось несколько раз пообщаться со следователем (юрист каждый раз заранее объяснял, что говорить). Потом несколько раз съездить в суд, где выступать, к счастью, свидетелем, а не обвиняемым.

В итоге дело закрыли в нашу пользу, работодатель даже честно оплатил потраченное мною время – заработал вдвое против таксования за то же! Но впечатлений я получил более чем достаточно, потому распрощался с такой «работой», пока можно было разойтись по-хорошему. А также приобрёл некоторый практический опыт и понимание, как работает государственная машина, изнутри.

Главный вывод: пока ты мелкая сошка и никаких денег за тобой нет, а твоя проблема – рутинная, то законы и низовые чиновники работают вполне себе предсказуемо. Это если твоё государство какое-никакое, но всё-таки правовое – а Япония тут как раз такая страна. Знаешь правила игры, можешь сыграть по ним – результат у тебя в кармане: ни одна чернильная душа не подставится без серьёзной выгоды для себя. А, значит, и сделает всё в рамках закона (задницу свою бумажками прикрыть – это святое!) и так, чтобы поменьше напрячься. А вот если правил игры не знаешь – тут жди сюрпризов.

Это я всё к чему вспомнил? Заставить секретаря директора раскрыть мне подробности моего личного дела – это был обдуманный поступок, а не авантюра, придуманная от недостатка приключений. Давить на человека, заставляя что-то сделать, мне вовсе не в кайф. Вот только мне очень нужно было, чтобы кто-то объяснил те правила игры, что не были толком нигде прописаны – раз уж выяснилось, что они меня касаются напрямую. Заодно и узнаю, как так вышло: я-то за собой никаких суперспособностей не чувствую!