Сергей Плотников – Из рук врага (страница 16)

Флот – защита древнего, но до сих пор актуального торгового пути между континентами Азур и Хикк. А путь – жизнь всего побережья, чьи города заточены под перевалочные базы и торговые пункты. Континент Азур огромен, но его восточное побережье – мёртвая пустыня, переходящая в мёртвые горы, в которых есть пара оазисов, достаточно крупных, чтобы там жили горцы. „Бедуины” и Башня – по другую сторону непроходимого Хребта Песков, который к западу от него называется просто Стена. Стена запирает жар и сухость пустыни, земли с другой стороны населены, чем дальше (и ближе к противоположному побережью), тем сильнее. На севере (мы, оказывается, в южном полушарии всё это время были) хребет сходит до скалистого плоскогорья, на котором растут непроходимые джунгли – и в них Восточный Лес эльфов. Джунгли переходят в тайгу, та – в тундру и далее север материка теряется во льдах. Восточная часть северного побережья материка Азир – геологически нестабильная зона, множество вулканов и молодые неприступные горы, спускающиеся к воде и в воду. Острова-вершины обитаемы, подводный хребет обеспечивает местами стоянок и убежищами от северных штормов корабли, идущие на Хикк. Это самый короткий путь между континентами…»

– Эльфы? Ха, выдумки! Моё мнение: жили бы эльфы где-нибудь, так их можно было встретить! Не может целый народ сидеть где-то и никуда не выходить? Торговать-то надо! – гордо возвестил бывший имперец Мора по прозвищу Стерх на два тона громче, и я оторвался от записей.

Писал на русском – тайнопись тут в порядке вещей, а уж учёный-энциклопедист, даже такой, как я, и без тайнописи? Нонсенс, господа!

– Легенды и предания на пустом месте не появляются… – Бронзовокожий, обнажённый по пояс охотник экспедиции с очень непривычным моему слуху именем Гуурака Мика сообщил своё мнение так, как изрекал другие мысли: ни на кого не смотря и как бы в пустоту, спокойно и веско.

– Вот в столице есть великий учёный математик Руун Риан Рокко[4], твой соплеменник, кстати, охота. Так вот он сказал: «Всё нужно подвергать сомнению!» Как там… «теория рационального сомнения», вот! Например, ты собрался строить редут, идёшь к интенданту, а тот, каналья, не моргнув глазом сообщает тебе: нужно сто серебряных марок на доски и лес. И ты вместо того, чтобы вытряхнуть из него душу, берёшь счёты и прикидываешь: досок доверху нужно в десять рядов, а лесин для укрепления бруствера – и вовсе штук тридцать. И только после этого вытряхиваешь из него душу – р-разумно, Святая Сила, усомнившись!

– Что, и этого вашего великого Бога нужно подвергать разумному сомнению? – не удержался и поддел бывшего воина Марсо Плуг Грегори. Плуг вообще-то хлопковод, и, как я понял, довольно успешный, но шило у него в заду первостатейное: в двенадцать лет, сорвавшись из родительского дома на северных территориях империи, он в восемнадцать оказался на среднем юге эмиратов и умудрился пролезть-протиснуться среди местных, заняв большие угодия и развернув прибыльный бизнес шёлка. Тут мужику стукнуло сорок, и он вдруг сорвался, раздав землю троим сыновьям и, как я понял, оставив жену, чтобы срулить на необитаемый пока остров аж с двумя молодыми наложницами! Наверняка мы бы все ходили не выспавшимися от женских криков ночью, однако всё было предусмотрено заранее: на корабле купца Расула половой вопрос был решён кардинально – вот женская часть трюма, вот – мужская, а вот – команды. Хочешь развлечься? Вот стоянка в порту – бери свою женщину/женщин и веди в гостиницу. Или не веди – бордель по цене ненамного дороже…

– А ты это попробуй, еретик, подвергни! – ничуть не расстроился отставной служака. – Только ты ж понимаешь, Бог тебя тогда и сам того… подвергнуть сомнению может. Типа – хватит ли длины хера…

Окончание фразы потонуло в дружном гоготе на две глотки, Охотник только вежливо улыбнулся:

– А давай у нашего книжника спросим: есть эльфы или нет? Он же типа умный, должон знать!

Начинается…

– Разумная идея, сэр лейтенант запаса! – шутливо потянулся в воинском приветствии Плуг. – Эй, мастер Алессо! Рассуди наш спор!

– Вам по-книжному ответить или по существу?

Местное солнышко заглянуло под парус, и я волей-неволей переместился к компании в глубокой тени палубной надстройки вместе с листами чистой и исписанной бумаги и неудобным пером некой птицы, которое каждые две-три страницы приходилось очинять ножом. Чернильницу-непроливайку, видите ли, они изобрели, а нормальную ручку со стальным пером – нет.

– Это как это? – Похоже, отставника мой ответ выбил из колеи.

– Он спрашивает: тебе попудрить мозги надо или действительно ответ на вопрос сказать? – «перевёл» Гуурака, любуясь мелкими барашками волн, догоняющих корабль с кормы.

Н-да, лода – это вам не клипер «Катти Сарк»[5], тот парусник легко делал при схожем ветре две-три скорости волн. Правда, и команда там человек триста была. Развитый такелаж – большая площадь парусов и корпус, обводы которого немного выталкивали корабль из воды при движении вперёд, уменьшая лобовое сопротивление среды. Лучше б я знал, как они такой корпус построили или какие паруса использовали, а то толку от моего «знаю» никакого. Даже нарисовать не могу.

– Э-э-э, а что, мастер натурфилософии может так взять и сказать ответ?! – выпучил глаза Марсо. Кажется, даже не делано, действительно, от удивления.

– Но ведь лейт Мора может применить метод «Рациональное сомнение» для строительства временных укреплений, значит, это прикладное знание. А прикладное знание – это знание, с помощью которого производят конкретные действия, а не пудрят мозги. – Разговор вёлся на западном диалекте, на котором официально говорила и писала империя, но я справлялся довольно неплохо: узнав о сроках экспедиции, я попросил у Фариза репетитора и подучил речь – в счёт будущих поставок нужных субстанций, если таковые найдутся. За это пришлось постоять за прилавком артефактной лавки – её хозяин меня и учил, но это даже помогло растянуть финансы до отплытия. Кстати, до попадания особых способностей к языкам у меня не было, но животворящая швабра и ведро с нечистотами в течение почти двух лет способны привить нехилую мотивацию стать востребованным работником умственного труда! – Таким образом, получается, что в вопросах религии, где надо верить, а не думать, принцип Рокко применять просто нельзя.

– Э-э-э… простите, мастер Алессо, – переглянувшись, слегка даже поклонились мне, не вставая, спорщики. – Ваша молодость нас немного смущала… раньше. Извините!

– Нет, вы всё правильно сделали, применив «сомнительный» метод и получив вывод, – пытаясь сдержать улыбку, ответил я.

– Вывод тоже сомнительный, – отворачиваясь и скрывая недовольное выражение лица, пробурчал Охотник, но так тихо, чтобы услышал только я: офицер и крестьянин подколки не поняли.

Я оглянулся. Компания из коренных эмиратцев, собравшихся в кружок в тени второго паруса, даже не делала никакой попытки пообщаться с остальной частью экспедиции, да и их «одухотворённые» лица явно указывали, что передавали они по кругу явно не фруктовую жвачку. Что ж, кажется, круг общения в будущей колонии (если мы до неё, конечно, доплывём) определился. Нас четверо чужаков в смысле культуры и языка – будем держаться вместе. И задача на время плавания – лучше узнать друг друга. Хотя первое впечатление положительное…

– Эй, мастер Алессо! – Кажется, Плуг переварил моё высказывание и опять был готов мести языком без перерыва, как, впрочем, и Мора Рокс: делать на палубе всё равно было нечего, а в трюме – так тем более. Бедная Эль, как она там целыми днями? Надеюсь, книги, на которые я промотал уже две трети задатка, действительно такие интересные… – А что про эльфов скажешь? Бывают или нет?

– Метод сомнения универсальный: пока не увидишь живого эльфа, стоит сомневаться, – махнул я рукой, возвращаясь к рукописи.

– Э-э-э… логично, – вынужденно признал шелковод и крепко задумался.

А Мика Гуурака произнёс в пространство:

– А это был образец ответа, как пудрить мозги. После недоумённой паузы над кораблём разнёсся гогот уже из трёх глоток, и даже Охотник на этот раз не отвернулся, улыбнувшись открыто. Точно, сработаемся! В кои-то веки повезло с коллективом!

35

– … Союз сей более чем союз сердец, се клятва вассала и сюзерена перед духами земли, воды и неба! Клянешься ли ты своей душой, своим разумом и своей плотью выполнять назначенное тебе мужем твоим так, как воин исполняет волю господина своего, и защищать мужа своего так же?

– Да!

– Знай же, что клятву сию только жрец разорвать может, и в краях диких, в радости ли, в печали ли соблюдай её. То же и к мужу твоему относится, ибо обязался защищать он тебя и выполнить должен. Далее идите, осенённые духом!

– Дикари-и-и… – почти простонал Мора Рокс. – Я же адепт Великого, Единого и Светоносного Несущего Благость… И я прохожу языческий ритуал! А предупредить было нельзя?!

– Если вы адепт Единого, то для вас эти словеса ничего не значат, а вот посмотрите на девчонок, они же шаману в рот смотрят и каждое слово ловят, – так же на имперском ответил Кхазир Ал-Азазар, будущий глава купеческой фактории. – Это условия купца Расула. Мы специально набираем женщин этих племен: слово говорящего-с-духами для них закон. Кстати, получить доступ к набору даже дев отсюда – великая привилегия эмира, данная нашему господину! Потому что мужчин с Берега Духов набирают гребцами-воинами на галеры, и они никогда не нарушают клятвы воина!