Сергей Плотников – Фантастика 2025-155 (страница 355)

Золотой обруч на голове начал нагреваться. Мощь, которую он концентрировал, требовала выхода. Сейчас! Немедленно! Я помедлил секунду и сдёрнул корону с головы.

Золотой обруч я спрятал в тайник, вернул на место шкаф и минут десять сидел в раздумьях. Даже представить не могу, для чего создали такую мощную штуку. Прокладывать мосты между континентами? Или это оружие массового поражения? Но ведь короне не меньше тысячи лет! Какой безумный маг-кузнец её сделал? Вопросы, сплошные вопросы, и ни одного ответа.

В конце концов я решил не торопиться и придержать золотой обруч как козырный туз в рукаве. Пусть лежит себе спокойно, ждёт своего часа. А там придумаю что-нибудь, хорошая вещь в хозяйстве не пропадёт.

— Дела, однако.

Кто это сказал? Я?! Похоже, от мощных потоков энергий короны у меня вернулся голос. Вот, я же говорил, что корона пригодится! Можно смело идти и заниматься своими делами, больше меня никто укладывать в постель не попытается.

Я отпер кабинет, спустился на первый этаж и нашёл Марью Алексевну. Она возлежала на кушетке в гостиной, а перед ней стояли Александра и Таня.

— Милые мои, — с недовольными нотками выговаривала княгиня девушкам, — вы ведёте себя просто неприлично! Как можно оставаться наедине с холостым мужчиной и громко хохотать?

— Это не мужчина, — пискнула рыжая, — это сударь Киж.

— А он что, вдруг стал девицей?! Сударыня, вы меня поражаете!

— Мы не наедине, — несмело вставила слово Таня, — мы вдвоём с ним говорили.

— И что? Две девицы за закрытой дверью с мужчиной. Знавала я одного генерала, так он, наоборот, предпочитал, чтобы дам…

Княгиня закашлялась и зарумянилась.

— Неважно, он давно уже умер. Костя! — она заметила меня. — Как ты себя чувствуешь?

— Доброе утро, Марья Алексевна!

Подойдя к княгине, я поцеловал ей руку, а затем и девушкам.

— Ой, к тебе голос вернулся! Как замечательно. Сударыни, — она махнула веером орке и рыжей, — я вас больше не задерживаю.

Девушки сделали книксен и быстренько сбежали. Хихикнув на ходу и бросив на меня смешливые взгляды.

— Садись, Костя, не стой столбом. Про поездку не буду тебя пытать, а то снова голос сорвёшь. Письма тебе Таня отдала?

Я кивнул.

— Да, конечно. Марья Алексевна, было ещё какое-то письмо, вы мне его хотели дать до приезда Сумарокова.

Княгиня поморщилась.

— Хоть и помирилась с этим старикашкой, а всё равно — как слышу его фамилию, так во рту кисло становится. У меня даже примета есть: если он где-то появляется, обязательно сложности будут. Да-с….

Она пожевала губами.

— Не помню уже, где это письмо. Впрочем, я тебе и так скажу, невелики новости. Хлудов мне из Москвы пишет…

— Кто?

— Ванька Хлудов, купец первой гильдии. Пишет, что Голицыны продают мануфактуру замочную где-то между Муромом и Нижним Новгородом. Тридцать тысяч цена, вместе с крепостными.

— Хм…

Так-так, интересная новость. Прекрасно подтверждает письмо Ягужинской — у князя финансовые проблемы, и он распродаёт активы. Вероятно, непрофильные и наименее доходные. Полагаю, деньги мне князь будет отдавать долго и неохотно, если вообще соберётся. Для начала надо заслать туда Боброва и попробовать по-хорошему.

— …неплохой доход. Костя! Ты меня слушаешь?

— А? Простите, Марья Алексевна, задумался. Что вы сказали?

Княгиня вздохнула.

— Я говорю, может тебе присмотреться к этой мануфактуре? Хлудов пишет, что цена божеская, а дело доходное.

— Тридцать тысяч? — я прикинул в уме денежный баланс. — Боюсь, Марья Алексевна, столько свободных денег у меня нет. Хотя мастера-замочники и правда интересны.

Сами замки мне как собаке колесо. А вот люди, которые их делают, могли бы пригодиться и на моём производстве. Не слишком много вокруг ремесленников, смыслящих в механизмах.

— Ерунда, — княгиня щёлкнула веером, — я тебе одолжу на покупку мануфактуры.

— Не нужно, Марья Алексевна.

— Почему?

— Не люблю брать в долг. Тем более, — я тепло улыбнулся ей, — у близких людей. Финансовые дела и отношения не должны смешиваться.

— Подход правильный, — княгиня кивнула, — одобряю. Но мануфактура тебе нужна, Костя, прямо чувствую.

Она прищурилась, будто раздумывая.

— Тогда я тебе её подарю.

— Марья Алексевна! Ни в коем случае.

— Обидеть меня хочешь отказом?

Я встал, подошёл к столику и налил из графина стакан воды.

— Марья Алексевна, это не отказ. Мне дорога наша дружба, и поэтому ни в коем случае не могу прикасаться к вашим финансам. Это… — я провёл рукой в воздухе, — против чести.

Княгиня рассмеялась.

— Вот за это я тебя особенно люблю, Костя. Настоящий дворянин, с понятиями, не то что нынешняя молодёжь. А мои финансы, — она усмехнулась, — позволяют многое. Как думаешь, сколько я ещё протяну? Нет, не отвечай, не хочу знать. В любом случае скоро костлявая постучит мне в дверь.

— Она не костлявая, — буркнул я.

— Это радует, — она рассмеялась, — значит, я не испугаюсь. И деньги с собой не заберу. Так почему я не могу сделать подарок такому прекрасному молодому человеку?

— Ваши наследники…

— Ай, — княгиня скривилась, — не напоминай мне про этих неблагодарных. Сколько добра было сделано, сколько сил потрачено, при дворе устраивала, должности выбивала. Но стоило мне впасть в немилость, как все отвернулись. Ни один не приехал в гости, ни письма, ни записочки. Будто и не было никогда меня.

Веер в её руках опасно согнулся с тихим треском.

— Ничего им не оставлю. Завещаю на богоугодные заведения, в казну отпишу или наследнику престола завещаю. В реку выкину! А родственникам шиш без масла!

Она скрутила из пальцев фигу.

— Так что, Костя, уж будь добр, от моих подарков не отказывайся. Кому хочу, тому дарю, понял? А если откажешься, обижусь на тебя страшно.

— Марья Алексевна!

— Вопрос закрыт, Костенька.

Княгиня встала и подошла ко мне. Взяла ладонями меня за голову, наклонила и поцеловала в лоб.

— А будешь противиться, я тебе всё своё имущество завещаю. Будешь потом от моих родственников отбиваться.

Подмигнув, она удалилась. Ну и как прикажете с ней спорить? А магией её заставить забыть этот разговор невозможно — у неё Талант есть, он не позволит. Придётся поговорить с ней ещё раз, только продумать аргументы получше. С другой стороны, ту мануфактуру уже могли продать, так что и разговаривать будет не о чем.

Чтобы встряхнуться после разговора, я отправился во флигель к опричникам. Между прочим, они там неплохо устроились: баня, кухня, каждому по большой светлой комнате, гостиная, столовая, оружейная. Печь топилась от души, так что внутри было даже жарко.

Камбов встретил меня у входа, будто специально ждал.

— Добрый день, Константин Платонович. Вы к нам по делу или просто в гости?

— Есть пара вопросов, Семён.

— Тогда прошу за мной.