Сергей Плотников – Фантастика 2025-155 (страница 180)
— Ты плохо знаешь Миша, — повторил Колин.
Впрочем, тут во двор въехал принц Бэзил, и нам волей-неволей пришлось отвлечься. Мальчишка просиял, увидев меня, тут же направил лошадь ко мне.
— Андрей! То есть барон Ильмор, прошу прощения! С вами столько всего случилось! Мишель мне рассказал основное, но я хочу услышать от вас — пожалуйста-пожалуйста! Во всех подробностях! Вы уходили из Дерхавена под прикрытием гигантского голема⁈ А потом еще схватились с древним личем и могучим артефактором из другого мира⁈ И ваша жена пожертвовала собой, но вы вселили ее в новорожденную девочку⁈ Как, как все было⁈
Его глаза и лицо горели таким отчаянным любопытством, что и более жестокосердный человек, чем я, не мог бы отказать!
В общем, я просветил принца Бэзила, насколько смог, потом отвел его к Мириэль, чтобы она в подробностях рассказала ему про то, как перехватывала первый отряд, посланный, чтобы поджечь наш гостевой особняк, и как потом снимала на крышах стрелков с «базуками». Плюс он еще захотел увидеть новорожденную Рагну, вежливо добавив: «Если это возможно, конечно же, и если я никого не потревожу!»
Ошеломленная Ильза и ее еще более ошеломленная свекровь, естественно, не отказали целому наследному принцу. Тем более, что Рагна бодрствовала, бодро махала маленькими красными ручками в люльке и кривила ротик в странных движениях, высовывая язычок и показывая голые десна.
— Баронесса Ильмор, я вам очень обязан за то, что вы защитили мою сестру и племянника! — произнес принц Бэзил самым официальным тоном, глядя на маленькую розовенькую девочку.
В ответ Рагна пустила пузырь. Может, она и слышала его слова, и может, даже поняла — но вряд ли могла даже повернуть голову в ответ! Что там, ей и движения рук и губ вряд ли особо подчинялись.
— Я ей передам, когда в следующий раз увижу во сне, — пообещал я. — Она же сама наверняка ответила бы вам, что благодарностей не стоит, потому что она просто выполняла свой долг в отношении близких и тех, кто попал под ее защиту.
— Мишель, я хочу сказать, граф Аню, говорит, что когда человек просто выполняет свой долг, нужно быть ему еще более благодарным, чем если он делает что-то просто так, — серьезно проговорил принц Бэзил. — Потому что очень мало людей в принципе принимают долг достаточно серьезно и способны ответственно его выполнять! Всякий раз, когда встречаешь такого, будто то мужчина, женщина или ребенок, надо особенно его ценить и приближать к себе.
— Это так, — кивнул я. — Граф Аню — исключительно мудрый человек!
«Но все равно идиот», — добавил я мысленно.
Мишеля все не было — накрепко он там застрял со своими женщинами! Так что мы с Бэзилом, Колином и Мирой успели немного обсудить последующие действия без него. Точнее, Колин и Бэзил рассказали нам, что Мишель планирует делать.
— Если «Ива» так осмелела, что аж впрямую нападает на принца и принцессу, значит, они тут уже очень крепко окопались, — возбужденно говорил Бэзил. — И Мишель считает, что они где-то в направлении Даринского хребта! Надо найти их базу и разбить ее как можно скорее! Потому что, возможно, они готовят государственный переворот — иначе зачем вообще нас убивать? Возможно, стакнулись с моим двоюродным дедушкой Роем и планируют посадить на престол его самого или дядю Эйбрама!
— У нас не так уж много сил, — заметила Мириэль. — Да, есть я, есть Колин. Теперь есть еще Ночка. Мы втроем — ударный кулак, хотя нашу с Колином силу могут обрубить артефакты. Мишель с его магией Света может помочь против некромантов, если лич был не один. Ну и благословит всех Светом, тоже немаловажное подспорье — хотя против маготеха «Ивовой ветви» этого будет недостаточно! Андрей тоже кое-что может, но именно как боевика его использовать расточительно. И главное: нет Рагны, то есть поднимать покойников мы больше не можем. При этом обычных бойцов у нас не то чтобы много. А там наверняка будет массовка, может быть, даже те же орки-наемники, которых поставили именно на охрану основной базы. При наличии артефактов нам нужно больше войск «на земле».
— Леу привезет наших орков, — сказал я. — Не всех, всех пятьдесят мужчин из рода Раввикилей даже она на такое расстояние не увезет. Но где-то десять-пятнадцать добровольцев, которые захотят хорошо заработать — да. Может, даже двадцать, но ей тогда придется здесь хорошенько поохотиться, прежде чем лететь назад.
Бэзил просиял.
— Как здорово! Барон Ильмор, вы такой молодец, что до этого додумались!
— Мира подсказала, — улыбнулся я. — Сказала, что как бы ни развивались события, лишними они не будут!
— Баронесса, вы настоящая находка! — воскликнул Бэзил.
— Строго говоря, я не баронесса, — с усмешкой покачала головой Мириэль. — Единственная из всех жен Андрея!
— Как так⁈
— Я обычно не поправляю, если ко мне так обращаются, но юридически я, вообще-то, мыслящий артефакт. Это значит, что никакого титула у меня быть не может, я вообще не разумное существо по законам этого мира. И Андрею не жена, а движимое имущество.
— Возмутительно, — твердо сказал Бэзил. — Не знаю, согласится ли отец, но когда разберемся с этой ситуацией, я приложу все силы и все мое влияние, чтобы это исправить!
Мы с Мирой переглянулись. Бэзил выглядел не то чтобы смешно, говоря это, но я тотчас вспомнил слова Мишеля: мальчик пока слишком прекраснодушен и плохо представляет, как делаются настоящие дела в коридорах власти. Захочет ли он растрачивать свои «власть и влияние» на пусть полезного, но и без того лояльного союзника, когда получше вникнет во внутридворцовую кухню?
— Буду очень благодарен, ваше высочество, если вы этого добьетесь, — сказал я.
Интерлюдия: Хелена и Мишель Аню
Маленький Миш спал после обеда, Хелена не хотела его будить, поэтому для разговора повела Мишеля на сеновал рядом с домом старосты — место, которое будило в бывшем странствующем паладине довольно нечестивые воспоминания. Именно на деревенском сеновале, прячась от дождя во время дальнего похода за грибами и ягодами, они когда-то и сошлись впервые. С четким условием от Кэт: «Только не думай, что я теперь приму предложение твоего папки, пойду дальше учиться и выйду за тебя замуж!»
Впрочем, он тут же привычно запретил себе думать о Кэтрин: когда он с Хеленой, этого не следовало делать. Даже если до Кэт сейчас почти что рукой подать…
Вместо этого Мишель прижал жену к себе, как только они остались одни, зарылся лицом в ее изысканно уложенные волосы, сейчас пахнущие не лучшим алхимическим настоем, а лесной травой. Глубоко, крепко поцеловал, стремясь успокоить себя: вот она, здесь, рядом, живая, родная, с ней ничего не случилось! Еще бы Миша взять на руки, но так тоже неплохо.
Хелена горячо ответила на поцелуй, но по ее реакции Мишель понял: завалить ее на сено сейчас не получится. А жаль. Он, пожалуй, мог бы выкроить минут пятнадцать… Хотя нет, не жаль. Хелена нуждается в куда более вдумчивом подходе, за четверть часа ничего хорошего не получится — не тот она человек. Это с Кэт они, бывало, справлялись и за десять минут, порой даже пару раз, когда очень уж не терпелось, а времени не было.
Да что такое, ведь запретил же себе думать!
Не получалось.
Впервые увидев ее за семь лет, Мишель почувствовал, что его как будто в сердце ударили. Она, кажется, стала еще красивее — он не думал, что это возможно.
Хелена отстранилась, серьезно поглядела на Мишеля своими прекрасными темными глазами.
— Миш, я тебя очень люблю, больше жизни люблю, — сказала она тихим голосом. — И никогда в жизни не отпущу тебя. Даже если ты сам захочешь уйти, буду сражаться сама и просить богиню Любви, чтобы ты полюбил меня вновь! Я знаю, это возможно.
— О чем ты говоришь? — Мишель почувствовал острую вину в сердце, и при этом твердо знал, что не виноват: он действительно любил Хелену, любил искренне и горячо, настолько, что если бы она сейчас сказала ему: «Я хочу развестись, » — он умолял бы ее передумать. И в то же время — он знал, что стал для нее плохим мужем. Целует ее — а сам думает о другой женщине! Куда это годится?
— О том самом, — Хелена глубоко вздохнула. — Знаешь, похоже, ты был прав — у меня снова не пришли месячные очищения, очень может быть, что я беременна.
Мишель ощутил горячую радость с сильнейшей тревогой пополам. Радость — потому что ему так этого хотелось, и потому что он надеялся, что в этот раз будет дочка, похожая на Хелену. Тревогу — потому что его беременная жена только что прошла через тяжелые опасности, и кто знает, что еще ей предстоит! Минимум полет на драконе!
— Ты помнишь, как опасно проходила беременность Мишем, — продолжала Хелена. — Я не знаю, что сказал бы мне дворцовый лекарь сейчас, но я не хочу рисковать, пусть даже чувствую себя хорошо. Это значит, что, к сожалению, если все подтвердится, следующие семь или даже восемь месяцев…
— Ничего страшного, — Мишель взял ее за руки. — Глупышка. Это такие пустяки. Конечно, я подожду.
Одновременно ему стало легко, хоть и чуточку грустно. Оказывается, все это время его мучила… даже не возможность выбора, а вероятность такой возможности. И сейчас вдруг этот новый факт их жизни четко напомнил ему, что все это иллюзия. Семья и дети — вот что главное. А детская любовь и взрослая дружба… Ну что ж. Со всем этим можно жить.