Сергей Пефтеев – Работа быть монстром: Повышение (страница 6)

«Постойте», — от догадки у Генри опустились хвост и уши. — 'Четверо странно одетых игроков. Только не говорите мне, что это кровавые герои! Тот что в маске, разбойник Лу-тяо. Лучница на самом деле искусный маг Зейна. Парень с двумя щитами воин Рафл. И последний, самый опасный, самурай, орудующий удочкой для ловли рыбы Кенон. Четыре игрока при упоминании которых у любого из монстров кровь стынет в жилах.

Обычно игроки делают оружие и снаряжение из убитых ими монстров. То есть их снаряжение максимум четырнадцатого ранга. Но после убийства босса они могут создать себе один предмет пятнадцатого ранга. Как правило, он обладает уникальным свойством.

Кровавые герои это те, кто отказался переходить в общий мир и остался в начальной зоне. Их главное развлечение — это охота на особых монстров. Монстров, которые близки к статусу неотвратимой катастрофы. Своей невероятной силой они обязаны тому, что все их предметы пятнадцатого ранга. Каждый из них может сражаться и убить босса один на один. А вместе они и вовсе непобедимы.

Нужно предупредить Вадима, чтобы он держался от них как можно дальше'.

Вожак замер, прижав уши, будто готовился к смертельному прыжку. Его клыки обнажились в немом рыке, мышцы холки напряглись, как стальные тросы. Алые глаза вспыхнули яростью, но в последний миг зверь резко развернулся, взметая когтями землю, и рванул прочь.

Зейна усмехнулась, медленно проводя пальцем по тетиве. Лук ожил, заструился синевой, словно вобрав в себя морозное дыхание зимы.

— Куда же ты, милый? — шепнула она, выпуская стрелу.

Коснувшись неба, магическая стрела обрушила на вожака град ледяных шипов. Волк попытался укрыться от них в тени, но град шел слишком долго. Спина зверя оказалась испещрена ранами и покрылась ледяной коркой.

Терпя боль, Генри продолжал движение. Он знал, если остановится, то Вадим погибнет и ему придётся всё начинать сначала. Ведь у монстра со статусом босса всего одна жизнь.

— Уйдёт, — недовольно фыркнул самурай Кенон, поправляя соломенную шляпу.

— Как бы не так, — прогремел защитник Рафл. — Эй, спина! Сбежишь, не отомстив за свору? Жалкий трус!

Голос Рафла разлетелся по округе как ударная волна. Достигнув ушей вожака, он заставил его остановится. Разум Генри помутнел. Звериный инстинкт выжег всё: логику, страх, память. Осталась лишь бешеная пульсация в висках: «Разорвать. Сожрать. Уничтожить.»

Вскапывая когтями землю, вожак побежал обратно. Его огромная фигура и горящие алым огнём глаза могли внушить ужас в кого угодно, но только не в кровавых героев. Те видели в нём лишь жалкого щенка.

«Выпущу кишки! Оторву конечности! Сожру голову!» — звучало в мыслях вожака. Он был настолько одержим целью, что не обратил внимание, как мимо пронёсся Лу-тяо владелец маски.

Внезапно дыхание волка сбилось. Его лёгкие обдало кипятком, тело стало тяжелым словно сталь, от чего лапы подкосились. Но, одержимый жаждой крови, вожак всё равно продолжал идти, делая шаг за шагом к неминуемой смерти. Кинжал Лу-тяо оставил на его теле зияющую рану, рассекающую зверя от пасти до самого хвоста. Бордовая кровь, словно зловещая река, заливала землю, окрашивая ее в багряные тона.

Монстр Генри был очень живуч, но даже он не мог выдержать таких ранений. Силы покинули его, и после очередного шага он рухнул на бок.

— Прощай, дворняга, — бросил защитник Рафл, опуская тяжёлые щиты на волчью пасть.

Раздался хруст дробящихся костей и предсмертное всхлипывание захлебывающейся в крови жертвы. Чародейка Зейна не могла отвести взгляда от кровавого зрелища. Она упивалась мыслью, что всё это ощущает реальный человек.

Генри пришел в себя в меню полного погружения. Он был в шоке от того, что с ним случилось. Страх змеёй обвился вокруг позвонка. С огромным трудом придя в себя, он начал лихорадочно думать о том, как помочь Вадиму. Вновь оказаться в шкуре вожака он сможет лишь через пятьдесят девять мучительных минут. Связаться с Вадимом напрямую через игровое оборудование невозможно, ведь тот больше не стажер. Выходит, Вадиму придётся разбираться с угрозой в одиночку.

С такого расстояния было трудно что-то разглядеть, но я заметил, что движение стаи прекратилось. Волки вошли в один из лагерей и до сих пор не вышли из него. Значит всех их, включая Генри, перебили — пустили стаю на коврики для ног и тёплые плащи.

Волк Генри был не сказать, что б очень сильным, но и слабаком его не назовешь. Значит враг ему попался достаточно серьезный. Склоняюсь к мысли, что он наткнулся на гильдию игроков. У них там все игроки от двенадцатого ранга с хорошим снаряжением.

Дерево простонало под гнетом противовеса. Праща раскрутилась и, встретив упор, швырнула в полет связку бочек. Десяток требушетов подхватили эстафету. Город накрыло деревянным дождем, бочки лопались при падении, выплёскивая содержимое наружу.

Началось. Сейчас город зальют маслом и сожгут вместе со мной.

Я уже собирался спуститься с башни и уйти под землю, как вдруг заметил одну странность. Жидкость из разбитых бочек была слишком прозрачной и текучей, прямо как вода. Я коснулся её слизью и ощутил знакомый привкус. Действительно вода. Причём обычная — без примеси святых частиц.

Но зачем им это? Смыть проклятую кровь? Так ещё рано.

Бочек было так много, что через десять минут город промок до нитки, словно после ливня. После окончания обстрела из лагеря, где сгинули волки, в сторону города выдвинулась четверка игроков. Четыре фигуры без страха вошли через главные ворота.

Я решил их поприветствовать выстрелом шипа. Пролетев через город, кость отрикошетила от шипастого щита и продела в соседнем здании дыру.

Интересно. Кто-то смог пережить мой выстрел и при этом остаться на ногах. Со стороны четвёрки я заметил какое-то сияние. Только благодаря Шестому чувству я успел спуститься с башни, которую от попадания магической стрелы покрыло крупными кристаллами льда.

В тот момент я осознал, что происходит. Вода нужна, чтобы повысить влажность и усилить заклинания льда, которые действуют на слизь не хуже пламени или святого света. Но хуже всего то, что я узнал в тех игроках охотников на боссов.

Я уже видел их и знаю, на что они способны. Каждый раз, касаясь осколков мёртвых боссов, я переживал их гибель. И в одиннадцати случаях из тридцати, монстр погибал от рук этих игроков. Причём каждая их жертва была близка к тому, чтобы получить статус Неотвратимой катастрофы. А это значит, меня ждёт очень нелёгкий бой.

Глава 4

Издевательство над игроками

Если верить воспоминаниям мёртвых боссов, эта четвёрка немыслимо сильна. Каждый из них подобен монстру в человеческом обличии.

Рафл, здоровяк в тяжелом латном облачении, у них отыгрывает танка. Он немыслимо силён и может выдержать любой удар. В бою он не использует оружия. Зато у него есть два покрытых острыми шипами башенных щита. Сложив их вместе, он рывком влетает в монстров, за что его можно назвать живым тараном. Пока ещё ни один босс не нашел брешь в его защите.

Его спутники ничуть не лучше. Взять, к примеру, Лу-тяо, нудиста в маске. Он обладает скоростью сравнимой с Флэшем. Как правило, во время быстрого движения персонаж похож на размытое пятно, но с Лу-тяо всё иначе. Он настолько быстр, что его движений практически не видно. Он словно телепортируется с одного места на другое. Из предметов у Лу-тяо только маска демона и кинжалы. Что делает маска мне неизвестно, а вот кинжалы обладают особым свойством, которое всегда возвращает их в руки владельца. Можно сказать, что у Лу-тяо бесконечный запас метательных ножей.

Пока я предавался воспоминаниям мёртвых боссов, кровавые герои вышли на торговую площадь. Чародейка Зейна достала из инвентаря артефакт — испещрённую крупными рунами каменную сферу. Стоило чародейке влить в неё немного маны, как та воспарила над землёй и засияла. Над городом, подобно зловещему северному сиянию, возник образ магического глаза.

Увидев это жуткое знамение в небе, я напрягся, и предчувствие меня не обмануло. Луч ледяной магии обрушился на дом, который я только что покинул. Кристаллы льда расползлись по крыше, словно ядовитый плющ, вырвались наружу через окна и сковали всё вокруг в радиусе двух метров. Только благодаря Шестому чувству я избежал превращения в ледяную глыбу. Раскатами грома оно предупреждало меня о надвигающейся угрозе.

Падая туда, где я был мгновение назад, магические стрелы расцветали зловещим синим светом и превращали всё в безмолвный мёртвый лёд. Я был проворен, как змея, но две стрелы всё же меня задели. Край моей слизи мгновенно обледенел и, рассыпавшись в пыль, откололся от основного тела.

Боль от обморожения можно было сравнить с судорогой, которая сковывает и в одночасье разрывает тело. Изнывая от боли, я ударился о стену.

Вот же сучка! И как только ей удаётся понять, где я нахожусь? Неужели виной тому эта штука в небе? Я выстрелил в магический узор костяным шипом, но это не дало никакого результата. Ясно. Значит грубой силой эту проблему не решить.

Лучшее средство против дальнобойного врага — сокращение дистанции. Как правило, лучники и маги не отличаются проворством и силой в ближнем бою. И воспоминания мёртвых боссов это подтверждали.

Чтобы добраться до чародейки и не превратиться в ледяную статую, я радикально перестроил свой скелет. Избавился от рук, оставив лишь мощный хвост, и выпустил из слизи десятки острых костяных шипов, превратившись в отвратительного слизевого червя. Подобно живому буру, я ушёл под землю. Но даже в тёмных туннелях я чувствовал, как ледяные стрелы продолжают преследовать меня.