Сергей Пефтеев – Плевать мне на игру! - Мастер (страница 48)
«Для шестьдесят первого уровня у меня довольно низкий показатель здоровья и стойкости, что компенсируется связкой душ», размышлял Нибор. «В совокупности с остальными у меня почти полмиллиона очков здоровья и сто шестьдесят очков маны. Но это в совокупности с остальными. Сейчас мне на руку сыграла вспыльчивость и неопытность мастера грифонов. Будь он чуть умнее, натравил бы своих комаров на Лию или Клифа, но он усердно преследовал меня. Нужно найти более сбалансированное снаряжение, чтобы противостоять тем, кто окажется умнее. Но как не крути, характеристики выдают во мне игрока. Даже с учетом накидки мастера, мой показатель силы и урона невероятно высок, а всё из-за бонуса в тридцать процентов. В то время как стрела Клифа наносит двенадцать тысяч урона, а боевая способность сорок, мой взмах меча сокращает здоровье противника на тридцать две тысячи, а Удар, не оставляющий тени на девяносто. Одна атака и любой персонаж ниже шестидесятого уровня уже не сможет подняться на ноги. А всё дело в том, что процент за убийства других игроков увеличивает сначала показатель силы, а потом ещё и урон, который от неё зависит. Вот и выходит, что игроки по отношению с коренными обитателями мира, самые настоящие читера. И именно этот фактор нас и выдаёт. Но беспокоит меня другое. С начала игры я убил, включая сегодняшний день, шесть игроков, а в начале их было около ста пятидесяти. Конечно, многие погибли на старте, начало было довольно экстремальным, но всё же большая часть пала от рук других игроков. Исходя из этого, можно предположить, что среди нас есть тот, кто убил больше остальных. Предположительное число жертв такого персонажа колеблется от десяти до двадцати, возьмем среднее и получим, что все его характеристики увеличены на семьдесят пять процентов, а урон в ближнем бою и того больше. Персонажу с такими характеристиками придется вести отшельнический образ жизни. Возможно, даже скрываться в тени — быть невидимкой. Это позволит ему подбираться к определенной цели незамеченным и за один-два удара убивать её. Вероятность существования такого игрока, так высока, что следующим делом нужно будет отыскать навык, чтобы видеть незримое. И сделать это лучше всего прежде, чем появится стрелка, указывающая моё местоположение».
В скором времени наполненные кровью бочки погрузили на дирижабль. Нибор сразу предупредил Лютера, что одним судном придется пожертвовать, поэтому златовласый юноша арендовал запасное. После сражения со Стихийной гидрой, поживиться толком было нечем. Сбегая с поля боя, авантюристы Золотого грифона забрали с собой павших, а тело Юкио сожрал Ужастик. Утешительным призом стал опыт со Стихийной гидры. Причем впитать его можно было аж целых семь раз. Естественно первым в очереди оказался Клиф. Слепой охотник позабыл, что весь полученный им опыт автоматически распределяется между остальными, включая Нибора. Ворча и приговаривая, какой Нибор мошенник и негодяй, слепой охотник в четыре касания повысил свой уровень и остальных до пятьдесят восьмого. Истинная разница в силе ощущалась с пересечением отметки в десять уровней, поэтому Нибор велел Клифу израсходовать Книгу высшего знания и взять такую же у Лютера. Слепой охотник не стал отказываться от такой возможности и враз достиг шестидесятого уровня. Оставшийся с гидры опыт, Бродяга распределил между остальными, хоть и немногочисленными членами гильдии. Бард, чародей и несколько лекарей достигли пятидесятых уровней, что значительно повысило боевую мощь всего отряда. Как только опыт был собран, тело гигантской твари рассыпалось на зеленые огоньки и улетучилось куда-то в высь.
Секунду времени Нибор размышлял, стоит ли вообще соваться в храм. Ценных артефактов и золота там может не оказаться, а вот проблем в виде древних проклятий в таких местах всегда, бери, не хочу. В итоге он пришел к выводу, что стоит поддержать и в конец завербовать к себе оборотня Райса. А если дарующие бессмертие скрижали всё ещё там, одну из них можно за тысячу драконьих кристаллов продать, тому же королю. За такое подношение, возможно, тот сделает Нибора своим советником вместо Дейкера, что пошатнет авторитет корейца среди грехов.
Взобравшись на борт, команда Нибора полетела вдоль золотой лестницы к храму, но вскоре носом дирижабля уперлась в невидимую преграду. Храм был окружен незримым куполом, преодолеть который можно было лишь пешком по парящим в воздухе ступеням. Дом богини Акшары приветствовал путников высокими стенами, за которыми расположились просторные площади, зеленые сады, узкие улицы из прямоугольных жилищ и широкие желоба, по которым, врезаясь в огромные кристаллы соли, растекалась вода. Некоторые из кристаллов так разрослись, что вода вышла за края и затопила узкие улицы.
— Интересно, а эти кристаллы дорогие? — примерялась киркой Лия.
— Не советую их трогать, — Нибор указал на скелет внутри кристалла. — Можешь навечно остаться на этом острове.
— Лия не хочет тут оставаться, — отпрянула от соли девушка с сундуком за спиной. — Тут нет трактиров с её любимой похлебкой. Кто это такие?
— Судя по рогам и копытам — дренеи, — разглядывал застывших скелетов Нибор.
— Что с ними случилось? — Лютер наткнулся на сцену, в которой мать обнимала ребенка. — Выглядит так, словно кристаллы выросли прямо из них. Вот даже видно линию, где они срастаются.
— Зря мы сюда пришли! — внезапно остановился и медленно положил стрелу на тетиву Клиф.
— Что там? — на пол тона тише спросил Нибор.
— За этими домами, ближе к центру храма, целая армия деревянных девок с отравленными кинжалами, — ответил Клиф. — Но это не всё. Среди них четыре очень огромные куклы с разным оружием. И, если слух меня не подводит, они сковали и удерживают цепями лохматого.
— Ты про Райса?
— А про кого ещё? Побежал вперед нас, вот и попался. Странно. Куклы не двигаются, словно ждут чего-то.
— А не слишком ли Райс стар чтобы играть в куклы? — спросила Талина.
— С теми куклами особо не поиграешь, — пробормотал Клиф. — Их клинки смазаны таким ядом, который поедает здоровье в процентах, что для нас шестерых очень опасно.
— Не хочется этого признавать, но уместнее всего будет отступить, — предложил Анрин. — Положение заведомо проигрышное. Оборотня не спасем, так ещё и сами погибнем.
— Предлагаешь бросить друга в беде?! — вспылил Лютер.
— Одна жизнь не стоит десяти, — ответил мрачный лекарь, да с такой интонацией, что по спине невольно пробежал холодок. — Не хочу рыть никому из вас могилы.
— Да какой он нам друг?! — буркнул на Лютера слепой охотник. — Так, мимо пробегающий блохастый. Подумаешь спас Лию. Ей и на фабрике хорошо жилось. Всегда сыта, да в безопасности.
— Раз там так расчудесно, следующим в рабство пойдешь ты! — процедила Лия. — Они будут рады такому шахтеру. На факелы тратиться не придется.
— Решено, мы идем его спасать, — внезапно для всех заявил Нибор и через узкую улицу направился к центральной площади.
— Погоди, погоди! — преградил ему дорогу Клиф. — Куда ломанулся? Говорю их там полтысячи!
— Спасибо, я это учел, а ещё учел тот факт, что Райса связали, а не убили, — успокоил его Бродяга. — Значит, у нас появилась возможность лично встретиться и поговорить с творцом кукол. Того гляди сможем с ним договориться. Сделаем так, я и Лютер пойдем в разведку, а вы подождите тут.
— Я своего Лютера одного никуда не пущу! — заявила Талина.
— Хорошо. Я, Лютер и Талина идут выручать оборотня, а остальные…
Договорить ему не дали.
— Лия и так сидела месяц на скамье запасных! Лия хочет быть в центре событий!
— Кто ещё, хочет пойти с нами? — понимая к чему всё сводится, спросил Нибор.
В итоге, все, включая барда и лекарей, вышли на центральную площадь храма. Как и сказал Клиф, вокруг высокой башни, с которой водопадом срывалась и растекалась по желобам вода, собралось пять сотен Деревянных стражей. Подобно солдатам, они неподвижно и безмолвно охраняли колодец жизни.
«Деревянный страж — жрица 55ур. 28 т ОЗ.»
Среди деревянных женских фигур застыли четыре белых куклы.
«Деревянный страж — император 69ур. 82 т ОЗ.»
Высотой в четыре метра. Детали покрыты белой краской и лаком. Вместо ног длинные платья до пола. Головами служили необычные геометрические фигуры. Первой парой рук каждый Император держал массивное оружие из синего стекла. У одного топор, у другого меч, у третьего коса, а у четвертого молот. Второй парой рук белые куклы удерживали стягивающие оборотня цепи. Райс уже не раз пытался выбраться из западни, но цепи не поддавались.
— Как же я рад вас видеть! — завилял серым хвостом Райс. — Скорее освободите меня, до колодца рукой подать.
— Освободим, как только извинишься перед Лией, — выдвинул требование Лютер. — Да, да. В прошлый раз ты отвертелся, но в этот тебе придется воззвать к своей совести.
— Ты это серьезно?! — уставился на него хищными глазами оборотень. — Сейчас не самый подходящий момент.
— Извиняйся! Иначе другой возможности тебе может не представиться, — голос златовласого юноши звучал как угроза.
— Хорошо, — опустил морду оборотень. — Мне очень жаль. Прости Лия, что повел себя как животное и начал мять твои мягкие, упругие груди без спроса. Просто, ты такая красивая, сочная, что я бы потрогал тебя ещё. Ой, то есть я сильно извиняюсь.